«Голова монгола» в Кунсткамере: самый мистический экспонат
В запасниках и экспозициях петербургской Кунсткамеры хранятся тысячи диковин, собранных еще Петром I. Но есть среди них один экспонат, о котором экскурсоводы предпочитают говорить вполголоса. Это голова человека, плавающая в формалине. Формально — «Голова монгола».
Неформально — голова Джа-ламы, монгольского революционера и буддийского божества в одном лице. История этого артефакта полна такой мистики и крови, что даже спустя век люди стараются обходить его стороной.
Кто такой Джа-лама? божественный неуязвимый
В начале XX века в Монголии появился человек, объявивший себя земным воплощением Махакалы — грозного божества буддийского пантеона, защитника веры и победителя демонов. Звали его Джа-лама. Он возглавил борьбу против китайского владычества, и простые кочевники верили ему безоговорочно.
Легенды о Джа-ламе ходили одна другой краше. Говорили, он владеет секретом вечной молодости и неуязвим для пуль. Однажды после штурма китайской крепости Джа-лама высыпал из-за пазухи горсть сплющенных пуль и заявил соплеменникам: «Видите? Меня нельзя убить». Монголы поверили. А вот представители советской власти — нет.
Операция ЧК: как убить бога
Советская разведка рассматривала Джа-ламу как серьезную проблему. Его авторитет был огромен, а подконтрольные территории выходили из-под влияния Москвы. Была разработана спецоперация по ликвидации. И она удалась. Неуязвимого ламу убили.
Чтобы подтвердить смерть и наглядно продемонстрировать «падение божества», чекисты отрезали голову Джа-ламы и насадили на пику. Планировалось провезти её по монгольским кочевьям как назидание. Но эффект оказался обратным. Местные жители в ужасе разбегались, увидев голову. Они искренне верили, что даже мёртвая, она несёт проклятие. Встреча с ней сулила беду.
«Белая голова»: Соль, прокопчённость и череда смертей
Чтобы голова не разлагалась, её законсервировали по-простому: слегка просолили и прокоптили. На лице выступили кристаллики соли, отчего монголы прозвали её «белой головой» и боялись ещё сильнее.
Но самое странное началось после. Первым, кто увидел голову на пике, был вождь монгольской революции Сухэ-Батор. Вскоре он умер без видимых причин. Молва тут же связала его смерть с проклятием.
Спустя двадцать лет, в 1937 году, известный монголовед В.А. Казакевич, рискуя жизнью, вывез голову из Монголии в Ленинград — для науки, для Кунсткамеры. На дворе стоял разгул Большого террора. Учёного арестовали и расстреляли. Голова же заняла своё место в формалиновом растворе.
Проклятие или совпадение?
Сотрудники музея поговаривают, что все, кто близко сталкивался с этим экспонатом, вскоре сталкивались с неприятностями — болезнями, трагедиями, крахом карьеры. Посетители, даже не знающие истории, инстинктивно обходят витрину с «Головой монгола» стороной. Говорят, в зале, где она стоит, всегда на пару градусов холоднее, и воздух какой-то тяжёлый.
Наука, конечно, отрицает проклятия. Формалин есть формалин. Но факт остаётся фактом: череда несчастий, преследовавшая причастных, заставляет задуматься.
Где это сейчас?
Сегодня голова Джа-ламы всё так же покоится в банке с формалином в Кунсткамере Санкт-Петербурга. Экскурсоводы редко включают её в свои рассказы. Но если вы решитесь найти эту витрину — помните: вы предупреждены. Хотите ли вы проверять на себе силу древнего проклятия? Мы бы не советовали. Некоторые тайны лучше оставлять за стеклом.
Наш канал загадки истории, просим ваше величество быть там max.ru/zagadk или t.me/tainy Наш канал Вк видео vkvideo.ru/@istorikr
Комментарии 85
Голову же его, убитого в самом конце 1922 или в начале 1923 года в результате тщательно готовившейся операции государственной внутренней охраны Монголии, долго возили насаженной на пику по городам, чтобы далеко по кочевьям разнеслась весть о его гибели и простые монголы убедились: Джа-лама тоже смертен, его больше нет!
Завидев эту процессию, пастухи поспешно сворачивали в сторону, ибо верили, что встреча с «цаган-толгой» («белой головой») сулит беду. Белой же голову прозвали потому, что мумифицирована она была по старинному степному обычаю — подсолена и прокопчена, отчего соль кристалликами выступала на коже. Но и после гибели Джа-ламы кочевники не верили в его смерть, и разносилась молва, будто видели его то в одном месте Степи, то в другом...
