Обыск в квартире: куда пропал главный пульт жизни

В семье Ивановых было три священных предмета: солонка, которую дед привез из Керчи, старый будильник «Слава» и пульт от телевизора. Если солонку и будильник еще можно было трогать, то пульт — нет. Точнее, трогать его разрешалось, но только в строго отведенное время. Утром с 7:30 до 7:50 пульт принадлежал папе. Он пил кофе и смотрел новости, вполголоса комментируя курс нефти. «Ну, опять эти…» — вздыхал он.

Но сегодня все пошло наперекосяк.

Сын, четырнадцатилетний Глеб, проспал. Он ворвался на кухню сонный, с торчащим хохолком и, не заметив отца, щелкнул пультом. Экран переключился на трейлер к новому «Человеку-пауку». Повисла тишина, громче которой мог быть только треск масла на сковороде.

— Глеб, — папа положил ложку.

— Пап, ну пять минут, там трейлер новый, все в классе обсуждают! — взмолился Глеб, пряча пульт за спину, будто гранату.

— В классе обсуждают домашку по алгебре, — проворчал папа, но улыбнулся.

На подмогу отцу пришла младшая, шестилетняя Алиса. Она не любила ни новости, ни паука. Она любила мультик про экскаватора. Увидев, что брат отвлекся, она юркнула под стол и больно ущипнула Глеба за коленку. Глеб взвыл, пульт вылетел, кувыркнулся в воздухе и... исчез.

— Ай! Лиска, ты чего?! — закричал Глеб.

— Он сам выпал! — деловито заявила Алиса, вылезая из-под стола с победным видом.

Но пульта нигде не было. Ни под столом, ни на полке с пряниками, ни в тапке папы, куда он иногда падал по утрам.

Мама, которая до этого пыталась намазать бутерброды и делала вид, что не участвует в хаосе, сдалась:

— Так, стоп. Искать всем. Глеб, проверь холодильник.

— Зачем пульт в холодильнике? — возмутился Глеб.

— Ты вчера оттуда колбасу воровал ночью, мог и пульт прихватить.

Обыск занял десять минут. Папа перерыл свой диван, найдя там три авторучки, прошлогоднюю шоколадку и один носок. Глеб заглянул под ванну, где жил паук (настоящий, не супергерой), и испугался. Алиса деловито проверила все мамины сумки.

— Его похитили инопланетяне, — сделала вывод Алиса.

— Или домовой, — вздохнул папа, уже смирившийся с тем, что без утреннего выпуска «Вести» его день не задался.

И тут Глеб заметил кота Тихона. Тихон спал на подоконнике, но спал как-то подозрительно: живот его мелко вибрировал, а хвост ритмично подергивался. Кот приоткрыл один глаз, зевнул и... под ним что-то красным огоньком моргнуло.

— Ах ты, рыжий диверсант! — рассмеялся папа.

Оказывается, когда пульт упал, Тихон, который вечно охотится за мухами, решил, что это добыча. Он прижал пульт лапой, закатил его в свой лежак и улегся сверху, наслаждаясь теплом батареи.

Пульт был спасен. Но когда папа взял его в руки, чтобы наконец включить новости, Глеб вздохнул, а Алиса надула губы, произошло странное. Мама щелкнула кнопкой «Вкл» и попала на программу о путешествиях. Там показывали Венецию.

— Смотрите, как красиво, — тихо сказала мама.

И все замолчали. Папа забыл про нефть, Глеб про супергероя, а Алиса про экскаватора. Они смотрели на гондолы и слушали, как мама рассказывает, что была там двадцать лет назад, до замужества. Это была не передача. Это был маленький семейный кинотеатр под названием «А помнишь?».

Вечером, когда Глеб ушел делать уроки, а Алиса уснула, папа подошел к маме и сказал:

— Знаешь, а пульт — он вообще-то не главный.

Мама кивнула. А кот Тихон, как ни в чем не бывало, перекатился на спину, снова придавив кнопку переключения каналов. В спальне заиграла музыка. И это была самая правильная программа на сегодня.