Сердца и судьбы

Предыдущая часть: Настоящее время. Сергей сидел напротив жены, сжимая в руках чашку с давно остывшим чаем, и не мог поверить ни одному её слову. Его руки безвольно лежали на коленях, а глаза смотрели прямо перед собой, в пустоту. Он не пытался разглядеть что-то конкретное — он просто не в силах был пошевелиться от нахлынувшего удивления и шока. — Ты хочешь сказать, что всё это придумала, чтобы проверить меня? — наконец выдавил он, с трудом ворочая языком. Вера грустно, с чувством глубокой горечи взглянула на него и сделала небольшой глоток чая, не спеша с ответом. В этот момент дверь в гостиную отворилась, и на пороге появилась Елена в обтягивающем синем платье. Она окинула Сергея презрительным взглядом и, усмехнувшись, прошла в комнату. — Ну что, рассказала ему всё? — спросила она у подруги, не обращая внимания на присутствие мужчины. — Жаль, я не приехала чуть раньше — не смогла увидеть его лица в тот самый момент. Опоздала немного. — Так ты всё это время знала? — с ненавистью и обид

Предыдущая часть: Кабинет у мужчины оказался крошечным, даже можно сказать, совсем тесным. Посредине стояли старый письменный стол и скрипучий стул, в углу — потемневший от времени шкаф, забитый бумагами, и маленькое, грязное окно, сквозь которое с трудом проникал дневной свет. Сам Андрей стоял посреди этого хаоса, согнувшись над бумагами. Он что-то шептал одними губами, считал на калькуляторе и лихорадочно вносил правки в документы, разбросанные по всему столу. Вера подошла ближе и тихо позвала: — Андрей, здравствуй. Мужчина резко обернулся, и на его лице отразилась досада. — Опять что-то сломалось? — спросил он устало. — Извини, сейчас не лучшее время для визитов, у меня тут бардак. — Нет, — ответила Вера. — Я узнала, что у тебя проблемы. Пришла предложить помощь. Что-то с документами? — Всё нормально, я сам справлюсь, — слишком грубо, почти раздражённо ответил Андрей, пытаясь заслонить собой бумаги. Вера шагнула вперёд и, не обращая внимания на его тон, почти оттолкнула его в сторон

Предыдущая часть: Когда Андрей закончил (а это стало понятно по прекратившемуся звону косы), блины уже были готовы. Вера как раз дожаривала последний, румяный. Девушка вышла на крыльцо и окликнула его: — Заходите завтракать! Мужчина пожал плечами, отложил косу и, отряхнув одежду, зашёл в дом. Он был весь мокрый от пота, уставший, но при этом выглядел довольным. — Можете воспользоваться душем, если хотите, — кивнула в сторону ванной Вера и ушла на кухню накрывать на стол. Андрей не стал отказываться от предложения. Только умывшись и приведя себя в порядок, он пришёл на кухню и сел за стол. Перед ним уже стояла тарелка с горкой румяных блинов и баночка со сметаной. Вера стояла рядом, скрестив руки на груди, и внимательно на него смотрела. — Сколько я вам должна за работу? — спросила она. Андрей приподнял брови, глядя на неё с таким видом, будто она спросила что-то совершенно неприличное. — Ну не бесплатно же вы это сделали, в самом деле? — пояснила Вера, чувствуя себя немного неловко под

Предыдущая часть: Елена и Вера принялись за еду, не спеша пережёвывая и обдумывая дальнейшие планы. — Поживу здесь месяц-другой, пока не придумаю, как жить дальше, — сказала Вера после долгого молчания. — У меня сейчас ноль наметок на будущее. Впервые в жизни у меня нет никаких планов. — И что ты собираешься здесь делать? — спросила Елена, скептически оглядываясь. — Старый заброшенный дом, заросший сад, глухая деревня, где даже магазина нормального нет. Ты и такое место — вещи несовместимые. — Если я сейчас же брошусь в омут с головой, то обязательно прогорю, — пояснила Вера, ковыряя вилкой салат. — Понимаешь, я давно забросила свои мечты о бизнесе. Все наработки, идеи, планы давно пылятся где-то в шкафу в городской квартире. Да и, честно говоря, всё это уже, наверное, не актуально. Поживу здесь, отдохну, развеюсь. Может, что-то новое и придумаю. У меня, знаешь ли, давно не было настоящего отпуска. Елена пожала плечами, не зная, что ответить. Впервые в жизни у неё не находилось слов дл

Предыдущая часть: Вера закатила глаза, всем своим видом показывая, что этот разговор ей уже порядком надоел. Она прекрасно знала негативное отношение подруги к её мужу и предпочитала просто не слушать эти бесконечные нравоучения. Елена всегда была слишком резка и прямолинейна в своих высказываниях, что, с одной стороны, помогало ей делать карьеру, но с другой — отпугивало от неё людей. У неё почти не осталось подруг, все разбегались от её жёсткой критики. — Твой Серёжа родную мать готов будет продать за деньги, если ему это будет выгодно, — продолжила Елена, не обращая внимания на недовольство Веры. — Ты хоть представляешь, какую сумму тебе завещала бабушка? — Там было приложено ещё одно письмо, — ответила Вера, стараясь говорить спокойно. — Она писала, что я осталась у неё единственной кровной родственницей. Часть наследства она передаёт детям своего мужа, от немца, а часть — мне. Судя по описанию, там весьма приличная сумма. И ещё небольшая доля в каком-то имении в Германии. — Тебе н

