Я лечила шею, а болела голова: как я год искала причину приступов

За год я сменила три подушки (кажется, это больше, чем за всю мою жизнь). Первая была ортопедической, вторую мне посоветовал массажист, третью я заказала почти в два часа ночи на маркетплейсе после очередного приступа головной боли, который не давал мне уснуть. В отзывах люди писали, что она «буквально спасла их шею». Мне в тот момент хотелось, чтобы кто-нибудь спас уже и мою.
Причина боли казалась очевидной. Я много работаю за компьютером и могу несколько часов просидеть с поднятыми плечами и подбородком, вытянутым к экрану. К вечеру шея становилась деревянной, начинало тянуть затылок, а затем боль перебиралась к виску.
Поэтому лечила я именно шею: делала зарядку, меняла высоту монитора, купила хорошее кресло и ходила на массаж. Плечам становилось легче, но голова почему-то не всегда участвовала в этом улучшении.
Со временем приступы усилились. Обезболивающее помогало не всегда, появилась тошнота, начал мешать свет. Однажды во время рабочего созвона я почти не слышала коллег: все внимание уходило на пульсацию в левом виске. После встречи закрыла ноутбук, легла в одежде и пролежала так до вечера.
К неврологу я пришла только после вопроса подруги: «Сколько дней в месяц у тебя болит голова?» Я ответила: «Иногда», но назвать число не смогла. Тогда я считала только те приступы, из-за которых отменяла планы, а дни с умеренной болью просто не замечала.
Врач расспросила, где и как болит, усиливается ли боль при движении, бывают ли тошнота и реакция на свет. Затем попросила вести дневник. Я отмечала головную боль, сопутствующие симптомы и прием лекарств. За месяц набралось 18 дней с головной болью. В десять из них она пульсировала, усиливалась при движении и сопровождалась тошнотой или желанием выключить свет. Вместе с историей предыдущих месяцев эти записи помогли врачу диагностировать хроническую мигрень.
Мне подобрали схему для купирования приступов и отдельно обсудили профилактическое лечение. Врач предложила работать с частотой и тяжестью приступов, потому что дней с головной болью было слишком много.
В план моего лечения вошла ботулинотерапия. Когда врач впервые произнесла это слово, я переспросила, правильно ли поняла. Ботулотоксин у меня прочно ассоциировался с косметологией, а не с кабинетом невролога. Оказалось, препараты ботулинического токсина типа А (в моём случае это был Релатокс) применяют для профилактического лечения хронической мигрени.
Результат мы оценивали по тому же дневнику. Голова не перестала болеть совсем, но тяжелых дней постепенно стало меньше. Приступы уже не так часто выбивали меня из жизни полностью, а назначенное средство для их купирования требовалось реже.
Сейчас у меня по-прежнему есть хорошее кресло и привычка разминаться между созвонами. Я продолжаю заботиться о шее, просто больше не заставляю её отвечать за все, что происходит с моей головой.
И кстати, третья подушка у меня тоже осталась. Она действительно удобная. Просто лечить мигрень она никогда и не обещала.