ЭКОНОМИКА СОЦИАЛИЗМА

Почему предприниматель эксплуатирует?

#политика #философия
Люди, вполне признающие основные марксистские политические выводы, часто впадают в совершенно вульгарные представления о механике функционирования производственных отношений капитализма. В отчаянной и безусловно необходимой борьбе против идеализма в обществознании они, в силу превратного толкования материализма «от обратного», превращают марксизм в своего рода мёртвую схематику, под которую подгоняют факты из живой действительности. Взять хотя бы такие простые вопросы: почему буржуа эксплуатирует пролетариат и, например, почему в организации предпринимательской деятельности часто всецело побеждает жажда сиюминутного повышения прибыли?
Обыкновенно на первый вопрос отвечают так, что по-другому в капиталистическом обществе организовать производство невозможно вообще. Но ведь речь идёт не о взаимоотношении между капиталистами, где воля отдельного лица ничего не значит, речь — всего лишь об акте обмена денег на товар «рабочая сила» между конкретным капиталистом и конкретными пролетариями.
Марксистская истина гласит, что пролетарий продаёт свою рабочую силу всему классу капиталистов. Многие её заучили и интуитивно приходят к заключению, что вместо конкретных капиталистов как будто бы автоматически действует объективная неодолимая сила всего буржуазного класса, сами по себе безтелестные оголённые объективные законы капитала.
На второй вопрос обыкновенно отвечают так, что закон максимизации прибыли действует автоматически и неподвластен ни капиталисту, ни менеджменту в силу конкуренции. Дескать, капиталист, который «слишком затратно» организует производство, обязательно проиграет в конкурентной борьбе своему менее разборчивому собрату, поэтому он как бы практически вынужден экономить не только на заработной плате, но и, например, на пожарной безопасности. Мол, если бы Штенгелов чтил уголовный кодекс и нормы пожарной безопасности, то давно бы прогорел и его место занял бы расчётливый и безразличный к пожарам какой-нибудь Шпенгелов.
Понятно, что такие ответы, мягко говоря, неудовлетворительны ни с точки зрения научности, ни с точки зрения пропаганды даже в среде самых широких масс. Элементарное замечание публики о том, почему бы Штенгелову не умерить свои аппетиты роскошной австралийской жизни, а на сэкономленные средства не наладить пожарную безопасность в своих так называемых торговых центрах, кладёт всю «объективность» такого «марксизма» на лопатки.
Что уж говорить о том, что выжимание последних соков из пролетария происходит на фоне «приобретения» футболистов за сотни миллионов долларов, практически показного строительства яхт, замков, различных музеев и памятников тщеславия и другого совершенно безрассудного безумия, превосходящего по масштабам и египетские пирамиды, и «вечеринки» Калигулы, и помпезность Людовига XIV, а порой и бредни де Сада, Салтычихи и Распутина вместе взятых.
Даже самый скромный предприниматель, активно эксплуатирующий чужой труд, по своему образу жизни резко отличается упором на роскошь. С 1990-х вся страна усыпана «виллами» в стиле новорусского провинциального неронизма.
Непомерная роскошь жизни предпринимателей как-то не особо влияет на их конкурентоспособность, а копеечная экономия на пожарной безопасности, оказывается, станет причиной банкротства, поглощения и краха бизнеса. Что-то объективная действительность такому взгляду явно не соответствует.
Или вот, например, такой факт. Буржуазные статистические службы информируют, что величина годового бонусного вознаграждения высшей касты менеджеров частных корпораций во всех странах мира в среднем составляет около 10% от годового фонда оплаты труда, а иногда доходит и до четверти. Причём известно также, что есть однотипные компании с совершенно разными величинами дохода высшего менеджмента. Известно, что в целом заработная плата представляет собой компенсацию воспроизводства товара «рабочая сила» в данных конкретно-исторических условиях, однако видно, что в отдельных случаях заработная плата является при этом совершенно произвольно назначенной величиной вознаграждения и даже участия в прибыли предпринимателя тех лиц, которые им выбраны к этому.
