Статусы со смыслом

Девочка нашла младенца на пустыре и принесла домой. Родители сначала испугались, но решение изменило всю семью — Мам, ну пожалуйста! Хотя бы хомячка! Десятилетняя Катя стояла посреди кухни, сжимая в руках распечатку объявления о пристройстве котят. Мать, не поднимая глаз от ноутбука, машинально покачала головой. — Катюш, мы же обсуждали. Некому будет ухаживать. — Я буду! Обещаю! — Доченька, давай позже поговорим, — отец поднялся из-за стола, потянулся. — У меня через час на созвон с Токио. Лена, ты успеешь подготовить презентацию? Мама кивнула, не отрываясь от экрана. Катя почувствовала знакомый комок в горле. Опять эта работа. Всегда эта проклятая работа. Её родители, Елена и Дмитрий Соловьёвы, работали в крупной международной компании. Раньше, когда Кате было года четыре, мама сидела дома. Они вместе пекли печенье, читали книжки, собирали пазлы. Но потом что-то изменилось. Мама вернулась на работу, папа получил повышение, а Катю стали возить то к бабушке Тамаре, то к бабушке Зинаиде. Бабушки были добрые, но... одинокие. Бабушка Тамара целыми днями что-то печатала на компьютере — фрилансила, как она говорила. А бабушка Зина постоянно дремала в кресле под телевизор. Первые годы в школе Катя училась хорошо. Приносила домой пятёрки, гордо показывала родителям. Они хвалили, но как-то рассеянно, между телефонными звонками и совещаниями. Потом девочка заметила: когда она приносит плохую оценку, родители хотя бы обращают на неё внимание. Пусть ругают, но замечают. Так появились первые тройки. Потом двойки. Классная руководительница, Нина Борисовна, вызывала бабушек. Те оправдывались, что внучка всегда делает уроки, не понимают, в чём дело. На самом деле Катя научилась виртуозно изображать выполнение домашних заданий: раскроет учебник, посидит с ручкой — бабушка довольна. Всё катилось к тому, что девочку могли не перевести в среднюю школу. И вот неделю назад школьный психолог позвонила родителям. Разговор случился позавчера. Родители пришли домой пораньше, усадили Катю за стол. Говорили о ответственности, о будущем. Катя пыталась объяснить, что ей просто одиноко, что хочется домашнего питомца, с которым можно играть. Но мама сорвалась на крик: "Ты даже за учёбу ответственность не можешь взять, какое животное?!" Эти слова до сих пор звенели в ушах. "Безответственная". Катя сжала кулаки и выбежала из кухни. * Воскресенье выдалось тёплым. Бабушка Зина отпустила Катю погулять после обеда. Девочка брела по знакомым дворам, пиная камешки. Настроение было скверное. Она свернула к старым гаражам — там был пустырь, где обычно играли местные ребята. Но сегодня никого не было. Катя присела на перевёрнутую покрышку, достала телефон. Три пропущенных от мамы. Наверное, спрашивает, сделала ли она уроки. Девочка скривилась и убрала телефон обратно. И тут услышала писк. Сначала подумала — котёнок. На пустыре часто бросали животных. Катя обернулась, прислушалась. Звук шёл откуда-то снизу, из-за гаражей. Там была старая яма, куда сваливали строительный мусор. Девочка осторожно спустилась по склону. Пищало громче. И вдруг она увидела: среди битого кирпича лежала свёрнутая куртка. Катя подошла ближе, отодвинула край ткани — и обомлела. Младенец. Совсем крошечный, красный от крика. Он размахивал кулачками и отчаянно вопил. Катя действовала на автомате. Подхватила свёрток, прижала к себе. Малыш был ледяным. Девочка сняла свой шарф, укутала его. — Тихо, тихо, всё хорошо...ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ 

