Шамсаддин Мегаломматис

Бывают лица, которые смотрят на нас сквозь тысячелетия не как застывшие маски, а как живые, волевые личности. Перед вами — фрагмент статуэтки царицы Тии (Тейе), женщины, которая держала в своих руках нити правления величайшей империи мира. --- В Новом музее Берлина хранится артефакт, от которого трудно отвести взгляд. Это голова царицы Тии — супруги "Великолепного" Аменхотепа III, матери бунтаря Эхнатона и бабушки легендарного Тутанхамона. Но это не просто портрет. Это застывшая история политической и религиозной интриги. 1. Материалы "Высшей пробы" Скульптура вырезана из редкого для Египта тисового дерева. Посмотрите на её глаза — они инкрустированы черным деревом, мерцающим алебастром и золотом. Глубокие брови подчеркнуты лазуритом. Этот взгляд не ищет одобрения, он диктует волю. 2. Тайный "слой" истории: серебро под фаянсом Археологи обнаружили нечто поразительное: изначально Тия была изображена в серебряном платке (немесе), который носили только фараоны. Но позже, во время пр

Надир-шах (1688-1747), подобно Наполеону, был грозой своей эпохи. Однако, предвосхитив французского императора на целых восемьдесят лет, он, скорее всего, сам послужил для Персии тем же, чем Наполеон стал для Франции – её несравненным полководцем, чьё имя навеки высечено на скрижалях истории. Надир-шах, чьё истинное имя Надир-кули-бек, был одной из самых ярких и противоречивых фигур ближневосточной истории XVIII века. Рождённый в скромной семье туркменского происхождения в Хорасане, он прошёл путь от простого воина до основателя могущественной империи, покорив обширные территории и оставив неизгладимый след в истории Персии и её соседей. Его жизнь, полная отваги, стратегического гения и безжалостности, служит захватывающим примером того, как личная амбиция и военный талант могут перекроить политическую карту целого региона. Ранние годы Надира были ознаменованы борьбой за выживание в условиях нестабильности, охватившей Персию после падения династии Сефевидов. Молодой Надир проявил себя