Какая «конкуренция» мешает олигарху взять и повысить заработную плату, например, рабочим, инженерам или конторским служащим заместо бонусов топ-менеджеров, если уж он не может поступиться строительством очередного «неми шипа»? И не надо верить в басни про высокую конкуренцию в среде топ-менеджеров, из-за которой олигархи вынуждены доплачивать бонусы. Практика посткризисного «зарезания» бонусов показала, что никакого движения «рабочей силы» величина доходов этой прослойки не вызывает вообще. Бонусы — это «благотворительность» олигархической аристократии по отношению к своему верному директорскому корпусу в чистом виде. Никакой капиталистическо-экономической основы они не имеют под собой вообще и к воспроизводству стоимости рабочей силы управленцев не относятся. Пусть стоимость сложного труда генерального директора составляет три-четыре стоимости простого труда рабочего, но остальное — нестоимостная «прибавка» за лояльность и лизоблюдство. Любой более-менее вменяемый опытный инженер по своему уровню образования и навыкам легко станет генеральным директором.
В ряде европейских стран в XXI веке под ударами синдикалистской идеологии масс даже получила законодательное закрепление попытка ограничить бонусное вознаграждение менеджмента в надежде, что сэкономленные средства олигархи направят на повышение уровня жизни пролетариата. Верх наивности и идиотизма. Буржуазное государство законодательно как бы защитило материальные интересы капиталиста от претензий менеджмента — высшей прослойки пролетариата — под громогласную поддержку широких пролетарских масс, надеющихся, что оставшийся частный кусок «пирога» достанется им. Лопухи.
Ещё более странно выглядят автоматическо-схематические типа «марксистские» построения на фоне наличия капиталистических предприятий, внутренняя организация которых соответствует научным требованиям безопасности, санитарии и даже трудовому законодательству. То есть в данном случае на этом всём капитал вовсе не экономит, вопреки заявлением левых.
А ведь практически все гигантские корпорации, по крайней мере в своих подразделениях, находящихся в развитых странах, вполне себе соблюдают нормативные требования своих же буржуазных государств. И это никак не сказывается на их конкурентоспособности. А бывает даже так, что отдельные корпорации платят своим пролетариям заработную плату выше рыночной стоимости «труда». Возьмём хотя бы Роснефть или Газпром, в которых рабочие получают значительно выше рыночной стоимости подобного труда. За один и тот же труд рабочий этих гигантов и рабочий другого предприятия получает разную величину заработной платы. И эта разница продиктована исключительно волей собственника, а не экономическими законами капитализма.
Бывает, кроме всего сказанного, так, что пролетарии осуществляют активную экономическую борьбу и тем самым повышают свою заработную плату, то есть цену рабочей силы. Полагаю, нет сомнений, что стоимость рабочей силы в таком случае никак не меняется. А некоторые предприниматели предпочитают заранее сами поднимать известным образом заработную плату отдельным категориям или слоям пролетариев, чтобы предупредить их экономическую борьбу в открытых и активных формах, посеяв дополнительные зёрна раздора и зависти.
После приведения данных соображений уже не вызывает такого удивления, что пропаганда таких «марксистов» не находит себе сторонников в широких массах, особенно в среде опытных и по-житейскому мудрых пролетариев, а «цепляет», условно говоря, только бунтарей со школьной скамьи и интеллигентствующих демагогов среднего ума.
На самом деле вульгарный автоматизм и схематизм левых является даже не просто специфическим оппортунистическим недоумьем, а продуктом ренессанса худших образцов топорной, отчасти допустимой в своё время, а отчасти вредительской и банально ошибочной пропаганды сталинского периода — но это в меньшей степени, а в основном является печальным наследием позднесоветского совершенно деревянного и даже антимарксистского агитпропа КПСС.
Наверное, каждый вменяемый человек, и даже левачок, задавал себе вопрос: почему очередной долларовый миллионер, а их в РФ около 200 тысяч человек, не положит своё состояние на депозит и не выйдет «на пенсию»? Почему, обеспечив себя приемлемым уровнем материального достатка, не заняться чем-то «для себя»? Научным, художественным творчеством или даже просто по-мещанскому счастливым семейным бытом?
Ещё более очевидна «нелогичность» поведения долларовых миллиардеров.
