Включай и пользуйся

Кандидат в космонавты сидит в финской бане. На нём — зимний лётный комбинезон. Температуру поднимают. Час. Полтора. Пот заливает глаза. Дышать всё тяжелее. Останавливаются не тогда, когда он просит. Останавливаются тогда, когда температура тела поднимается на два градуса — или когда сердце начинает давать сбои. Так описывал это Георгий Гречко — лётчик-космонавт, дважды Герой. «Подобных исследований было слишком много», — добавлял он. Это была стандартная процедура отбора. Не наказание. Не крайняя мера. Стандарт. Зачем это было нужно 1958 год. Советский Союз готовится отправить человека в космос. Никто не знает, что его там ждёт. Перегрузки на старте — сколько выдержит тело? Тепловые нагрузки при возвращении — до какого предела? Гипоксия, вибрация, изоляция — где граница между дискомфортом и необратимым ущербом? Ответить мог только эксперимент. На людях. Из более чем трёх тысяч лётчиков отобрали двадцать кандидатов. Каждый из них прошёл через всё, что могло ждать в полёте — перегрузки,

Сообщение в большом чате. Пишет кто-то из участников. «Чат переносим в новое место — старый аккаунт администратора взломали. Вот ссылка на новый». Ссылка — на Telegram. Не на сторонний сайт. Открывается внутри мессенджера. Появляется окно с полем для ввода кода верификации. Вводите. Всё. Ваш аккаунт открыт на устройстве мошенника. Он читает переписку. Пишет от вашего имени. Просит деньги у ваших контактов. Никакого взлома не было. Вы сами дали разрешение. Почему это сработало Главная особенность этой схемы — она работает внутри самого Telegram. Не нужны поддельные сайты. Не нужен фишинговый домен. Ссылка ведёт в мессенджер, приложение открывается в мессенджере. Всё выглядит легитимно. Специалисты «Лаборатории Касперского» зафиксировали эту схему в феврале 2026 года. Параллельно её описала компания CYFIRMA — с технической стороны. Мошенники регистрируют собственные API-ключи Telegram. Через официальные механизмы аутентификации мессенджера инициируют вход на новом устройстве. Пользовате

Горький. Военный аэродром. 1954 год. На взлётной полосе стоит машина. Снаружи — что-то автомобильное. Четыре колеса, кузов, кабина. Но сзади — сопло реактивного двигателя от истребителя МиГ-17. За рулём — заводской испытатель Михаил Метелев. Задача: разогнать машину до 700 километров в час. Побить мировой рекорд скорости на земле. На скорости около 300 — авария. Метелев почти не пострадал. Машину восстанавливать не стали. Так закончился первый советский реактивный автомобиль. И начался длинный список машин, в которые советские инженеры ставили авиационные двигатели — и смотрели, что получится. Зачем это вообще делали Две задачи, никак не связанные между собой. Первая — рекорды. Мировой рекорд на суше — 634 км/ч, Джон Кобб, 1947 год. В СССР хотели больше. Авиационный двигатель на колёсах — самый короткий путь. Вторая — армия. Ракеты становились больше и тяжелее. Перевозить их нужно было быстро, по любому грунту. Обычные дизели не справлялись. Газовая турбина давала вдвое большую мощнос

В интернете гуляет история. Якобы советские учёные в 1940-х посадили пятерых заключённых ГУЛАГа в герметичную камеру. Закачали газ, не дающий спать. Ждали 15 суток. Когда открыли — увидели нечто ужасное. Люди сошли с ума. Вырывали себе органы. Просили не выпускать наружу. Эту историю пересматривали миллионы человек. Её называют «Русским экспериментом со сном». Это выдумка. Крипипаста — жанр страшных интернет-историй. Опубликована в 2010 году на англоязычном сайте ужастиков под псевдонимом OrangeSoda. Никаких архивных документов не существует. Но реальные советские исследования были. И то, что они показали, — не менее интересно. Зачем армии нужен был ответ Вопрос простой. Солдат без сна — насколько он боеспособен? Первые сутки — держится. Вторые — ещё терпимо. Третьи — начинаются галлюцинации. Решения принимаются неправильно. Стрельба — мимо. Советские военные медики изучали это с 1950-х. Не на заключённых — на солдатах-добровольцах и на аппаратуре. Параллельная задача — космос. Что пр

Письмо на почту. Тема: «Счёт на оплату №447». Отправитель незнакомый, но письмо деловое. Вложение — файл «Счёт_447.pdf». Вы открываете. PDF выглядит нормально — таблица, реквизиты, сумма. Но в углу всплывает окно: «Для просмотра документа необходимо обновить Adobe Reader. Нажмите для установки». Вы нажимаете. Через несколько секунд на вашем компьютере — троян. Он сидит тихо. Ждёт, пока вы зайдёте в банк. Документ был настоящим. Вирус — тоже. Почему именно документы Исполняемые файлы — .exe, .bat — люди уже научились бояться. Антивирусы их блокируют. Почтовые фильтры режут. Документ — другое дело. PDF с договором. Word с техническим заданием. Excel с прайсом. Открыть документ — нормальное рабочее действие. Никаких подозрений. Мозг переключается в режим «читаю бумагу», а не «запускаю программу». Именно на это и рассчитывают. Четыре способа спрятать вирус в документе Первый — макросы. Word, Excel и другие офисные программы умеют выполнять встроенные скрипты — макросы. Полезная функция дл

