Павел Корпачев

Врач на приёме говорит о повышенном холестерине и достаёт бланк для рецепта, а внутри всё сопротивляется. Не хочется. Может, можно как-то иначе? На консультациях звучит похожий запрос: «А можно сначала попробовать питание?» Если речь о человеке после инфаркта, инсульта или стентирования, такой вопрос уже звучит тревожно. Но когда человеку 35–45 лет, серьёзных диагнозов нет, а липиды только начали ползти вверх, разговор о питании вполне уместен. Правда, не вместо врача, а вместе с врачом, который оценит риски. С одной оговоркой. Месяц дисциплинированно соблюдать диету, а потом расслабиться на годы — это детский сад. Работает такое примерно никак. Но есть пищевая модель, которая в ранних контролируемых исследованиях давала результат, близкий к низкой дозе статина. Название прагматичное, без сказок про ягоды годжи и маркетинговую чепуху. По сути, это портфель из обычных продуктов. Каждый компонент вносит свой вклад. У растительных стеролов и вязкой клетчатки он заметнее, у орехов и соевог

Когда вы в очередной раз услышали хруст в колене или почувствовали, что после сна тело напоминает несмазанный механизм, — какая мысль пришла первой? «Старею», «пора к врачу» или «наверное, это что-то серьёзное»? А может, вы уже присматривались к баночкам с глюкозамином, но отложили — мол, это для бабушек на лавочке, а у меня просто перетренировался или посидел на сквозняке. Вот стойкое заблуждение. Мы привыкли думать, что глюкозамин — только про хрящи и только для тех, кому за 60. Но правда в том, что сам по себе хруст в суставах не говорит о нехватке глюкозамина и не повод немедленно покупать добавку. Глюкозамин изучают совсем в другом контексте — при остеоартрите, когда есть боль, скованность и ограничение подвижности. Страх потерять подвижность — один из самых глубинных. Никому не хочется просыпаться с мыслью «опять эта спина» или отказываться от прогулки с детьми, потому что колени не те. Глюкозамин не даёт гарантированного результата, и его доказательная база не железобетонна. У ч

Каждый год в России случается около 450 тысяч инсультов. Само слово восходит к латинскому корню со значением «удар», «наскок» или «нападение» — и это точно описывает то, что происходит с организмом. Мозговое кровообращение нарушается внезапно и остро. Клетки мозга начинают гибнуть, и счёт идёт на минуты. Дальше — вопрос о том, сможет ли человек ясно мыслить, говорить и двигаться. Разберёмся, что именно подталкивает организм к такой катастрофе и почему один тип инсульта опаснее другого. Все причины, которые увеличивают вероятность инсульта, можно условно поделить на две большие группы: те, на которые мы повлиять не можем, и те, с которыми вполне реально работать. К неконтролируемым факторам относят возраст, наследственность и пол. Риск инсульта растёт с годами, заметнее всего после 55 лет, но инсульт возможен и у молодых людей. В молодом и среднем возрасте мужчины сталкиваются с инсультом чаще женщин. После наступления менопаузы риски у женщин возрастают, поэтому следить за давлением и

Бывает, вроде и выспался, и кофе выпил, а голова всё равно как чужая — мысли вязнут, внимание разбегается. Случалось такое? Если это повторяется регулярно, не спешите списывать всё на возраст или недосып. Причин у такого состояния много: от банального дефицита железа до проблем с давлением, щитовидной железой или сосудами. Разберём, что влияет на кровоснабжение мозга и какие привычки реально работают на нормальную доставку кислорода и глюкозы. По сути, это движение крови по сосудам мозга. Артерии приносят кислород и питание, вены уносят отработанное. Мозг весит примерно 2% от массы тела, но при этом забирает около 20% всего кислорода и глюкозы, потребляемых организмом, — настолько он прожорлив. При резком прекращении кровотока нейроны начинают страдать уже через минуты. Любой сбой в доставке почти моментально сказывается на самочувствии. Чаще всего нарушения вызваны проблемами с сосудами, давлением и общим состоянием организма. Вот на что стоит обратить внимание. Основные причины: Когд

Бывает, человек берёт в магазине хлеб, печенье к чаю, пару сырков «на всякий случай», а мимо полки с крупами проходит как мимо музея советского быта. Овсянка? Перловка? Ячка? Ну уж нет, я ещё морально молод. А потом в анализах всплывает ЛПНП, врач говорит про давление, вес, питание, клетчатку, и внезапно скучная каша начинает выглядеть не так уж скучно. Не наказание из детства, а нормальная взрослая еда, которая может работать на липидный профиль без громких обещаний. Сразу честно: каша не чистит сосуды, не растворяет бляшки и не делает артерии «как в 25». Если где-то вам это обещают, там уже не нутрициология, а ярмарка надежд. Полезных каш вообще много. Но если цель — контроль холестерина и поддержка сосудов, список сужается до нескольких. Если говорить строго о сердечно-сосудистом здоровье, не все крупы равны. Гречка, пшено, кукурузная крупа и бурый рис могут быть хорошей частью рациона. В них есть клетчатка, минералы, растительные соединения. Но если искать прямую связь с ЛПНП, с те