Зачем? Зачем они всё это делают? Зачем они зарабатывают состояния, которые невозможно потратить в принципе? Левые, в случае таких вопросов, изображают архисерьёзное лицо и полуторжественно докладывают, что-де законы капитала подчиняют волю и сознание не только пролетариата, но и своих владельцев. Чуть ли не эксплуатируют их самих! Батюшки!
Поэтому олигархи «обязаны» зарабатывать бессмысленные миллиарды долларов на своих счетах. Когда же «обычный человек» задаёт вопрос, мол, как это — «обязаны», то обычно совершенно невпопад бросается аргумент с конкуренцией, дескать, по-другому никак! И вообще, хватит спрашивать глупости, вот вам схема — капитал, труд, эксплуатация, что ещё нужно?!
В связи с поднятыми вопросами интересно также поведение людей, получивших огромные суммы денег не предпринимательским лихом.
По сообщениям прессы известно, что, например, абсолютное большинство «счастливчиков», выигравших миллионы в лотерею, живут вовсе не счастливой жизнью, а быстро теряют своё состояние, а вместе с ним друзей, семью и остатки нервного покоя. Многие сходят с ума, а некоторые сводят счёты с жизнью. То есть номинальные капиталы в виде гигантских денежных сумм не превращают людей сами по себе в капиталистов, даже в рантье. Либералы, конечно, относят эти факты на отсутствие у «среднего» человека «способностей» к предпринимательской деятельности.
Если последить за жизнью выдающихся футболистов, хоккеистов, баскетболистов и теннисистов, то есть профессиональных спортсменов, зарабатывающих в силу специфики коммерциализации спорта огромные состояния, то вовсе не наблюдается, чтобы они повально превращались в олигархов даже средней руки.
Очевидно, что высочайшие спортивные достижения этой когорте лучших даются врождёнными психо-физиологическими предпосылками, совокупность которых и называют талантом, только на 1%, а ежедневными изнуряющими, травмирующими и тело и душу, физическими тренировками — на остальные 99%. Другой вопрос, что вознаграждение при одинаковом высочайшем напряжении сил в спорте высоких достижений у футболистов, хоккеистов, баскетболистов и теннисистов — одно, у боксёров — другое, у лыжников, гимнастов, легкоатлетов и так далее — третье. Но так или иначе, каждый профессиональный спортсмен считает любой уровень своих доходов более чем заслуженным. И это даже в некоторой степени удивительно в случае как раз футболистов, потому что их зарплаты поражают воображение даже топ-менеджеров нефтяных корпораций. Роналду, Месси, Неймар — каждый в отдельности — зарабатывают, на минуточку, примерно как Сечин, а то и больше!
Современной истории пока известен только один случай, когда действующий звёздный футболист высказался объективно по поводу зарплат, и это был Хуан Мата:Остальной футбольно-хоккейный мир строго соблюдает законы «мыльного пузыря».
Марадона же, как известно, был разагитирован самим Фиделем Кастро, а до этого снюхивался с крайне сомнительными фашистскими ублюдками, был наркоманом и вообще не понимал элементарных политических истин, как и большинство тупоголовых футболистов.
Так вот, подавляющее множество состоятельных спортсменов просто растрачивают свои деньги, то есть в целом поступают, как и лотерейщики, как обычные пролетарии. И только некоторые из спортсменов становятся капиталистами, как, например, Пеле, Месси и его отец, Роналду или Карпин.
Примечательна финансовая история футбольного вратаря сборной Англии Дэвида Джеймса, который, получая огромную зарплату, имея крупное миллионное состояние, ещё будучи игроком сумел обанкротиться и был вынужден распродавать свои вещи и автографы через интернет, чтобы хоть как-то прокормить себя. Чуть отстал от него знаменитый игрок сборной России горе-бизнесмен Кержаков, который умудрился вложить несколько сот миллионов рублей в несуществующий завод.
Аналогичная ситуация обстоит и в среде наиболее высокооплачиваемых актёров, тоже зарабатывающих своим трудом огромные суммы по стечению обстоятельств.
