Исток-Аудио

Кажется, будто жалобы на постоянный шум вокруг – это просто особенность восприятия отдельных чувствительных людей. Но официальная статистика говорит об обратном. В 2022 году в Германии были опубликованы данные картографирования шума, согласно которым в ночное время почти 18% населения страны подвергается воздействию вредного для здоровья шума, а днем этот показатель поднимается уже до 26% – то есть страдает каждый четвертый. У нас в России картина не менее показательна. Сегодня около 75% россиян живут в городах, а значит, постоянно находятся под акустической нагрузкой от транспорта, строек и городской инфраструктуры. И особенно тревожны данные о самых уязвимых слушателях: по результатам одного из исследований, средняя «громкость» дня современного российского ребенка составляет около 90 дБ – это примерно вдвое превышает норму, установленную санитарными правилами. То есть дети растут в звуковой среде, которая формально давно вышла за пределы безопасной. Всемирная организация здравоохране

Любой родитель, который хоть раз пытался усадить непоседливого трехлетку на одном месте и заставить его сосредоточенно нажимать кнопку в ответ на тихие писки в наушниках, знает: это настоящее испытание для всех участников процесса. Именно так десятилетиями выглядела классическая условно-игровая аудиометрия – метод диагностики слуха у маленьких детей, требующий целого арсенала игрушек, специально обученного ассистента и огромного запаса терпения и у врача, и у родителей, и у самого ребенка. Но за последние годы в детской аудиологии произошел настоящий прорыв, который сделал процесс диагностики почти незаметным для малыша – превратив скучное медицинское обследование в увлекательную игру. Речь идет о технологии под названием RE-Play, разработанной итальянскими инженерами специально для решения этой проблемы. Вместо привычной кнопки ответа используется обычный планшет с яркими анимированными персонажами, а вместо игрушек – виртуальные герои, которым нужно «помочь». Когда ребенок слышит зву

Еще лет пятнадцать назад термин «коррекционная школа» существовал в официальных документах, а обучение слабослышащих детей во многом опиралось на жестовый язык и минимальный набор технических средств. Сегодня картина кардинально изменилась: современное слухопротезирование позволяет строить обучение на основе устной речи с максимальной опорой на остаточный слух – а значит, задача школы усложнилась. Ребенку нужно не просто присутствовать на уроке, а полноценно накапливать словарный запас, усваивать грамматику языка, учиться писать и читать наравне со слышащими сверстниками. И для этого требуется по-настоящему продуманная технологическая среда, которая охватывает буквально все здание школы – от входной группы до спортивного зала. Начинается эта среда уже на входе. Современная школа, ориентированная на детей с нарушением слуха, оснащает пост охраны или стойку администратора портативной индукционной системой с микрофоном: устройство преобразует речь в электромагнитный сигнал, который улавли

Когда семья выбирает школу для ребенка с нарушением слуха – специализированную или обычную с инклюзивным классом – почти всегда встает один и тот же вопрос: как понять, что учебное заведение реально готово принять такого ученика, а не просто формально числится «доступным»? Часто родители ориентируются на общие впечатления: приветливый персонал, чистые классы, современный ремонт. Но настоящая готовность школы к обучению слабослышащего или глухого ребенка проверяется совсем другими деталями – теми, которые видны не сразу, но напрямую влияют на то, сможет ли ребенок реально услышать урок, а не просто присутствовать на нем. Начать стоит уже со входа в здание. По действующим строительным нормам, рядом с главной вывеской или на входной двери школы, ориентированной на детей с нарушением слуха, должна располагаться информационная табличка о доступности учебного заведения именно для этой категории учеников. Дальше – пост охраны или стойка администратора: здесь у по-настоящему подготовленной шко

Когда речь заходит о специалистах, помогающих людям с нарушением слуха, большинство сразу вспоминает врача-сурдолога, который ставит диагноз, и сурдоакустика, который подбирает слуховой аппарат. А вот кто такой сурдопедагог и зачем он вообще нужен, если аппарат уже подобран и настроен, – вопрос, который остается загадкой для многих родителей и пациентов. Разбираемся, опираясь на практический опыт сурдопедагога сети центров хорошего слуха «Радуга звуков» Ирины Львовны Оводковой. Начнем с главного различия, о котором редко задумываются: у детей и взрослых с нарушением слуха задачи специалиста принципиально разные. У ребенка, который родился с нарушением слуха или потерял его в раннем возрасте, никогда не было собственного слухового опыта – и в этом случае речь идет об абилитации, то есть о формировании навыка, которого раньше просто не существовало. У взрослого человека, слух которого снижался постепенно, уже есть внутренний «слуховой архив» и мышечная память на правильную артикуляцию –

