«Я ничего не слышала, когда был обыск, когда папу уводили, мама не дала меня будить.

И когда я проснулась, и папы не было, она сказала, что папа уехал в командировку. Так как это достаточно [часто] бывало в нашей жизни, то я не придала этому никакого особенного значения».
Это воспоминания Евгении, дочери Владимира Марковича — инженера, расстрелянного в 1939 году.
Владимир Маркович родился в 1904 году в Москве, в 1926-м поступил в Институт инженеров транспорта, после окончания учебы ездил в США и Германию, где ближе знакомился с делом паровозостроения и эксплуатацией железных дорог. По возвращении в СССР был назначен директором Института реконструкции тяги, занимался созданием паровоза для тяжелых поездов.
В 1935 году наркомом путей сообщения был назначен Каганович, который стал бороться с «вредительством» в транспортной сфере. Сначала репрессии коснулись «предельщиков», утверждавших, что технические возможности железнодорожной системы страны исчерпаны и транспорт работает «на пределе». «Предельщиком» назвали и Марковича: в 1936-м его сняли с поста директора, исключили из партии, направили на работу на станцию Верещагино (Пермская железная дорога). Арестовали Владимира Марковича в Москве, в доме 4, с.1 на улице Русаковской, когда он навещал родных в январе 1937 года.
Спустя полтора месяца арестовали и его жену, Евгению Штерн. Штерн приговорили к 5 годам лагерей — сначала она сидела в Ярославской тюрьме с Евгенией Гинзбург, затем была в заключении на Колыме.
Владимир Маркович просидел в тюрьме полтора года — поводами для обвинения стали заграничные командировки, работа с сестрой Троцкого, «родство с троцкистскими элементами» и «вредительство». Его расстреляли в 1939 году, на суде Маркович отказался от всех данных в ходе следствия показаний.
#мемориактивизм