Кроме того, богатые спортсмены и актёры, особенно в зените славы и финансового благополучия, практически всегда довольно щедрые меценаты. И это не благотворительность из корыстных побуждений, как, например, у Гейтса, который жертвует гранты в свои же коммерческие конторы, а вполне искреннее желание помогать людям (попутно следует отметить, что благотворительность, как и пособия по безработице, — одно из наиболее отвратительных явлений «цивилизованного» капиталистического общества).
Короче говоря, денежные состояния сами по себе вовсе не превращают людей в капиталистов.
Некоторые вслед за либералами скажут, проблема лотерейщиков, спортсменов, актёров и прочих — в том, что они просто-напросто тупые, поэтому неспособны более-менее грамотно распорядится денежными средствами, а вовсе не потому, что они, например, не хотят приумножить своё состояние. С одной стороны, отчасти это так, но, с другой стороны, многие люди, ставшие богатыми по стечению обстоятельств, совершенно по-пролетарски просто тратят деньги и вовсе не желают зарабатывать больше. Зачем умножать состояние, если его хватит твоей семье до конца жизни?
Такая либеральная теория, напирающая на подчинение любой личности капиталом, в особенности исходящая от людей, называющими себя марксистами, просто не выдерживает критики. Получается, что если лично им выдать на руки крупную сумму денег, то они непременно превратятся в оголтелых капиталистов, причём будут экономить на пожарной безопасности а-ля Штенгелов. Ни судьба Давида Рикардо, ни судьба Фридриха Энгельса, видимо, им не по душе.
Что же объективно мешает конкретному капиталисту, получившему прибыль, направить прибавочную стоимость на общественный прогресс — будь то в форме повышения уровня жизни своим пролетариям или развития коммунистической революции?
Что же объективно мешает конкретному капиталисту умерить свои частные расходы и организовать производственный процесс на своём конкретном предприятии более научно?
Да ничего не мешает.
Что, в таком случае, означает, что пролетарий эксплуатируется всем классом капиталистов? Это означает лишь то, что буржуа подчиняет наём сотрудников исключительно законам торговли, поэтому на рынке труда складывается «единый фон» максимального давления со стороны работодателя, «единый фронт» буржуазии как потребителей против разрозненной кучи продавцов-пролетариев.
Чуть ли не основная проблема материалистического понимания общества заключается в отрицании диаматического отношения объективного и субъективного. В современной «марксистской» пропаганде объективные процессы идут сами по себе, субъективные — сами по себе, причём последние высокомерно объявляются неважными на основе первичности общественного бытия. Наша газета уже устала повторять разницу между первичностью и «главностью», и всё равно находятся люди, которые мыслят — «раз первичное, значит главное».
На самом деле, объективное в данном случае проявляется исключительно через субъективное и никак иначе. Нет никакого «капитала вообще» как сгустка зла эксплуатации, есть конкретные личности, конкретные люди, обладающие конкретными характерами, конкретным мировоззрением, желаниями и страстями. Капиталист — это научная абстракция, которая охватывает сущность, главным образом, производственных отношений, в которые вступают люди в ходе материального и духовного производства. Эти отношения сформировались естественно-исторически, то есть от рабовладения к помещичеству, от помещичества к предпринимательству, но вступление в эти отношения происходит вполне осознанно и по свободному волеизъявлению субъектов со стороны эксплуататоров. Если уродившимся аристократу не так просто отказаться от своего положения, если пролетарию, осознавшему всю дурость наёмного труда, не так-то просто отказаться от необходимости работать на капиталиста, то в предприниматели идут исключительно по свободному желанию.
В совокупности с успехами и неудачами бизнес-починов, это позволяет сказать, что есть некоторые социально-психологически предпосылки у разных личностей к предпринимательской деятельности, к эксплуатации человека вообще.
Известно, сколько моральных страданий доставляло дворянское происхождение нравственно и интеллектуально развитым лучшим русским людям. Известно, как, например, Роберт Оуэн активно пытался смыть с себя позорное звание английского буржуа.
Не лишним будет сказать, что разница между рабовладельцем, феодалом и предпринимателем в сущности незначительна. Маркс писал, что акционерная собственность окончательно отделила всякий труд, в том числе и труд собственника, от капитала. И это так и есть, капиталист давно уже словно ленивый обломов, живущий по умолчанию за счёт своего состояния, и вся его «функция» сводится к надзору над менеджментом, к ротации жирных директоров, чтобы они активнее выжимали соки из пролетариев.
