AUTO LIFE
Автомобили
Редчайший Mercedes-Benz 300 SL, на котором не ездили полвека, продали на аукционе за 904 миллиона рублей
Редкий спорткар Mercedes-Benz 300 SL Alloy Gullwing продали на аукционе Sotheby’s за 9 355 000 долларов (904,3 миллиона рублей). Это одна из всего 29 построенных машин, и в последние полвека она простояла в частной коллекции на закрытой территории, ни разу не появившись на публике. Изначально организаторы торгов рассчитывали выручить за купе с «крыльями чайки» от 4,5 до 6 миллионов долларов. 💲
Toyota тестирует Prius с солнечными панелями
Toyota активно развивает технологии для электромобиля Prius, добавляя к нему солнечные панели. Эти ультратонкие панели толщиной всего 0,03 мм вдохновлены спутниковыми разработками и установлены на крыше, капоте, спойлере и заднем стекле автомобиля. Проект поддерживается японским правительством и находится на стадии демонстрации, его главная цель — проверить эффективность использования солнечной энергии для передвижения.
Солнечная система Prius позволяет заряжать батареи как во время движения, так и на парковке. В ясный день такой зарядки хватает примерно на 56 км. Это многообещающее достижение, но из-за климатических условий постоянное движение
Проучила дочь
— Ты вообще соображаешь, который час? — Лариса стояла в прихожей.
Дочь даже не вздрогнула. Она медленно стягивала кроссовки, привалившись плечом к вешалке, и ее движения были вызывающе неторопливыми.
— Полпервого. И что? — Ника наконец подняла глаза.
— Что? Я звонила тебе тридцать два раза! Тридцать два, Ника! Я обзвонила всех, кого могла достать, я была в шаге от того, чтобы идти в полицию! Почему телефон был выключен?
— Потому что я так захотела. — дочь оттолкнулась от стены и попыталась пройти мимо матери в спальню.
Лариса преградила ей путь. Ее трясло — не то от пережитого страха, не то от бессилия, которое копилось месяцами.
— «Потому что захотела»? Это весь твой ответ? Я места себе не находила, я думала, с тобой что-то случилось! Ты хоть понимаешь, что такое ответственность?
— Твоя ответственность — это твои проблемы, мам, — Ника усмехнулась. — Ты же сама всегда говорила:
«Ника, ты свободная личность, я не буду тебя ограничивать».
Ну вот, я и пользуюсь свободой. Чего ты теперь кричишь?
— Свобода — это не вседозволенность! Это не значит, что можно плевать на мать!
— А я и не плюю. Я просто живу. А если тебе хочется драмы — купи билет в театр. — Ника резко дернула плечом, обходя мать, и скрылась в своей комнате, с грохотом захлопнув дверь....
Лариса хлопотала на кухне, стараясь не шуметь. Она привыкла все делать сама. Когда-то, когда Ника была маленькой, Лариса дала себе зарок: ее дочь никогда не будет чувствовать давления.
Сама Лариса выросла в семье, где каждый шаг контролировался, где музыкальная школа была обязательной, а за четверку по математике лишали прогулок на неделю.
— Я стану другой, — думала тогда Лариса.
И она стала.
— Ника, завтрак на столе! — крикнула она.
Через десять минут дочь вышла из комнаты. Вид у нее был помятый, волосы спутаны, школьная юбка жеваная, будто на ней спали.
— Не хочу я это, — Ника брезгливо отодвинула тарелку с омлетом. — Есть хлопья?
— Хлопья закончились. Поешь омлет, это полезно. Тебе сегодня к первому уроку?
— К третьему.
— Как к третьему? В расписании же...
— Расписание поменяли, — перебила Ника, не глядя на мать. Она достала телефон и уткнулась в экран.
Лариса присела на край стула.
— Ник, я хотела поговорить. Помнишь, мы обсуждали курсы дизайна? Ты же хорошо рисуешь.
Твои подруги, вон, Катя на танцы ходит, Соня английским занимается дополнительно...
— И пусть ходят, — буркнула Ника. — Им делать нечего, вот они и пашут после школы. А мне это зачем?
— Чтобы развиваться. Чтобы поступить куда-то приличное. Ты же видишь, оценки в этом триместре совсем съехали. Учительница истории звонила, говорит, ты реферат так и не сдала.
— История — это скучно. И вообще, мам, ты же сама говорила: если не хочешь — не делай. Нагрузка — это стресс. Помнишь? Твои слова.
