кНИЖный район

«И как это ни парадоксально, именно современность мнима, а история — реальна». Эта фраза Льва Гумилёва, вынесенная в эпиграф романа Дарьи Дезомбре «Тени старой квартиры», задаёт особый ракурс восприятия книги. Цитата побуждает задуматься: что на самом деле более ощутимо — зыбкое «сейчас» или прошлое, которое продолжает влиять на наши поступки, страхи и выборы? В контексте повествования мысль обретает глубину: расследование преступления в старой ленинградской квартире становится путём к пониманию того, как блокада, казалось бы, оставшаяся в прошлом, по‑прежнему определяет судьбы людей. Композиция увлекательного детектива выстроена на пересечении двух временных пластов. В 1950‑х годах в коммунальной квартире на канале Грибоедова происходит загадочное отравление: жертвой становится пожилая женщина, а подозрение падает на соседку — Анну Васильевну, пережившую блокаду. Образ подозреваемой особенно важен: в нём читается глубокая психологическая травма, отпечатавшаяся в манере держаться, гово

Хилинг-романы или «исцеляющие романы» – это поджанр современной литературы, который в последние годы набрал огромную популярность. Пришел он к нам из Азии (а именно Южной Кореи и Японии), но прочно обосновался на полках у мирового читателя и принял в свои ряды писателей из других стран. Хилинг-романы – это часть более глобального тренда «уютного чтения». Они появились как ответ на тяжелые времена, полные стресса, перегрузок и неопределенности. Расцвет поджанра пришелся на 2020 год, когда была пандемия COVID-19. Локдаун, страх за здоровье, социальная изоляция побуждали людей искать методы отвлечения, чтобы снизить тревожность. Хилинг-романы стали идеальным выбором: простые, легкие истории на житейские темы с предсказуемым концом – словом, то самое «заземление». И с окончанием пандемии популярность данной литературы не закончилась, а наоборот. Ведь поводов для стресса у современного по-прежнему множество, а романы такого типа помогают восстановиться, на время уйдя от реальности в сюжет.

Важной датой в истории русской географической науки было создание в 1845 году Императорского русского географического общества. Некоторые направления деятельности РГО: ⋆ разработка масштабной программы по сбору информации в сферах географии, геологии, картографии, топографии и сейсмологии; ⋆ научное руководство процессом сбора фольклорных и этнографических материалов; ⋆ организация десятков экспедиций, охвативших как российские регионы, так и зарубежные территории. Среди учредителей РГО были: • вице-адмирал, полярный исследователь Федор Петрович Литке — инициатор создания общества, воспитатель будущего первого председателя РГО великого князя Константина Николаевича; • адмирал, руководитель первого российского кругосветного плавания Иван Федорович Крузенштерн; • военный и государственный деятель, полярный исследователь барон Фердинанд Петрович Врангель; • академик, астроном Василий Яковлевич Струве; • писатель, философ, музыковед, общественный деятель, меценат князь Владимир Федорович

Военные песни по праву считаются одной из самых замечательных страниц музыкальной культуры нашей страны. С ними шли в бой, они вселяли силы и уверенность в победе, сплачивали бойцов, поднимали дух, помогали выстоять, давали надежду, напоминали о семье, близких людях и друзьях, рассказывали о Родине. Идут годы, но эти песни по-прежнему известные и любимые, и мы слышим их по радио и телевидению не только в День Победы. Песен, рожденных в суровые фронтовые годы, десятки. И у каждой из них своя история и судьба. Не стали исключением и песенные композиции нашего земляка Бориса Андреевича Мокроусова. Критики называли его «Есениным в музыке». Талантливый композитор, мелодичный лирик, написавший более 240 песен, многие из которых вошли в золотой фонд отечественного песенного искусства, а главное – памятны и любимы. Среди них: «Одинокая гармонь», «Заветный камень», «Песенка фронтового шофера», «Когда весна придет, не знаю», «Сормовская лирическая», «Вологда», «Хвастать, милая, не стану», «На кр

В ночь с пятого на шестое марта 1942 года немецкие летчики из Люфтваффе нещадно бомбили Москву. Около часа ночи рядом со зданием, расположенным на Большой Грузинской улице, упала фугасная бомба. Стоял страшный грохот, дребезжали и бились стекла, но взрыва не последовало. Когда саперы прибыли на место, выяснилось, что бомба была начинена не взрывчатым веществом, а песком, в груде которого обнаружили вместо детонатора обгоревшие страницы карманного чешско-русского словаря. Рискуя своей жизнью, на такой смелый шаг решились рабочие-антифашисты. Добрая дружеская рука спасла находившийся поблизости старинный особняк, где когда-то проживал создатель Толкового словаря живого великорусского языка. Сейчас там находится музей Даля. В его экспозиции представлена фотография того самого чешско-русского глоссария, извлеченного из неразорвавшейся бомбы. Сам же карманный словарь был передан в Центральный музей Революции СССР (ныне Государственный центральный музей современной истории России).