Да, действительно, на заре становления капитализма предприниматели были не только эксплуататорами, но и новаторами, даже революционерами, активно двигали вперёд и производство и науку. Но не ради общественного прогресса, а исключительно ради прибыли, то есть по объективному стечению обстоятельств. Периодически пропаганда этой стороны предпринимательства вспыхивает и сегодня, но все романтические начинания отдельных людей моментально угасают в условиях монополизма и финансового диктата. В нашу пору осталась одна пропаганда об «эффективном собственнике», давно перешедшая в разряд полурелигиозной веры. Никто этих эффективных собственников не видел, какого собственника не копни, всюду хуже, чем даже в брежневском СССР. Однако в учебниках, книжках и газетах пишут, по ТВ рассказывают в качестве общеизвестного, что нет более правильной организации всякой деятельности, чем основанной на частной собственности.
Но большая ли разница для эксплуататора — гнать работника плетью, прикреплять к земле или морить безработицей и душить процентами по кредитам?
Личные наблюдения за поведением предпринимателей, особенно неформальным, доказывают, что люди, которые добились предпринимательского успеха, сколотили даже и небольшой капиталец, по своему интеллектуальному и духовному складу представляют собой состоявшихся врагов народа. Никогда не верьте, что предприниматели чего-то не знают или не понимают, что они некомпетентны или просто навроде несознательных винтиков капиталистической системы. Наоборот, они вполне осознанные враги народа, они всё прекрасно понимают, за счёт чего складываются их доходы и протекает роскошная жизнь. Они только периодически делают вид по каждому информационному поводу: «Ох, какой кошмар».
Капиталисты по своему естественному сознанию ненавидят народ, считают его быдлом, а себя причисляют к аристократии, высшей касте. Все буржуа и все члены их семей лучше всякой левой прессы знают, что народ нищенствует, и, вопреки наивным представлениям, вовсе не закрывают на это глаза. Наоборот, они получают удовольствие, наслаждаются страданиями масс, пенсионеров, учителей, студентов, рабочих. Каждый более-менее крупный предприниматель просыпается ежедневно и с чувством глубочайшего личного удовлетворения ощущает себя, свою семью и круг своего общения выше пролетарских масс. Поначалу он ежедневно остро чувствует свое господство над «серым» большинством, а затем это переходит в банальную привычку.
Сложно представить психически здорового человека, который выплачивая двадцати тысячам своим сотрудникам по 20 тысяч рублей в месяц, покупает сначала яхту за $300 млн, год содержания которой обходится в $20 млн, а через пару лет ещё парусник за $400 млн, не уступающий яхте по стоимости ежегодного содержания. Работайте усерднее, дорогие пролетарии, и Мельниченко купит себе ещё пару игрушек по цене годового бюджета Екатеринбурга!
Что уж говорить про Абрамовича и его $1,5 млрд, вбуханных в… английский футбол.
Нормальному, нравственно здоровому и интеллектуально развитому человеку становится стыдно даже от незначительного факта, что кто-то другой испытывает стеснения из-за каких-либо его действий или бездействий. Даже тогда, когда они обоснованны, необходимы или неизбежны. Разумеется, такой человек не способен достигнуть успеха в предпринимательской деятельности, его удел — это «всего лишь» врачевание, учительство, изобретательство, поэзия, музыка и науки.
Нет большей наивности, чем полагать, что эксплуатация, угнетение, тотальная максимизация прибыли являются не глубоко осознанной, спланированной, со всех сторон продуманной деятельностью конкретных лиц, владеющих капиталами. Именно в их субъективных стремлениях, решениях, деятельности и проявляют себя людоедские объективные законы классовой эксплуатации в целом, и капиталистической эксплуатации в частности. Акт мышления предпринимателя, претворяющий его же волевые акты, является необходимым условием функционирования капитала. Это простачки-пролетарии могут вкалывать, не понимая, что вообще происходит вокруг, а капиталист живёт с открытыми глазами.