Лариса вздохнула.
— Да, я говорила. Я хотела, чтобы ты сама выбрала свой путь. Но выбирать путь — не значит лежать на диване и гулять до полуночи.
Я думала, ты увидишь, как я стараюсь, как мне тяжело одной все тянуть... Поможешь мне хоть немного.
Ника оторвалась от телефона и посмотрела на мать....ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ
—Кто?Жена? Да она дешевле любой прислуги! — смеялся муж при разговоре с секретаршей. Он забыл, что работает в моей компании.
Утро началось с яичницы. Анна стояла у плиты, помешивая лопаткой желтоватую массу на сковороде, и смотрела в окно. За стеклом моросил дождь, капли стекали по карнизу, собирались в лужи на асфальте парковки их загородного дома. Она любила это время суток за тишину, за возможность побыть одной, прежде чем начнётся бесконечная карусель дел, звонков и отчётов.
Игорь вошёл на кухню в халате, с влажными после душа волосами, сел за стол, даже не взглянув на жену. Потянулся к телефону, пролистнул что-то на экране.
— Опять яйца пережарены, — сказал он, не поднимая головы. — Ты можешь хоть раз нормально приготовить? Я же просил глазунью.
Анна ничего не ответила. Переложила завтрак на тарелку, поставила перед мужем, налила кофе. Игорь молча начал есть, попутно что-то печатая в телефоне. Она села напротив, пригубила чай. Тишина между ними висела плотная, привычная, как старая мебель.
Через двадцать минут Игорь поднялся, бросил салфетку на стол и ушёл одеваться. Анна собрала посуду, вымыла руки и направилась в гардеробную. Там, за рядом его костюмов, скрывалась вторая половина шкафа, которую Игорь никогда не открывал. Она достала строгий тёмно-синий костюм, белую блузку, туфли на низком каблуке. Переоделась, собрала волосы в узел на затылке, нанесла минимум макияжа и взглянула на себя в зеркало. Из отражения на неё смотрела совсем другая женщина, собранная, сосредоточенная, властная.
Из гаража она выехала на пятнадцать минут позже мужа. Её автомобиль, представительский седан с тонированными стёклами, мягко катил по мокрой трассе к центру города. Анна слушала новости по радио, прокручивала в голове список встреч на сегодня и думала о том, что вчера вечером Игорь снова не спросил, как прошёл её день.
Она припарковалась на подземном уровне бизнес-центра «Северная Башня», в секторе для руководства компаний, занимающих верхние этажи. Отдельный лифт поднял её сразу на пятнадцатый этаж, где располагался головной офис компании «Н-Тех». Анна прошла через пустой в этот час коридор, кивнула охраннику и скрылась в кабинете с табличкой «Генеральный директор». Формально эта табличка принадлежала другому человеку, нанятому ею управленцу со стороны, но реальная власть была в её руках. Она выкупила бизнес пять лет назад, когда он лежал в руинах, подняла его с нуля и сделала прибыльным. Никто из сотрудников не знал настоящего собственника, так было удобно всем.
В десять утра Анна спустилась на этаж ниже, чтобы забрать документы из юридического отдела. Лифт остановился раньше, двери открылись, и в кабину вошли две молодые сотрудницы. Они не заметили Анну, стоявшую в углу, и продолжали разговор.
— Ты видела эту новенькую, Лизу? — спросила одна.
— Конечно, — хихикнула вторая. — Фигуристая такая, улыбается всем подряд. Игорь Сергеевич уже вокруг неё вьётся.
— Да ладно, у него же жена.... ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ
Муж думал, обманом подселит мать. Через час уже стоял в подъезде с чемоданом
— Что ты тут вытворяешь?! — Даша сорвалась на хрип, едва переступила порог собственной квартиры.
В нос ударил густой, тошнотворный запах корвалола. В прихожей, прямо на ее любимом светлом коврике, который она стирала вручную каждую неделю, громоздились три огромные клетчатые сумки. Из одной торчал колченогий торшер.
Но хуже всего было другое. На подоконнике в кухне зияла пустота.
— Где мои орхидеи?
Даша в два шага пересекла коридор, бросив сумку с продуктами прямо на пол.
Из кухни выплыла Зинаида Аркадьевна, мать ее мужа Игоря, в тапочках Даши.
— Не кричи, Дашенька, не на базаре, — елейным, нарочито спокойным тоном протянула свекровь. — Твои веники я на балкон выставила. Им там самое место. А тут мне место нужно, у меня рассада на подходе.
