«Таким его взяли в плен под Москвой». 1941 год.



Попав в плен, этот гитлеровский громила, откровенно говорит о фашистской грабьармии. Вот некоторые показания этого мерзавца.

— Я недоволен тем, что в армии слишком мало офицеров из штурмовиков. Бывают роты, где совсем нет офицеров из «СА». Теперь в нашей роте со штурмовиками очень плохо обращаются. Офицеры и даже фельдфебели смотрят на нас свысока. Но ничего. Кончится война, и тогда мы им покажем. Я лично поговорю наедине с несколькими из них, и они у меня узнают, что значит член национал-социалистской партии.
По земле будут ползать и просить у меня прощения. Но я так скажу: «А помнишь, когда ты носил петлицы, а я нет? Тогда мы в вас нуждались, а теперь кончено дело». Пак — и готово!

Насчет питания устраиваемся неплохо.
Зайдешь к хозяйке, сядешь за стол и скажешь: «У тебя там во дворе что-то гуляет, а ну, давай-ка к столу». Она, конечно, плачет. Ну тогда скажешь: «Не курочку, курочка яйца несет, а вот давай-ка петушка».

Однако , не все могут обращаться как следует с населением. Я сам наблюдал в селе Ново-Александровке, как солдаты 203-го полка пошли за картофелем. Выломали прикладами ружей дверь в погреб. Шум. Хозяйка плачет. Умоляет, чтобы не трогали. Тогда один унтер-офицер ударил ее кулаком в грудь. Она упала. Кричит. Дети ревут. А солдаты в это время грузят картофель - центнерами.

Части «СС» ведут себя очень неосмотрительно. Я их много раз видел. Особенно , они слабы насчет женщин. Изнасилуют, пуля в лоб — и баста. Приходят же они в город, когда уже все сделано, и ведут себя так, как будто это они сделали; им самые лучшие квартиры, выпивку дают, а нам кукиш. Наш брат — пехтура лежит в грязи и в холоде под орудиями и минометным огнем.
Если нам придется весной начинать сначала, тогда наше дело дерьмо!..

// М.Рузов, спец. корреспондент «Известий». ЮГО-ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ, 8 декабря.