Производственные отношения капитализма — это такой порядок организации материального и духовного воспроизводства общества, который, во-первых, «подкреплён» государственным насилием, в быту называемым неприкосновенностью права частной собственности, во-вторых, представляет собой развитие стихийно сложившейся «конструкции» взаимоотношений на основе отчуждения факторов производства от непосредственных производителей. Разница между трудом раба и трудом пролетария, говоря грубо, техническая. Творческая составляющая во всей массе капиталистического труда составляет такой позорный минимум, что всерьёз о ней может говорить только любитель «инноваций» Медведев. А сущность отношений эксплуататора и эксплуатируемого неизменна, хоть при рабстве, хоть в современных демократиях. Принципиальная же разница между античным и наёмным рабом состоит лишь в том, что для работы первого иногда требовалась плеть, а второй загоняет себя сам сверхурочно, ради мнимого излишка потребительских благ, как правило, купленных в кредит. Относительное улучшение материального положения современного пролетария по сравнению с рабами древности связано не с более прогрессивными производственными отношениями, а с возросшей производительностью труда.
К моменту зарождения классового общества людьми двигал в основном инстинкт самосохранения, который не предполагает осмысления, но только реагирование на агрессивные условия внешней среды. Развитие производительных сил в период первобытного общества происходило настолько медленно, насколько это вообще возможно. Общинная «политика» самосохранения долгое время играла ключевую роль в выживании общества и проявлялась в основном в форме выживания именно «стада», всей первобытной общины.
Но «стадность» стремительно разложилась в условиях многолетнего, устойчивого прибавочного продукта, который был достигнут проживающими в наиболее удачных природных условиях обществами, значительно углубивших разделение труда. Так, появились классы, государство и право. Был утрачен приоритет общественного над личным. Эгоизм и индивидуализм стихийно выделились в психике и утвердились в сознании, главным образом, лиц управленческого труда, в качестве реакции на новые возможности, которые давал прибавочный продукт. Однако это стало возможно исключительно из-за отсутствия научного, подлинного человеческого сознания и под диктатом привычного инстинкта самосохранения. В этом проявилась диаматика самосохранения: на ранних этапах развития человечества оно формировало коллективизм, а в переходный этап классовых обществ формирует индивидуализм.
Классовое общество возникло именно на базе незнания и непонимания системы объективных законов общественного бытия, как общественный строй, основанный на стихии полуживотных атавизмов. Человечество стало своего рода заложником форм общественных отношений, рождённых когда-то чисто интуитивно и развитие которых в сторону соответствия объективным требованиям прогресса происходит при отчаянном сопротивлении каст властолюбивых эгоистов, остервенело борющихся за сохранение своего доминирующего положения.
Таким образом, инстинкты, социально оформившись в виде материальных интересов индивидов, сформировали частные отношения собственности между людьми. Общинная верхушка отчудила от своих соплеменников посредством насилия все факторы производства, в конечном счёте, даже их собственные рабочие руки.
Частная собственность — это такое отношение между людьми, которое состоит: а) в категорическом непонимании или неприятии того, что каждый погибший человек, каждый не оптимально, не творчески развитый индивид, каждая несостоявшаяся в гармонии с производительными силами личность — это потеря потенциала развития и расцвета всего человечества и каждого человека в отдельности; б) процессуально протекающее в разного рода людоедстве от прямого употребления в пищу конкурента до опосредованного употребления его жизни в виде рабочего времени на отчуждённые блага для себя. Частные отношения собственности не позволяют организовать производственные отношения рационально, научно, так как искусственно противопоставляют людей друг другу. Самый фундаментальный вид такого противопоставления и называется разделением общества на классы.
Собственник средств производства есть олицетворение принципа Homo homini lupus est. И рабовладельческая, и феодальная, и капиталистическая формы частной собственности имеют ярко выраженную тенденцию к росту до циклопических масштабов. Когда же форма людоедства от рабской и феодальной перешла к капиталистической, то есть стоимостной, размеры бессмысленно накопленного «мёртвого труда», или капитала, утратили даже способность материализоваться в очередной памятник самодурства, навроде египетских пирамид. Теперь гигантские величины затраченного времени жизни, пота, крови пролетариев затрачиваются на взаимную борьбу предпринимателей и просто уничтожаются в ходе экономических кризисов.