Предыдущая часть: Сергей, оторвавшись от телевизора, устало и раздражённо посмотрел на мать. Он только что вернулся с работы и случайно обмолвился, что за всё это время так ни разу и не съездил к жене. Раиса Павловна, услышав это, пришла в состояние, близкое к шоку, и теперь буквально кипела от возмущения. — Галина звонит мне каждую неделю, докладывает обстановку, — отмахнулся Сергей, пытаясь вернуться к прерванному просмотру. — У неё там всё в полном порядке. Я каждый квартал отвожу ей деньги на содержание и лекарства. Так что успокойся, пожалуйста. Раиса Павловна хмыкнула, подошла к дивану, на котором развалился её сын, и решительным движением выхватила пульт из его рук, выключив телевизор. — Когда я с тобой разговариваю, ты обязан смотреть только на меня! — громко и с театральным пафосом произнесла женщина, гордо вскинув голову с замысловатой высокой причёской. — Галина? Это вообще кто такая? Та самая алкоголичка, которую ты нанял приглядывать за Верой? Ты вообще уверен, что она сле

В небольшой комнате, оклеенной жёлтыми обоями с мелким цветочным узором, стояли двое. Невысокая женщина с седыми волосами, аккуратно уложенными в строгую причёску, и жёсткими, будто выточенными из камня чертами лица производила гнетущее впечатление. Её орлиный нос и тонкие, поджатые губы придавали облику хищное выражение. Массивное, грубо обработанное колье на её груди каждый раз подпрыгивало, когда она открывала рот, чтобы произнести очередную острую, хлёсткую фразу. — Серёжа, ты хоть отдаёшь себе отчёт, что мы больше не можем существовать в таком режиме? — Женщина вскинула голову, и её взгляд стал колючим. — Она стала для нас обузой, серьёзной помехой. Мужчина, стоявший напротив, смотрел на мать с непокорством, которое тут же смешивалось с острым чувством вины. Его мягкие, почти женственные черты лица исказились жалобной гримасой, руки безвольно повисли вдоль тела, а взгляд метался по сторонам, натыкаясь на стены, потолок, собственные ботинки, но только не на суровое лицо Раисы Павло

Предыдущая часть: С тех пор Ольга Сергеевна незаметно, но заботливо опекала Веру. И так добрая по натуре, хоть с виду и строгая, она постоянно следила, чтобы Вера вовремя просушила промокшую насквозь одежду, подсовывала ей в столовой кусочки получше, укрывала потеплее по ночам. Она знала: Вера не просто так зарабатывает деньги, она спасает своего сына, и это придавало смысл всем её страданиям. Скоро приехала на их делянку новая повариха на смену Ольге Сергеевне, и старушка, тепло попрощавшись со всеми, отбыла в городок, где у неё была крохотная комнатка в ветхом деревянном доме. Через месяц пожилая женщина неожиданно снова появилась в бригаде. Дождавшись обеденного перерыва, она подозвала Веру к себе подальше от чужих глаз и незаметно показала край толстого, пухлого конверта, торчащего из-за пазухи. — Тут деньги, — сказала она едва слышным шёпотом, оглядываясь по сторонам. Вера открыла рот, чтобы что-то возразить, но старушка строгим жестом приказала ей молчать. — Тише, ради бога, — пр

Предыдущая часть: — Денег на дорогу я тебе дам, Вера, — твёрдо сказала баба Глаша. — Дам, не сомневайся. Мне на похороны останется, а так они мне без надобности. Бог весть, может, доживу и ещё свидимся с тобой. У меня, знаешь, родители-долгожители были, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла грустной. — Свидимся, Вера, обязательно свидимся. — Баба Глаша, я вам обещаю, — Вера порывисто обняла старую женщину. — Я вам деньги с первой же зарплаты верну, до копеечки. Слово даю. — Ну чего слёзы-то распустила? — заворчала баба Глаша, сама украдкой вытирая глаза кончиком платка. — Радоваться надо, дурочка. Вон какая надежда у тебя появилась. Надежда — она и есть надежда, без неё человек пропадает. Пристроит тебя Танюшка на работу, первое время поддержит, а Коленька, глядишь, при врачах-то в интернате тоже в хороших условиях будет. При этих словах баба Глаша и сама не заметила, как достала из кармана огромный клетчатый платок и, чтобы скрыть подступившие слёзы, принялась в него шумно смор

Предыдущая часть: Вера не выдержала этих слов. В глазах у неё потемнело. — Да как ты можешь так говорить про своего собственного ребёнка? — закричала она в голос. — Сам-то где был? Пиво пошёл пить, пока мы с сыном на карусели катались! Нет, чтобы рядом с нами быть! Как у тебя язык поворачивается? Она разрыдалась наконец — слёзы, которые с самого начала разговора стояли в её глазах, хлынули потоком. — Я правду говорю, — упрямо стоял на своём Роман. — Изнежила ты его, вот он и сидит сиднем. Давно бы уже на ноги встал, если бы ты не таскала его по больницам. Никакой жизни из-за этого нет. Ещё говоришь — семья. Какая мы семья? Вы вечно по врачам, а я один. Пашу как проклятый, а дома даже супа горячего нет, не то что уюта и внимания. — Как же мы будем без тебя, Роман? — прошептала Вера, которая уже не могла разобраться в своих чувствах и только плакала навзрыд. — Работать пойдёшь, — бросил он жёстко. — Хватит его уже возить туда-сюда. Новые ноги ему не приделают, сколько ни вози. Посидит од