Анна Кирьянова. Лучшие видео.

В жизни бывают трудные периоды. Когда приходится сталкиваться с проблемами, тяжелыми событиями, потерей сил, утратами, необходимостью сложного выбора, - это время испытаний. Никто не избежит его. Это необходимая часть жизни. Время испытаний - это время искушений. Соблазнов. Когда приходится противостоять не только трудностям, не только ударам жизни. Но и чему-то запретному, пагубному. Хотя это пагубное кажется иногда полезным и облегчающим тяготу. Или необходимым. Или простительным… Можно не отдавать. Можно выместить раздражение на том, кто не ответит. Можно свалить ответственность. Можно схитрить.  И испытания кончатся. Все же понятно. Зачем тебя испытывать? Ты сделал свой выбор. Сошел с пути. Поддался искушению. А сил мало. Толкают, заманивают, запугивают, обманывают, преграждают путь, тянут в сторону, предлагают отступиться. Оступиться…  Но это и есть путь испытаний, если такое происходит. Непрерывные трудности сочетаются с с искушениями. Когда пытаются столкнуть с верного: но

Лесков - любимый мой русский писатель. Но есть у него одна сказка, которую с детства я не очень любила. Не принимала. Слишком она печальная. И странная. Хотя мораль автор сам прописал, чтобы все было понятно. Мальчик Миколаша мечтал о неразменном рубле. Такой рубль тратишь, а он снова в кармане. Заполучить рубль можно от нечистой силы. И способ нехороший; надо кошку изловить и продать этой силе. Да еще причинять кошке боль… Но в рассказе бабушка подарила мальчику желанный волшебный рубль. Только предупредила: пока на других тратишь, рубль возвращается. На себя начнешь - исчезнет волшебная монета. И точно. Пока Миколаша покупал другим свистульки и обновы, рубль снова оказывался в кармане. А когда мальчик восхитился жилетом чужим, блестящим, модным, со «стекловидными пуговицами», когда вознамерился этот жилет купить себе, - рубль исчез. И мальчик горько плакал о своей потере. Это про то, что талант свой и энергию надо другим отдавать. А как захочешь для себя жилет с пуговицами, - так

«И это пройдет», - такая философская надпись была на кольце царя Соломона, - гласит легенда. И царь утешался, глядя на эту надпись. Хотя что же в ней утешительного, если хорошее тоже проходит? Но на самом деле эти слова бодрят. Хотя кажутся печальными. Иногда все проходит само по себе. Просто проходит - и всё.  Боль проходит. Тоска проходит. Обида. Так и говорят: «Не плачь, это пройдет!» И нет точного момента, когда это пройдет. Постепенно проходит, незаметно.  И любовь иногда проходит так же. Незаметно. Желтеют листья, увядают цветы; а потом исчезают. Проходят. И невозможно назвать день, когда любовь прошла.  И жизнь проходит так же. Детство. Молодость. Сам не замечаешь, что ты уже другой. Пожилой. Старый. Увяли цветы и опали листья.  Все проходит. Все, что у нас есть, не вечно. И мы сами не вечны. Проходит и плохое, и хорошее. Исподволь, незаметно, тихо… И мы проходим. И потому, неожиданно скажу, хватит терзать себя страхами, переживаниями, мучительными сомнениями, воспоминаниями.

Однажды мы с другом, немолодым переводчиком, интеллигентным и спокойным человеком, были в кафе. Лет двадцать назад дело было. Кафе с претензией на аристократичность. Изысканные блюда, малосъедобные, честно сказать. Утонченные манеры официантов. Подача оригинальная, как у фокусника в цирке. А главное, живая музыка. Живая музыка - это был саксофонист. Тоже элегантный, утонченный, весь, знаете, извивался и закатывал глаза картинно. И играл на своем инструменте прямо у столика, наклоняясь к нам. Мы совсем не слышали друг друга. Только этот саксофон. Музыкант хотел получить денежные средства, как пишут в документах. И получил! Мой друг деликатно протянул купюру. И саксофонист заиграл еще энергичнее. Еще громче. Он обходил наш столик, наклонялся и дул в свой саксофон. Деньги очень его воодушевили. Он их ждал и получил! И саксофонист продолжал мучить нас своей игрой. Может, это была хорошая мелодия. Может, музыкант играл великолепно. Я не знаю. Невозможно было ни есть, ни чай пить, ни ра

Если каждый день будет праздник, то праздников совсем не будет. Вот и все.  Нельзя каждый день носить праздничную одежду и есть праздничную еду. Потому что праздничное превращается в будничное. И праздник исчезает. Его не будет. Ты его съел уже. Подарки использовал. Одежды износил.  Ешь мясо и пей мед. Это разрешено. Но тогда чем ты отметишь праздник? Как отличишь его от будней?  Смеялись над прошлым: «Это на Новый год, не трогай!». Да, прежде откладывали лакомства на праздник. Сберегали. Не ели тотчас. Смешно! А теперь не смешно. Когда с октября начинается как бы праздник. Отнимая будущую радость. Порождая смутную тревогу. Как день рождения, который празднуют заранее…  В жизни так же. Все советуют пить из праздничных чашек, есть из праздничной посуды, повседневно носить праздничные одежды. Но ведь тогда не будет и праздника?  И не так наивны и скупы люди, у которых есть праздничный сервиз и праздничные туфли. Помните, у Ильфа и Петрова плохие времена жизни старик описал просто: мол,