Знакомая многим семьям ситуация: пожилая родственница жалуется, что домашние стали говорить тише и невнятнее, обижается, что «никто нормально с ней не разговаривает», а слуховой аппарат, который ей когда-то подобрали, так и не сделал звучание речи понятнее – она носит его скорее по привычке, чем с удовольствием. Родственники в такой ситуации нередко списывают все на начинающуюся деменцию или просто на «характер» – а специалисты по слуху, разбирая подобные случаи, обнаруживают куда более интересную и куда более решаемую картину. Дело в том, что с возрастом снижается не только сама острота слуха, но и способность мозга быстро обрабатывать непрерывный поток речи – особенно если вокруг присутствуют посторонние звуки: работающий телевизор, разговор на кухне, шум с улицы. Такое нарушение специалисты называют «центральным» снижением слуха – то есть проблема не только в ухе, но и в том, как мозг успевает справляться с потоком звуковой информации. И вот здесь кроется важный нюанс: чем сильнее в

Со стороны кажется, что подбор слухового аппарата – это что-то вроде покупки очков: пришел, померил зрение, выбрал оправу, ушел. На самом деле весь путь пациента растягивается на несколько визитов и может занимать от нескольких недель до пары месяцев – и на каждом этапе решаются свои задачи. Разбираем этот путь по шагам, опираясь на практику специалистов центров ГК «Исток-Аудио». Все начинается не с наушников и аудиометра, а с обычного разговора. Специалист выясняет, когда человек впервые заметил трудности со слухом, есть ли шум в ушах, головокружения, случаи потери слуха в семье, принимал ли пациент ототоксичные препараты, работал ли на шумном производстве. Только после этого начинается сама аудиометрия – определение порогов слышимости на разных частотах, а нередко и дополнительная тимпанометрия, показывающая состояние среднего уха. Итоговая аудиограмма – это не просто «диагноз», а фактически карта, по которой дальше будет подбираться и настраиваться устройство. Здесь начинается самая

Иногда самые крупные истории начинаются с самых скромных пространств. Тридцать лет назад там, где сегодня работает одна из крупнейших сетей центров слухопротезирования в России и странах СНГ, было всего лишь небольшое рабочее место на проходной завода – точка, куда люди приходили, чтобы впервые за долгое время попробовать снова услышать привычные звуки жизни. Сегодня это сеть «Радуга звуков» – больше 260 центров хорошего слуха, за плечами которых стоит без преувеличения целая эпоха в истории отечественного слухопротезирования. За тремя десятилетиями работы стоит не просто цифра роста количества филиалов, а сотни тысяч человеческих историй – детей, которым слуховые аппараты помогли вовремя начать говорить и пойти в обычную школу вместе со слышащими сверстниками; взрослых, которые вновь смогли уверенно чувствовать себя на работе и в общении с близкими; пожилых людей, к которым вернулась радость от разговора с внуками и любимых передач по телевизору. По самым скромным подсчетам, за эти го

Когда речь заходит о берушах, большинство представляет себе одно и то же – простую затычку, которая наглухо блокирует звук, чтобы можно было выспаться в шумном отеле или пережить перелет. На деле же современные средства защиты слуха – это целая отдельная область, где для разных жизненных ситуаций существуют совершенно разные решения, и слепое использование «просто берушей» там, где нужен специализированный вариант, может быть не просто неудобным, но и небезопасным. Об этом подробно рассказывает специалист компании «Исток Аудио Слух» Александр Поздняков. Ключевое различие, с которого стоит начать – это беруши без фильтров и беруши с фильтрами. Первые полностью блокируют звук, вторые – благодаря так называемым пассивным акустическим фильтрам – снижают уровень шума избирательно, оставляя человеку возможность слышать важные звуки на безопасном для слуха уровне. Именно эта особенность и определяет, для какой ситуации какой тип подойдет: там, где нужна полная тишина – сон в шумном месте, к п