Осенью 1830 года состоялся литературный дебют Даля-прозаика. В журнале «Московский телеграф» была напечатана его повесть «Цыганка». Самое интересное в ней — меткое описание быта молдаван и бессарабских цыган. Это навсегда останется в сочинениях Даля — точные и обстоятельные сведения о нравах и обычаях разных народов. Издатель журнала Н. А. Полевой назвал повесть «превосходным сочинением», но читатели ее не заметили. Еще не пришло время для таких произведений. «Цыганки здешние имеют вообще столько своеродного и отличительного, что, несмотря на великое множество их, всегда при первом взгляде могут легко быть узнаны и отличены от природных жительниц, молдаванок. Цыганки бывают росту среднего, иногда рослы, стройны, волосы черноты совершенной, будто под черной финифтью, несколько курчавы или волнисты, длинны, густы и мягки. Это, а равно и особенный изжелта-смуглый цвет лица, есть неотъемлемый признак их. Несмотря на это, встречаете между ними красавиц, черные волосы лоснятся, распущенные и

Даже во время русско-турецкой войны 1828-1829 гг. Владимир Иванович Даль продолжал собирать слова, которые записывал у солдат из разных мест. Записей накопилось так много, что для перевозки бумаг в походе понадобился вьючный верблюд. На его горбу будущий словарь путешествовал по военным дорогам в виде нескольких мешков, наполненных тетрадями. Однажды случилась беда: верблюда, груженного записками, во время боя захватили турки. Даль признавался, что «осиротел с утратой своих записок». На поиски корабля пустыни в турецкий тыл отправился отряд казаков, и через несколько дней пропавшее животное было возвращено Далю вместе с драгоценной поклажей. К счастью, все записки оказались целыми и невредимыми. «Таким образом, — признавался позднее Даль, — начало русского Словаря было избавлено от турецкого плена…»

В марте 1819 года по заснеженному новгородскому тракту ехал на санях восемнадцатилетний мичман. Небо стали затягивать тяжелые темные тучи. «Замолаживает!» – сказал офицеру ямщик, указывая кнутом на тучи. «Что-что?» – удивился тот. «Замолаживает», – повторил ямщик. Молодой человек достал из кармана кителя маленький блокнот и записал: «Замолаживать – в Новгородской губернии значит «холодать, клониться к ненастью». Звали юношу Владимир Даль. Лет через десять его записная книжка превратилась в несколько толстых увесистых тетрадей, исписанных мелким, бисерным почерком. «Охотник слова» – так он себя называл. Он занимался поиском новых необычных слов. В.И. Даль отмечал: «В русском языке не менее жизни, как и в самом человеке... Мое дело – выкопать золото из скрытых рудников народного языка и быта и выставить его миру на показ» .

1941 год… Такой разный и такой одинаковый… Юная Нина уверена: её ждёт большое, светлое и непременно счастливое будущее. Да и может ли быть иначе, если она не просто московская девочка-отличница, а единственная и любимая дочь весьма состоятельного и влиятельного отца? Увы. Оказывается, может. Судьба – та ещё насмешница, особенно над теми, кому пока неведома сила не вовремя или не к месту брошенного слова. И вот уже столичные проспекты в сиянии ночных огней сменяются пугающей темнотой и шорохами деревенской ночи где-то в белорусской глубинке. В один далеко не прекрасный день ко всему этому добавляется грохот орудийных залпов… Наши дни. Лиза – молодая, красивая женщина, которую мы встречаем в очень непростой период. Семейное счастье разбито вдребезги, впрочем, жизнь, кажется, тоже. Видимо, придётся собирать себя заново, а тут ещё эти похороны так некстати… Даже в смерти Ба осталась верна себе, но придётся лететь. Похороны. Пустая квартира и странная тетрадь. Дневник? Исповедь? Рука сама с

К врачеванию Владимир Иванович Даль пришел не сразу, несмотря на то что был сыном лекаря. 🔶 20 января 1826 года он поступил на медицинский факультет Дерптского университета. Вместе с Далем учились будущие медицинские светила: хирурги Николай Пирогов и Федор Иноземцев, терапевт Григорий Сокольский, физиологи Алексей Филомафитский и Александр Загорский. 🔶 Долгими вечерами Даль и Пирогов занимались в анатомическом зале топографической анатомией, оттачивая мастерство, пригодившееся впоследствии в практической хирургической работе. 🔶 18 марта 1828 года В.И. Даль защитил диссертацию, освещающую два вопроса: «Об успешном методе трепанации черепа и о скрытом изъязвлении почек». Диссертация хранится в библиотеке Тартусского университета. 🔶 Во время русско-турецкой войны Владимир Иванович Даль был ординатором при подвижном госпитале, оперировал и перевязывал раненых. Как блестящий военный врач был награжден серебряной медалью на георгиевской ленте и орденом святой Анны. 🔶 По окончании военн