Поезд в Никуда.

Перрон был сделан из льда, который не таял, несмотря на багровое жаркое небо. Паровоз, стоявший у края платформы, дышал не паром, а густыми клубами фиолетового дыма, который оседал на моем пальто тяжелым инеем. Вагоны были прозрачными, как стекло, и внутри них сидели тени — силуэты людей, которых я когда-то любила и потеряла. Они не смотрели наружу. Они смотрели внутрь себя, погруженные в свои собственные миры.
Я искала свой вагон. Билет в руке был написан исчезающими чернилами, и буквы постоянно менялись, складываясь в новые названия городов, которых не существовало на картах: "Город Забытых Имен", "Станция Невозврата", "Платформа Тишины". Холод проникал под кожу, в кости, заставляя дрожать не от страха, а от предчувствия неизбежной развязки. Я знала, что если войду в этот поезд, то больше никогда не смогу вернуться в обычный мир. Но оставаться на перроне, где лед постепенно начинал трескаться под моими ногами, было еще страшнее.
Двери одного из вагонов бесшумно открылись. Внутри сидела девушка с моим лицом, но с улыбкой, полной печальной мудрости. Она кивнула мне, приглашая войти. Рядом с ней на сиденье лежал серый плащ - тот самый, который мелькнул мне в архивных коридорах. Я поняла, что это не побег. Это путешествие внутрь. Я сделала шаг вперед, и лед под ногой рассыпался в пыль. Поезд тронулся медленно, без рывка, погружаясь в багровый туман, который поглощал рельсы один за другим. Я села напротив своего двойника и впервые за долгие годы почувствовала покой. Мы ехали в никуда, и это было единственное место, где я могла быть собой.