Я вышла из гостиницы утром. В гостинице хорошо. Удобно. Номер уютный, есть место для работы. Есть все удобства. И сама гостиница красивая, современная. Большие холлы, красивая мебель, диваны, кресла, ковры… И персонал приветливый, доброжелательный. И окна номера выходят на старинный парк. Прекрасно все. Живи и радуйся. Пользуйся благами. И осталось еще два оплаченных дня. Дела сделаны, работа выполнена, лекции прочитаны, встречи проведены. Можно отдохнуть. Немножко поработать, но отдохнуть. В гостинице хорошо отдыхать. Я так захотела домой! Это неразумно. Но как тот маленький мальчик, про которого я как-то рассказывала: его возили во всемирно известный детский игровой парк. Там масса впечатлений! На море еще возили. Показали разные страны и диковинки. Погружение в батискафе, полеты с парашютом организовали. Угощали лакомствами. Водили на представления… А спустя полтора месяца вернулись в родной маленький город. И мальчик, который вежливо благодарил за развлечения и угощения, за впеч

Я размышляла о смысле жизни, о возрасте и о любви. О надежде. Две крайности равно опасны: когда перестают любить. Живут лишь будничными материальными проблемами. И когда не отражают свой реальный возраст. Фантазируют, создают «воображаемых друзей», изображают юность, говорят, что все впереди! Но это жалкая неправда. Живешь, пока любишь кого-то. Пока способен любить. Так я думала, шла под синим ясным небом с другом. Мы молчали, с друзьями можно молчать и идти рядом, шаг в шаг… По парку впереди меня шли немолодые женщины. Пожилые уже. Ухоженные, красивые, лет по семьдесят. В осенней тишине парка отчетливо слышно все разговоры. И шорох последней уже листвы под ногами. Женщины разговаривали между собой И одна другой говорила: мол, я живу счастливо. Радостно живу.  Я же его встретила в шестьдесят. И пять лет мы прожили душа в душу. В полном согласии и в любви. Счастливо прожили.  А потом его не стало. В шестьдесят пять.  И я этим счастьем десять лет живу и этой любовью. Радуюсь, что вып

Помните золотую розу в деревне, которая пережила снегопад и ледяной дождь? Холодный ветер и заморозки? И выстояла, Выжила. И продолжала цвести. Я рассказывала про нее. Роза все равно цвела. Пережила заморозки и снег. Дождалась теплых дней. Золотых деньков уходящей осени…Цвела! А теперь увяла. Так странно. Мне казалось, она не увянет никогда. И такое тепло пришло, такое солнце, - а роза увяла. Отцвела. Потому что пришло ее время.  Потому что прошло ее время.  Время заставило розу увянуть. Время сильнее холода, снега и ветра. Сильнее нашей силы. Время срывает розы и уносит любимых. И нас унесет однажды. Придёт наше время. И пройдёт наше время.  Поэтому живите сейчас. Никакие ураганы и морозы не повредят до тех пор, пока не придёт время. А придет время - и в солнечный теплый день опадут лепестки розы. Её дни кончатся. Глупо жаловаться на жизнь и чрезмерно переживать о будущем. Надо жить.  Сэкономить время, набрать его в запас, сохранить, законсервировать, рассчитать и растянуть не

Если бы мне сказали: «Вам надо написать двадцать книг, приступайте, ждем!», - я бы и приступить не решилась бы. Это же гигантская работа, это громадная задача!  Нет уж, увольте. Мне же работать надо, не только писать. И жить когда? Это как привести человека в пустыню и предложить построить пирамиду. Или эту пустыню оросить, прорыть канал.  Это невозможно. Это слишком большая работа!  И человек сразу откажется. С ума вы сошли, что ли? Невыполнимое задание.  Мы отказываемся от невыполнимого задания. Сразу.  Но я ведь написала двадцать книг? Их издают, переиздают, переводят на другие языки.  Я не ставила себе эту задачу.  Я просто ежедневно писала. Эссе, истории, сказки, размышления, наблюдения… Каждый день. Посильно.  И пугать себя сразу громадной задачей не надо. Потому что человек отказывается строить пирамиду. И вы внутренне откажетесь. Сразу. Это непосильно.  И с этого внутреннего отказа начнете что-то делать да и бросите. Ведь задача сразу отмечена как непосильная. Поковырял песок

Известная актриса, предположим, подверглась осуждению общества. Произошла неприятная история с квартирой, мошенниками и потерей денег. И эта история широко обсуждалась. Потому что нарушен был сам принцип справедливости. Подобные истории влияют на глубинные ценности каждого человека, вызывают эмоциональный резонанс. Актриса стала плохо себя чувствовать. Хотя деньги не потеряла, история разрешилась, но её продолжали ругать и осуждать. Ну подумаешь, ругают, клянут, желают зла, - это же просто слова. Разве могут они повредить? Могут. Так могут повредить, что страшно подумать. Можно даже погибнуть от общественного порицания и ненависти. Социолог и антрополог Марсель Мосс описывает этот феномен в своей работе «Физическое воздействие на индивида коллективно внушенной мысли о смерти» (1926) Мосс описывает феномен, как в первобытных племенах и крестьянских общинах общественное осуждение буквально убивает человека физически. Вызывает гибель. Которую считали результатом магии. Человек на глазах