Окно.

Рассказ
Вера Николаевна сильно разозлилась, готова была прямо сейчас звонить дочери. Стояла посреди комнаты, как охотник, в темноте, с тряпкой в руках. На часах было полпятого утра и кто бы мог подумать, что вместо того, чтобы спать, она будет глядеть на рыжую голову внука, который пыхтел, забирался в дом через окно.
-Ах ты бестолковый! Я же сказала, что после двенадцати ворота запру!
Женщина шлепнула тряпкой по его макушке, парень от неожиданности расцепил руки, свалился прямо в цветочную клумбу, задев ветки вишни. Совершенно без хитрости, наивно стал оправдываться перед бабушкой.
-Бабуль, ну я пришел в полпервого, закрыто... Немного постучал... и пошёл дальше гулять с Вовкой...
-Знаю я твою Вовку с губами напомаженными, да в юбке цветастой! Ишь, ты, еще от горшка не отошла, а уже приметила самого завидного паренька. Куда мать её смотрит?
-Мы, бабуль, правда, гуляли...
-А чего можно до шести утра делать, скажи на милость? Все нервы мне истрепал... Скажу матери твоей про поведение! Пусть забирает тебя! На старость лет мне подкинули давление, ни с того, ни с сего!
Андрейка потёр мягкое место от ушиба, виновато поплелся к воротам. Дома, отпив из трёхлитровой банки холодного молока, свалился молодецким сном прямо на диване, в рубахе и своих фельдипёрсовых джинсах.
Вера Николаевна, ворча ушла во вторую половину дома, вытащила оттуда одеяло, кинула к ногам внука. От сердца отлегло - всю ночь выглядывала в окно, волновалась...
Тихонько прикрыв тяжёлую дверь, чтобы сохранить прохладу в доме, она вышла на крыльцо. Эмалированное ведро было уже готово, стояло под марлей от назойливых мух - Вера всё равно ополоснула его водой, отправилась в сарай, к заждавшейся Бурёнке.
-Ну что, милая, давай своё молочко и отправляйся к подружкам своим... Вон уже мычат идут...
Молочные струйки звонко ударялись о стенки ведра, собирали чисто-белую пенку, а под их мерный звук Вера погрузилась в воспоминания...
Зря у внука спрашивает, всё-то она прекрасно знает... Сама еще хлеще была в его возрасте, бывало, и в семь утра являлась домой, пока старая бабушка растерянно считала их по головам... Усмехнулась Вера...
Шестеро их было, внучек... Чудны дела Господни - у трёх братьев, среди которых был отец Веры, у каждого по две девчонки родились, чуть ли не в одно время, с малой разницей... Все трое парней уехали в город, там же себе жён нашли, а вот дочерей повадились отправлять матери, что в деревне одна осталась...
Женщина в годах, но бойкая, правда подслеповатая была, в очках всегда ходила. Строго блюла честь внучек, опасаясь, что пока с ней, разбалуются девчата, оттого и ругала их по поводу и без...
-Верка, платье сымай своё, нечего светить задом по селу. Я тебе сейчас достану со шкафа нормальное, коленки прикрыть. Что за женщины пошли (имела ввиду невесток) - настрогали девок и сплавили на старую бабку... Не могут даже платья путного купить дочерям!
Всем внучкам доставалось, никого не оставляла без внимания - одну ругала за волосы выкрашенные, другую для порядку отчитывала, считая что лишним не будет. Самую старшую, Алевтину, сестру Веры, особенно берегла - заневестилась, как бы не вышло беды. По вечерам звала её к сундуку и готовила к "взрослой жизни"...
-Первая ты у меня внученька, тебя вперед всех замуж выдам. Вот еще пару годков и начинай присматриваться к парням. Гляди среди знакомых, что бы знать чего ожидать от него. Те, кого не знаешь, только поначалу ангелами кажутся, а после свадьбы жёны появляются бывшие, дети и еще куча всего... Идеальных нет.
Алевтина почти не слушала, с любопытством разглядывала содержимое сундука, удивляясь цветочному узору.
-Бабуль, а это что такое?
-Это нормальные штаны, панталоны. Чего смеёшься? Для тебя готовлю приданое. Это не ваши неудобные, прости Господи, исподним-то не назовёшь... Ни тепла, ни комфорту...Тьфу!
Хохотали девчата, а вечерами уж больно на танцы хотели, а бабушка только до десяти пускала. А какой в этом интерес, если танцы только с девяти начинаются? Ровно в десять тридцать, пожилая женщина заходила в комнату к внучкам и считала их по головам, лежащим в своих кроватях.
-Раз, два, три, четыре, пять! А где шестая?
Всем доставалось, если "шестая" не успевала вернуться вовремя...
Вера как сейчас помнит, как решила схитрить - позвала младшую сестры подружки с ночевой, велела вместо себя лечь, да укрыться получше, чтобы макушку видать было... Бабушка молча головы посчитала, а затем прут от метёлки оторвала и легонько стала обхаживать гостью...