С середины XIX века человечество достигло познания экономических законов развития капитализма. То есть Маркс доказал, что капитализм — это то же рабство, просто на базе другого уровня развития производительных сил. Что наёмный труд — это не цивилизованная гражданская сделка свободных индивидов, а форма каннибализма. Что буржуазная культура, буржуазная идеология и буржуазная духовность — это системы идей, обслуживающих эгоизм частной собственности. Как жрецы, шаманы и разного рода попы освящали своей «работой» неприкосновенность собственности, так журналисты, учёные, писатели, художники, теологи, юристы сегодня трудятся в поте лица для оправдания разумности капиталистического мироустройства.
И обратите внимание на конечный аргумент всех сторонников капитализма — человек по своей внутренней природе эгоистичное животное. Заменив «человека» на предпринимателя, получим практически истину.
С момента возникновения марксизма и тем более блистательного подтверждения его на практике буржуазия ведёт непрерывную осознанную теоретическую борьбу против коммунизма, а не только политическую против пролетариата. Каждого предпринимателя капиталистическое общество сотнями способов воспитывает в духе категорического неприятия коммунизма. И чем успешнее деляга, тем сильнее напор антикоммунизма. У тупых буржуа антикоммунизм проявляется в форме ненависти к пролетариату, народу и общественному прогрессу. У тех, что поумнее — в более теоретической форме либерализма.
Отголосок этого процесса хорошо виден по прямой зависимости доходов человека и либеральности его взглядов, потому что либерализм — это теоретическое оформление эгоизма. Обратите внимание на политически неразвитых знакомых вокруг вас: чем выше уровень доходов, то есть чем больше эти конкретные люди ощущают своё превосходство над «средним», «обычным» человеком, тем более яростными либералами они являются. Тем более развит в них гедонизм.
А нижние слои пролетариата капиталисты воспитывают в духе национализма и религиозной терпимости.
Если для торможения прогресса в прежние эпохи, когда эксплуатируемые классы не умели читать, было достаточно «попросить» отдельных, зарекомендовавших себя грандиозными человеколюбивыми правдолюбами, личностей «пройти» на костёр или выпить яду, то в наше время читающих пролетариев олигархической властью создана разветвлённая тысячью учреждений сеть дебилизации населения в виде насаждения религии, национализма и демократии.
Поэтому было бы в крайней степени ошибочным полагать, что классовая борьба буржуазии, тем более олигархии, то есть крупнейших капиталистов-магнатов, ведётся стихийно, неосознанно, самотёком, якобы без понимания сущности классового общества. Богатейшие буржуа давно выродились в финансовую аристократию, в закрытую касту социопатов и психопатов.
Любой адекватный человек испытывает обоснованную объективными законами прогресса потребность познавать и творить, любить и быть любимым. Материальные и не только блага ему необходимы в тех разумных пределах, которые служат реализации этих потребностей. Служить обществу — вот в чём он находит действительное счастье.
Олигарх же — это индивид, который нацелен исключительно на полное отчуждение всех богатств мира от всех людей планеты в свою пользу. Именно поэтому его духовный мир — это бездонное стяжательство и всякого рода извращения.
И эволюция предпринимателя средней руки к крупному буржуа, а затем окончательное превращение в законченного олигарха происходит по мере роста аппетита к увеличению прибыли. То есть объективные законы капитала проявляются в отвратительной субъективности двуногого желудка, то есть конкретного олигарха. Через его мировоззрение, волю, поступки.
Отсюда следует, что капиталист эксплуатирует пролетария по своему собственному убеждению, исходя из подлого желания возвыситься над народом. Это, конечно, не отменяет объективных предпосылок эксплуатации, объективных условий существования капитализма и так далее, наоборот, показывает, как и в чём проявляются объективные факторы.
Поэтому классовый враг — это не абстрактный капитализм, как некая «система», а вполне конкретный, «списочный» класс магнатов.