Наступление. Танковая колонна идёт вперёд. Впереди — канал. Ширина восемнадцать метров. Понтонёров нет, время — минуты. К берегу выезжает машина. Внешне — танк. Но вместо башни — сложенная металлическая конструкция. Пять минут. Гидравлика разворачивает мост. Машина отъезжает назад. Переправа готова. Первый танк колонны уже едет по мосту. Это МТУ-20. Советский танковый мостоукладчик. Машина, которую придумали для того, чтобы армия не останавливалась. Зачем это было нужно Советская военная доктрина строилась на скорости. Танковый прорыв, глубокое наступление, не давать противнику перегруппироваться. Но Европа — это не степь. Реки. Каналы. Овраги. Противотанковые рвы. Каждое препятствие — остановка. Ждать сапёров с понтонами — час, два, три. Противник успевает подтянуть резервы. Нужна была машина, которая едет в колонне. Подъезжает к преграде. Кладёт мост. Уезжает. Колонна идёт дальше. Без сапёров. Без понтонов. Без остановки. Первый: МТУ на базе Т-54 Идею сформулировали сразу после войн

Афганистан. Горный перевал. Боец получает ранение. Санитара нет. До эвакуации — часы. До госпиталя — сутки. В кармане бушлата — оранжевый пакет. Внутри среди бинтов и таблеток — две ампулы. Промедол. Советская армия решила проблему боли просто: каждый солдат носил обезболивающее при себе. Всегда. В любом кармане. На любом задании. За этим решением стояли годы экспериментов. И несколько открытий, о которых не писали в газетах. Проблема, которую надо было решить Боль убивает не сразу. Она убивает через шок. Болевой шок — это реакция организма на сильную боль. Резкое падение давления. Потеря сознания. Отказ органов. Человек может выжить после ранения — и умереть от болевого шока через час. На фронте Второй мировой советские военные врачи фиксировали: значительная часть потерь — не от самих ранений, а от шока и неадекватного обезболивания. Морфин был, но дефицитный, дорогой, с жёсткими ограничениями на применение. Нужен был массовый, дешёвый, надёжный препарат. Который можно выдать каждом

Телефон начинает сходить с ума. SMS одно за другим. Gosusluugi — «попытка входа». Сбербанк — «код подтверждения». Тинькофф — «запрос на восстановление». Ещё одно. Ещё. Двадцать сообщений за пять минут. Все — про ваши аккаунты. Все — от имени официальных сервисов. Вы в панике. Что происходит? Кто-то взламывает всё сразу? Потом звонок. Вежливый голос: «Здравствуйте, это служба безопасности оператора. Мы видим подозрительную активность на вашем номере. Сейчас придёт код — продиктуйте его, и мы заблокируем атаку». Приходит код. Вы диктуете. Это и был взлом. Прямо сейчас. Что такое SMS-бомбинг SMS-бомбинг — автоматическая массовая рассылка сообщений на один номер. Мошенники используют специальные программы. Они обходят формы регистрации на сотнях сайтов и сервисов — везде, где можно запросить код на любой номер телефона. За несколько минут на вашем телефоне скапливаются десятки сообщений от реальных сервисов. Письма настоящие. Коды настоящие. Только запрашивали их не вы. Цель бомбинга — не

Афганистан. Декабрь 1988-го. Чарикарская долина. Советские войска зашли в горы. Впереди — укреплённые позиции. Пещеры, трещины в скалах, сотни метров естественного укрытия. Артиллерия работает, но толку мало — снаряды уходят мимо или рикошетят. Тогда вперёд вышла машина на шасси танка Т-72. На месте башни — пакет из 24 стволов. Навелась. Дала залп. Эффект превзошёл ожидания. Взрывная волна отражалась от скал, накладывалась сама на себя, заполняла пустоты. В пещерах не осталось ничего живого. Машину назвали «Буратино». Официально — ТОС-1, тяжёлая огнемётная система. По концепции — очень большой огнемёт. Зачем понадобилась такая машина Обычное оружие уничтожает целью. Осколки, пуля, снаряд — нужно попасть. Термобарическое оружие работает иначе. Оно уничтожает пространство. Снаряд взрывается не сразу. Сначала — облако горючего в воздухе. Проникает в щели, траншеи, пещеры. Заполняет всё. Потом второй взрыв — поджигает облако. Горит весь объём сразу. Тысячи градусов. Давление несколько атм

Нижний Новгород. 1930-е годы. Лаборатория физиологии. Профессор Пётр Анохин берёт двух собак. У каждой выделяет нервы и разрезает их поперёк. Потом соединяет их крест-накрест. Центральный конец нерва, который идёт к желудку и лёгким, — пришивает к периферическому концу нерва, который идёт к мышцам лапы. И наоборот. Через несколько месяцев нервы срастаются. И тут начинается неожиданное. Мозг даёт команду согнуть лапу. Но сигнал идёт по «перепутанным» путям. Сначала — движение не то. Мышцы реагируют неправильно. Но постепенно — за недели и месяцы — мозг перестраивается. Лапа начинает двигаться правильно. Никто не объяснял собаке, что делать. Мозг сам разобрался. Нашёл новое решение через обратную связь от результата. Из этого опыта Анохин вывел идею, которая изменила нейронауку. Кто такой Анохин Пётр Кузьмич Анохин — ученик Павлова. Тот самый Павлов, чьи собаки со слюноотделением на звонок вошли в каждый учебник. Анохин пошёл дальше. Павлова интересовал рефлекс — автоматический ответ на