Позже голову Джа-ламы привезли в Санкт-Петербург и выставили в Кунсткамере Эрмитажа под номером 3394 с подписью «Голова монгола».
"...Монголы быстро справились с китайцами, но долго боролись с киргизами. Весь 1913 год в Кобдоском округе был потрачен на борьбу с алтайскими киргизами. Киргизы, откочевав в сторону Шара-суме, поддерживаемые Палта-Ваном[69], китайским ставленником, делали набеги на Кобдоский округ, угоняли скот, убивали людей.
В борьбе с киргизами принимал деятельное участие Джа-лама. В одну из таких схваток, осенью 1913 г., по приказу Джа-ламы была снята целиком кожа с убитого киргиза, которую мне пришлось видеть в феврале 1914 года в ставке Джа-ламы, в 60 верстах к северу от Кобдо, в Монджик-Куре. Кожа висела в юрте, заменяющей склад для продовольствия. Вверху была подвешена кожа, внизу лежали мясо, мука и другие продукты; тут же были сложены и наши седла.
Об этом необычайном случае я услышал в Хан-гельцыке еще осенью 1913 года. Поступок буддийского ламы показался мне диким и непонятным.
Я доказывал местным ламам всю несуразность, жестокость и бессмы
...Ещё"...Монголы быстро справились с китайцами, но долго боролись с киргизами. Весь 1913 год в Кобдоском округе был потрачен на борьбу с алтайскими киргизами. Киргизы, откочевав в сторону Шара-суме, поддерживаемые Палта-Ваном[69], китайским ставленником, делали набеги на Кобдоский округ, угоняли скот, убивали людей.
В борьбе с киргизами принимал деятельное участие Джа-лама. В одну из таких схваток, осенью 1913 г., по приказу Джа-ламы была снята целиком кожа с убитого киргиза, которую мне пришлось видеть в феврале 1914 года в ставке Джа-ламы, в 60 верстах к северу от Кобдо, в Монджик-Куре. Кожа висела в юрте, заменяющей склад для продовольствия. Вверху была подвешена кожа, внизу лежали мясо, мука и другие продукты; тут же были сложены и наши седла.
Об этом необычайном случае я услышал в Хан-гельцыке еще осенью 1913 года. Поступок буддийского ламы показался мне диким и непонятным.
Я доказывал местным ламам всю несуразность, жестокость и бессмысленность такого поступка.
Баитский лама мне объяснил, что в ламаистском культе во время некоторых богослужений стелется белое полотно, вырезанное наподобие распластанной кожи Мангыса. (Мангыс в монгольском эпосе — одухотворенное злое начало. По могуществу и хитрости Мангыс почти не уступает героям и богатырям — представителям доброго начала. Богатыри обычно всегда побеждают, но с невероятными усилиями.)
Лама говорил, что в главных храмах Лхасы в Тибете у далай-ламы и Банчен-Богдо для совершения великих хурлов в честь грозных богов есть настоящие кожи мингысов, но больше их нигде нет, даже в Урге у богдо-гэгэна. В других местах всюду применяется имитация.
Вот и Джа-лама снял кожу, вероятно, для об рядностей, а не по жестокости, — закончил лама.
Из расспросов близких к Джа-ламе людей, в то время бывших с ним в походе, я выяснил следующее.После боя киргизы разбежались, оставив несколько человек раненых. Один, очевидно, тяжело раненный, статный красивый молодой киргиз сидел гордо, опершись спиной о камень, и спокойно смотрел на скачущих к нему монголов, раскрыв грудь от одежды. Первый из подъехавших всадников ударил его копьем. Киргиз немного наклонился вперед, но не застонал. Джа-лама приказал другому сойти с коня и пронзить его саблей. И это не вызвало у него стона. Джа-лама приказал вырвать сердце киргиза и поднести к его же глазам. Киргиз и тут не потерял угасающей воли, глаза отвел в сторону и, не взглянув на свое сердце, не издав ни одного звука, тихо свалился. Поведение киргиза, по мнению монголов, выдавало в нем богатыря.
Джа-лама распорядился снять с богатыря-кирги-за кожу целиком и засолить. Засоленная и высушенная, она хранилась у него до его ареста. При аресте Джа-ламы кожа была сфотографирована и увезена русскими офицерами как вещественное доказательство, как иллюстрация жестокости Джа-ламы."...