Kогда мы счaстливы, мы так добpы. Ф. M. Дocтоeвский

Вдовец помог бродяжке. А через неделю увидел её у могилы своей жены, погибшей 20 лет назад. Когда задал ей всего ОДИН вопрос, ПОБЕЛЕЛ.....…....... Марк Сергеевич задумчиво сидел в своем роскошном кабинете. За панорамным стеклом бушевала непогода. Третьи сутки лило как из ведра, без малейшего намека на солнце. Завтра наступит скорбная дата — годовщина гибели Анжелики. Он обязательно навестит ее. С первыми лучами солнца курьер привез траурный букет. Мужчина поехал на погост. Возле центрального входа по привычке околачивались маргиналы. Обычно он проходил мимо, но этот день был исключением. Марк вытащил заранее заготовленную мелочь и принялся раздавать нуждающимся. На периферии топталась совсем молоденькая девчонка с внушительным животом. Ее глаза кричали от страха. Худая до прозрачности, да еще и в положении. Как ее угораздило? Марк сам сделал шаг навстречу, но незнакомка испуганно попятилась. Он вложил в ее руку приличную сумму. Девчонка помедлила, но деньги забрала. Раскидав горящие задачи, Марк поехал на погост. В последнее время погибшая супруга не выходила у него из головы, являясь в каждом сновидении. Она отчаянно пыталась донести какую-то мысль, но губы не издавали ни звука. Марк устроился в салоне авто. А что ему мешает копнуть эту историю заново? Прямо на коленях перед памятником сидела та самая беглянка. Она не обращала внимания на шаги, неотрывно гипнотизируя фотографию Анжелики. И тут мужчину осенило. Вот почему эта случайная встреча так врезалась в память. Девчонка была копией Лики. Он неосторожно хрустнул веткой, девчонка вздрогнула и подорвалась с места. Марк замер в паре метров, чтобы не спровоцировать панику. Он подошел ближе, сдерживая дыхание, когда задал ей всего ОДИН вопрос, ПОБЕЛЕЛ....продолжение... 

Нина пустила сестру пожить у себя на пару месяцев, но все пошло не по плану. Нина всегда считала себя женщиной, которая держит жизнь под контролем. В тридцать четыре года она уже имела успешную карьеру в маркетинге крупной компании, уютную трёхкомнатную квартиру в спальном районе Москвы, любящего мужа и чёткий план на ближайшие пять лет. Алексей, её муж, работал инженером в IT-компании, был спокойным, надёжным и немного скучным — именно таким, каким, по мнению Нины, и должен быть настоящий семьянин. Они были вместе уже восемь лет, из них шесть в браке. Детей пока не планировали, но копили на загородный дом. Всё шло своим чередом. Когда позвонила младшая сестра Анна, Нина не раздумывала ни секунды. Анна всегда была той самой «проблемной» в семье: двадцать восемь лет, два неудачных брака, бесконечные переезды и творческие порывы, которые заканчивались ничем. На этот раз она рассталась с очередным «талантливым художником» и осталась без крыши над головой в Питере. «Только на два месяца, Ниночка, — умоляла она по телефону дрожащим голосом. — Пока найду работу и встану на ноги. Я не буду мешать, клянусь». Нина вздохнула, посмотрела на Алексея, который в это время сидел за ноутбуком в гостиной, и ответила: «Приезжай. Семья есть семья». Анна приехала в середине марта, когда в Москве ещё лежал грязный снег, а в воздухе пахло приближающейся весной. С собой у неё был один большой чемодан, гитара в чехле и огромные сияющие глаза, в которых всегда читалась смесь восторга и лёгкой безнадёжности. Она обняла Нину так крепко, что та едва не задохнулась. — Ты мой спаситель, — прошептала Анна. — Не знаю, что бы делала без тебя. Алексей встретил гостью вежливо, но сдержанно. Он помог занести вещи, приготовил ужин и даже пошутил, что теперь в доме будет больше музыки. Нина улыбалась, глядя, как сестра и муж общаются за столом. Всё казалось правильным. По-домашнему. Первые две недели действительно прошли спокойно. Анна устроилась официанткой в небольшое кафе недалеко от дома и уходила рано утром. Вечерами она сидела в гостиной с гитарой, пела тихие песни и рассказывала истории из своей бурной жизни. Нина возвращалась с работы уставшая, но довольная: сестра помогала по хозяйству, готовила иногда ужин и не устраивала сцен. Алексей тоже казался спокойным. Иногда Нина замечала, как он слушает песни Анны с лёгкой улыбкой, но не придавала этому значения. Муж всегда любил музыку.....ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