-Это кто еще? Это не Вера! Ну ка, беги домой, бессовестная, а Верку я дождусь, ремнём встречу!
Не угадала бабушка, не "уберегла" - первая Вера замуж выскочила... Пока прутом гоняла соседскую девочку, Вера в это время с Василием своим гуляла, с самым хулиганистым балагуром на селе... Ох и красив чертяка был, хоть и рыжий, да с конопушками по всему носу... До сих пор у Веры в ушах причитания бабулины...
-Ах ты ж, бестолковая, совсем с головой не дружишь! На кой тебе этот баснеплёт сдался? Только и умеет языком чесать. Каждую юбку будет считать, наплачешься!
-Я замуж за него пойду, этой же осенью, как картошку соберут!
Бабушка плевалась, Ваську ругала, когда в магазине видела, а затем к матери его ходила после вечерней дойки.
-Ты своего неотёсанного кабана от моей Верки подальше держи! У меня сыновья не просто так в город уехали, там и внучки будут жить, а не возле коровьих титек всю жизнь болтаться с красной рожей!
Мечтала бабушка, что внучка учителем станет, да важной дамой будет приезжать, а она, отучилась (всё же папка приехал, отпорол, не дал им тогда "нажениться") да по своему сделала...
Всё равно, чему быть, тому не миновать... Вернулась Вера обратно в деревню уже женой рыжего Васьки, не судьба была ей стать городскою... Василий аккурат на окончание университета явился, да увёз к себе в деревню Верку.
Сейчас Верка по лбу себе стучит иногда - чего бежала скорее на себя хлопоты повесить? Да еще и в деревню укатила, кто скажет? Бы ла бы бабушка жива, обязательно бы добавила бы масла в огонь.
-Я ж говорила тебе, да кто меня слушал? Ежели ума нет, свово не добавишь, как ни крути!
Дочурку свою первую и единственную очень долго ждала Вера, думала уже не познать ей радости материнства... Носила её очень тяжко, рожать возили в городской роддом, как сложную, после неё больше не могла никогда родить.
Права была была бабуленька, всё правильно говорила - по молодости столько слёз выплакала из-за Василия, столько его "подруг" отвадила, сколько сплетен через себя пропустила... Только годам к пятидесяти успокоился мужик, успел с пяток лет и новый дом построить из сосны, баню хорошую сладил...
Летом, долгими вечерами они иной раз сидели часами во дворе, пили чай с мёдом, много говорили по душам... Будто бы и не было тех горьких дней, да слов, что наговорили друг другу... Вторую молодость ощутила рядом с ним после пятидесяти.
-Моя ты жемчужина, Верка... Прости за то что не ценил...
Летом, долгими вечерами они иной раз сидели часами во дворе, пили чай с мёдом, много говорили по душам... Будто бы и не было тех горьких дней, да слов, что наговорили друг другу... Вторую молодость ощутила рядом с ним после пятидесяти.
Васька, как полтинник справил, когда по селу шли, будь то на базар, или просто до соседа, брал её за ладонь, как парень.... Верка стыдилась этого, прятала руки за спину, хоть и приятна шибко была такая его попытка... Сейчас вернуть бы хотя бы то время, ни за что бы рук не убрала и плевала бы на молву людскую... Быстро Васька ушёл, лёг одним летним днём, после сенокосу и не проснулся больше...
Вера поставила ведро с молоком на крылечко, накрыла марлей. Проводив Бурёнку на пастбище, закинула дровишкой в петуха, что разорался не на шутку. Достала ручной сепаратор и прямо в сенях, чтобы не шуметь, принялась процеживать парное молоко, затем крутить сметану...
Набрав полную плошку сметаны, как внук говорит, сливок - поднялась в дом, замесила для блинов тесто. Перед тем, как начать жарить, зашла в комнату, поправила одеялко внука.
На пару минут загляделась на Андрейку с теплотой, нежно погладила его по непослушным вихрам. Улыбнулась.
-Вот ведь наказание... Вылитый дед, гляди-ка...
Парень, словно ребёнок нахмурился, повернулся на другой бок. Сложил руки под щёчки. Вера на цыпочках, совершенно счастливая вышла из комнаты.
-Спи, спи, разбойник, потом поговорим.
А сама подумала - кому бы она сейчас блины жарила, со свежими сливками, если бы бабуля тогда не так крепко держала их?
Вздохнула, вышла на крыльцо. Солнце уже вставало, петух угомонился, Бурёнка мычала где-то вдалеке. Вера налила себе кружку парного молока, села на ступеньку.
Пусть внук через окно лезет, пока есть охота. Через калитку, чинно и благородно еще успеется, жизнь длинная, чего только не будет на его веку. И дочери она звонить не будет, конечно же...
Автор : Светлый путь.