Семейные рассказы от Валентины

– Ты опять режешь овощи на этой деревянной доске, хотя я уже сто раз просил использовать пластиковую, потому что дерево впитывает запахи, – недовольно протянул Антон, не отрывая взгляда от экрана своего телефона. Я стояла у кухонного гарнитура, перекладывая нарезанные кольца болгарского перца в глубокую стеклянную миску, и старалась дышать ровно. Воскресное утро с самого начала не задалось. Мало того что мне пришлось встать в семь утра, чтобы успеть на рынок за свежим мясом, так еще и необходимость готовить праздничный обед к приезду свекрови добавляла напряжения в каждую минуту этого дня. – Эта доска предназначена специально для овощей, я никогда не режу на ней сырое мясо или рыбу, поэтому никакие посторонние запахи она впитывать не может физически, – спокойно ответила я, смахивая остатки сладкого перца с лезвия широкого ножа. – Если тебе так принципиально, мог бы сам нарезать салат на той доске, которая тебе больше нравится. Тем более что я просила тебя помочь с овощами еще полчаса н

– Артём, только не бери кредит на свадьбу. Распишемся спокойно, посидим с близкими, а праздник на полсотни гостей мне вообще не нужен. Марина закрыла меню и отодвинула его к краю стола. Артём не ответил сразу. Он смотрел на неё с тем странным вниманием, которое она замечала за ним уже не первый месяц. Будто обычная фраза почему-то имела для него особое значение. – То есть тебя правда не расстроит небольшое кафе без дорогого банкета и поездки сразу после регистрации? Марина вздохнула. – Мне тридцать лет. Я собираюсь замуж за тебя, а не за ресторан. Если сейчас большие расходы нам ни к чему, значит, обойдёмся без них. Он улыбнулся. – Ты удивительная женщина, знаешь об этом? – Потому что не хочу начинать семейную жизнь с кредита? – В том числе. Марина снова уловила в его голосе что-то непонятное, но решила не цепляться. За год отношений она привыкла к одной особенности Артёма: деньги занимали его гораздо сильнее, чем человека, который якобы к деньгам равнодушен. Он работал врачом и с само

– Люд, спасибо тебе. Олег сказал, что после зарплаты ты поможешь мне закрыть долг. Я даже не знала, как самой об этом заговорить. Людмила перестала размешивать суп. Телефон она держала плечом, потому что обе руки были заняты. Звонила Наташа, младшая сестра Олега. Обычно она говорила быстро и громко, а сейчас будто заранее чувствовала себя неловко. – Подожди. Какой долг я должна тебе закрыть? На другом конце стало тихо. – Олег тебе разве ничего не сказал? Я думала, вы уже всё обсудили. – Если бы сказал, я бы сейчас не спрашивала. Наташа помолчала, а затем осторожнее объяснила: – У меня по кредитной карте накопилось и две рассрочки остались. Я несколько месяцев платила понемногу, но сейчас всё навалилось. Олег сказал, что у тебя в пятницу зарплата и вы сможете мне помочь. Людмила выключила конфорку. – Сколько именно он тебе пообещал? Наташа назвала сумму. Шестьдесят тысяч рублей. Людмила машинально посмотрела на кастрюлю, словно там могло обнаружиться объяснение поступку мужа. – Он прямо

– Мам, а почему тётя Инна сказала, что с пятницы я буду спать у вас? Оксана замерла возле открытого холодильника. Соня стояла в дверях кухни с кружкой в руках. По лицу дочери было видно, что вопрос она носила в себе не первый час. – С чего ты это взяла? Расскажи нормально, что она тебе сказала. – Она папе по телефону говорила, что диван в гостиной им неудобен и лучше сразу освободить мою комнату. Потом спросила у меня, куда можно убрать стол. Оксана закрыла холодильник. – А папа что на это ответил? Соня помялась, глядя в кружку. – Сказал, что вечером вы всё обсудите. Но не сказал, что я останусь у себя. Соне было двенадцать. Она уже прекрасно понимала разницу между «обсудим» и «этого не будет», поэтому успокаивать её пустыми словами Оксана не стала. – До вечера ничего из своей комнаты не убирай. Если кто-нибудь попросит тебя собирать вещи, скажи, что сначала должен поговорить со мной. Дочь кивнула, но уходить не спешила. – Они правда к нам переезжают, а мне просто никто не сказал? – Я

– Надя, оплати пока ты. У меня опять с картой возиться не хочется, а люди сзади ждут. Надежда посмотрела на свекровь, потом на покупки возле кассы. Две банки крема, шампунь, домашний костюм, полотенце, упаковка кофе и коробка конфет. Почти пять тысяч рублей. Лариса уже раскрывала большой пакет, словно вопрос с оплатой был решён. – А наличные у тебя закончились? Свекровь нетерпеливо оглянулась на очередь. – Есть немного, но зачем сейчас кошелёк со дна сумки доставать? Дома разберёмся. Ты приложи карту, и пойдём уже. Мужчина позади недовольно переставил корзину из одной руки в другую. Кассир ждала. Надежда заплатила. Лариса сразу повеселела. – Вот и всё. А ты стояла так, будто машину покупаем. Крем, между прочим, хороший. Соседка такой очень хвалила. Это был четвёртый день её приезда. Кирилл сам предложил матери провести у них два летних месяца. Лариса жила в другом городе, раньше приезжала максимум на неделю, а теперь могла никуда не торопиться. Сын решил, что два месяца рядом с семьёй