— На какой балкон?! Там минус два ночью! Вы их добить решили?
Даша распахнула балконную дверь. Три горшка с редкими фаленопсисами, за которыми она ухаживала два года, сиротливо жались к холодному стеклу.
Даша резко обернулась.
— Забирайте свои баулы и на выход. Сейчас же!
— Никуда я не пойду, — Зинаида Аркадьевна уселась на стул, сложив руки на пышной груди. — Я здесь теперь живу. Игорь! Игорек, выйди к жене, объясни ситуацию!
Из спальни, шаркая, выполз сорокапятилетний Игорь. Он прятал глаза, теребя растянутый ворот домашней футболки.
— Дашуль, ты только не нервничай да… — начал он, глядя куда-то в район плинтуса.
— Я спокойна... как покойник, — отчеканила Даша. — Что эта женщина делает в моей квартире со своими пожитками? Почему в раковине гора грязной посуды? И почему в коридоре воняет старьем?
— Мама переехала к нам. Насовсем, — выпалил Игорь на одном дыхании и тут же вжал голову в плечи.
Даша замерла. Двадцать лет брака пронеслись перед глазами. Двадцать лет она тянула на себе быт, работала бухгалтером в логистической компании, брала подработки на дом, сводила дебет с кредитом, выкраивая деньги на репетиторов для дочери.
Игорь, непризнанный гений архитектуры, перебивался случайными заказами на проекты сараев и веранд, получая копейки.
А его мать всегда была тенью в их жизни.
— В моей квартире? — Даша прищурилась. — Вы в своем уме?
— Даша, ну пойми! — заныл Игорь, пятясь к холодильнику. — У нас проблемы. У меня проблемы. Я кредит брал на развитие бизнеса. На программу новую, на курсы повышения квалификации…
— Какой еще кредит? — Даша схватила его за рукав футболки. — Сколько?!
— Полтора миллиона, — пискнул Игорь.
— Сколько?! — рявкнула она. — Ты ни копейки в дом не приносишь! Ты из моих денег себе на сигареты стреляешь! Кто тебе дал полтора миллиона?!
— Под залог маминой квартиры… — прошептал муж.
— И мы ее потеряли, Дашуля, — трагично вздохнула Зинаида Аркадьевна, смахивая несуществующую слезу. — Из-за коллек… тьфу, из-за долгов банковских. Я свою двушку продала, чтобы сыночка от тюрьмы спасти. Так что теперь вы обязаны меня приютить. Я ради вашей семьи на паперть пошла!
Даша тяжело оперлась о столешницу. Пальцы нащупали липкое пятно — свекровь успела пролить варенье и не вытерла.
— Значит так. Ты, Игорь, берешь кредит втайне от меня. Спускаешь его в унитаз. Твоя мать продает квартиру, и вы решаете, что она переезжает ко мне? Без моего ведома?
— Ну а куда маме деваться? — возмутился Игорь, немного осмелев. — В тесноте, да не в обиде. Мы тебе помогать будем. Мама готовить станет…
— Готовить?
Даша брезгливо ткнула пальцем в сковородку на плите, где плавало нечто серое в слое жира.
— Вот это? Я это даже дворовым собакам не отдам!
— Неблагодарная! — взвизгнула Зинаида Аркадьевна, вскочив. — Я ради вас жилья лишилась, а ты нос воротишь! Ничего, потерпишь! Лизу в зал переселим, на диван, а я в ее комнате обоснуюсь. Там солнышко с утра, мне для кожи полезно.
— Мою дочь на продавленный диван?
Даша схватила кухонное полотенце и с силой скрутила его в жгут.
— Вы вообще страх потеряли.
— Даша, прекрати истерить, — попробовал включить мужчину Игорь. — Мама уже вещи разложила.
— Сложит обратно!
Она резко зашагала в коридор и пнула ближайшую клетчатую сумку.
— Я даю вам час. И чтобы духу вашего здесь не было. Снимайте комнату, идите в общежитие, живите на подвале. Мне плевать.
— Ты не посмеешь выгнать меня на улицу! — закричала свекровь, хватаясь за сердце. — У меня давление! Игорек, неси тонометр! ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ
Фильтр
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
Автомобильный блог – место, где мы собрали познавательную и актуальную информацию о машинах, экспертное мнение о товарах, а также полезные лайфхаки
Скрыть информацию