– Вера, ты только не начинай сразу спорить. Мама в субботу привезёт вещи, а с маленькой комнатой мы сами разберёмся. Павел сказал это так буднично, будто попросил жену купить хлеба по дороге домой. Вера не сразу сняла пальто. Она стояла в прихожей, придерживая сумку локтем, и смотрела на мужа. За его спиной из кухни доносились голоса. Свекровь уже пришла, вместе с ней сидела Лида, младшая сестра Павла. – Какие вещи мама привезёт? И почему с моей рабочей комнатой вы уже собрались разбираться? Павел поморщился и потянулся за её сумкой. – Вот поэтому я и просил не начинать с порога. Разуйся спокойно, поужинаем и поговорим как взрослые люди. Последние слова Вере особенно не понравились. Обычно Павел произносил их тогда, когда уже что-то решил и оставалось только убедить жену не сопротивляться. На кухонном столе стояла запечённая курица, салат, нарезанный хлеб. Валентина сидела возле окна и размешивала сахар в чашке. Лида что-то показывала ей в телефоне. При появлении Веры обе замолчали. –

– Алён, ты картошку так и не почистила? Мама скоро придёт, а у нас ещё ничего не готово. Алёна подняла глаза от ноутбука. Павел стоял в дверях комнаты уже в куртке и явно торопился. – Я тебе утром сказала, что до шести занята. Мне сегодня нужно закончить отчёт и отправить его. – Но ты же дома, – произнёс он и, заметив её взгляд, сразу добавил: – Я понимаю, что ты работаешь. Просто мама опять скажет, что можно было хотя бы картошку почистить. Алёна откинулась на спинку стула. – Тогда скажи маме, чтобы приезжала позже. Или сам почисти, когда вернёшься. Павел проверил карманы и потянулся к дверной ручке. – Я сейчас только за хлебом и мясом, которое она купила. Вернусь и помогу, не переживай. Он уже вышел в прихожую, когда Алёна окликнула его: – Паш, а зачем мама вообще сегодня едет? Ты вчера говорил, что она, может быть, заглянет. Теперь выясняется, что у нас семейный ужин. – Какая разница? Всё равно есть будем. Посидим втроём, ничего страшного не случится. Дверь за ним закрылась. Алёна н

– Ир, мама просила, чтобы ты в субботу ничего не планировала. Она подруг собирает и хочет, чтобы ты помогла со столом. Ирина перестала складывать выстиранные полотенца и посмотрела на мужа. – А сама она меня попросить не могла? Или уже всё решила и осталось только поставить меня в известность? Кирилл поморщился. – Ну зачем сразу так? Она сказала, что позвонит вечером. Я просто предупредил заранее. Ирина убрала полотенца в шкаф. За пять лет брака она хорошо выучила, что означало мамино «помочь со столом». Один салат легко превращался в четыре, к нему добавлялись горячее, закуски и десерт, а к назначенному времени выяснялось, что ещё нужно красиво всё разложить, подобрать блюда и убрать кухню. Раиса любила принимать гостей. У неё были хорошие скатерти, фарфоровый сервиз с тонкой золотой полоской, хрустальные бокалы, салфетки в кольцах и привычка заранее рассказывать, какой замечательный стол она собирается накрыть. Готовить на большую компанию она не любила. Ирина же работала поваром в н

– Марин, только давай сегодня без обид, хорошо? У мамы юбилей, она с утра на нервах. Если что-нибудь скажет не так, просто не подхватывай. Денис произнёс это таким будничным тоном, будто попросил жену по дороге домой купить хлеб. Марина повернулась к нему от окна. – А почему ты предупреждаешь меня? Скажи маме, чтобы она не говорила того, после чего приходится делать вид, что всё нормально. Денис крепче взялся за руль. – Потому что я знаю вас обеих. Ты промолчишь, потом весь вечер будешь сидеть с недовольным лицом, мама заметит и начнёт выяснять. Зачем нам это сегодня? – То есть заранее понятно, кто может сказать лишнее, но готовиться к этому должна я? – Вот уже начинается, – поморщился Денис. – Мы ещё даже не приехали, а ты успела найти проблему. Марина отвернулась к окну. Спорить в машине ей не хотелось. Тем более разговор этот возникал не впервые. За четыре года брака она научилась заранее узнавать дни, когда от неё потребуется особенная «мудрость». Обычно это случалось перед семейны

– В субботу поедем в лабораторию. Я уже договорился, когда можно приехать, – Сергей сказал это так буднично, будто напоминал о покупке продуктов. – Лера с Мишей тоже поедут. Хочу наконец закрыть один вопрос и больше к нему не возвращаться. Наталья перестала наливать чай. Утро до этой минуты ничем не отличалось от сотен других. Миша торопился на учёбу и искал второй носок. Лера собиралась выходить позже и ещё не показывалась из своей комнаты. Сергей сидел на кухне в рубашке, которую просил погладить с вечера, и недовольно поглядывал на часы. Наталья поставила чайник на стол. – Какой вопрос ты собираешься закрывать в лаборатории вместе с детьми? Сергей взял чашку, но пить не стал. – Давай только без крика. Ничего страшного пока не произошло. Мама давно говорит, что надо один раз сделать тест на отцовство. Я сначала вообще не хотел её слушать, а потом подумал: почему нет? Получим ответ и забудем эту тему. Несколько секунд Наталья была уверена, что неправильно его поняла. – Ты сейчас говор