Г. Лазарев, при участии А. Редина

НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ФАШИЗМА

#история Газетной и тележурналистской братве запрещено подниматься в вопросе разоблачения фашизма выше ёрничества, напоминающего многозначительную поверхностность киноленты «Обыкновенный фашизм», снятой еще в шестидесятые года прошлого столетия. Буржуазным идеологам за счёт систематического массового оболванивания удалось сформировать в обыденном общественном сознании абсурдную картину возникновения фашизма. В настоящее время большинство обывателей отождествляет фашизм только с немецким нацизмом, поскольку «не знало, но уже забыло», что Гитлеру предшествовал Муссолини, а в одном из советских философских словарей (под редакцией Розенталя и Юдина) сказано, к тому же, что Ницше является «прямым предшественником фашистских «идеологов»». Т.е. фашистская идеология в развитой, философской форме, появилась задолго до появления нацистской партии в Германии и, как было показано выше она вообще ничем принципиально не отличается от того, что в буржуазной литературе начала ХХ века называлось ИМПЕРИАЛИЗМОМ. Практически все войны эпохи частной собственности, т.е. начиная с египетских фараонов и кончая Бушем, развязывались для создания империи. Даже отъявленный демократ Черчилль и тот в своих мемуарах откровенно заявлял, что он всегда гордился своим служением Британской империи. Но после ужасов и мерзости первой мировой империалистической войны Муссолини было невыгодно применять слово «ИМПЕРИАЛИЗМ», для обозначения действительных целей своих спонсоров, итальянских монополистов. Знаменательно, что Ленин сразу и по достоинству оценил итальянских фашистов, как только о них вообще заговорили в западной прессе. После поражения власти Советов в Венгрии Ленин писал, что «революция в Западной Европе повсеместно пошла на убыль. Посмотрим, — добавлял Ленин, — может быть итальянские фашисты научат европейских социал-демократов». К сожалению Ленин слишком хорошо думал о европейских социал-демократах, об их способности учиться у истории. Действительно, для восстановления на всем Средиземноморье рабовладения на манер древнеримского, монополистам необходимо было поднять простых итальянцев на новые завоевательные походы. Поэтому Муссолини и использовал приятное для итальянского уха слово «фашизм», поскольку слово «фашио» принято для обозначения пучка, связки (отсюда фашина), следовательно, объединения. В буквальном переводе с итальянского на русский «фашист» примерно то же самое, что и «заединщик». Однако этой дешевой обманки эмоциональным итальянцам хватило на двадцать лет. Но теперь и для итальянцев слово «фашизм» уже не ассоциируется только с «пучком». Гитлер, для маскировки истинных целей своих хозяев, круппов и фликов, использовал другие модные в то время слова: «национальный социализм». На самом же деле целью спонсоров Гитлера был все тот же... ИМПЕРИАЛИЗМ германских монополистов. В США свои имперские, т.е. фашистские цели монополисты прикрывают термином, например, «панамериканизм». Вот так, время от времени «переодеваясь» в новые словесные одежки и продолжал свою историю обыкновенный ИМПЕРИАЛИЗМ, рожденный в эпоху... классического рабовладения. Сначала фараоны и жрецы «пушечным фаршем» своих дураков-подданных осуществляли ИМПЕРИАЛИЗМ в Северной Африке, затем латифундисты и их оракулы, в Европе, затем короли, мандарины, халифы, султаны их священнослужители, продолжили традиции ИМПЕРИАЛИЗМА в Азии и Европе. Ныне монополисты через своих карманных президентов осуществляют ИМПЕРИАЛИЗМ на всем земном шаре. То есть «фашизм» это словечко и политическая форма, рожденные началом ХХ века для продолжения дела, органически вытекающего из самой сущности... ЧАСТНОЙ СОБСТВЕННОСТИ на основные средства производства и обращения. Ибо частная собственность, — это неизбежное расслоение земного сообщества на богатое меньшинство и убогое большинство, это паранойя безграничной концентрация материального богатства в руках одного единственного «императора». В силу этого неизбежны попытки НАСИЛЬСТВЕННОГО удержания человечества в рамках имперской традиции, т.е. в рамках постоянного сокращения прослойки императоров, владеющих ВСЕМИ материальными и культурными ресурсами планеты и роста числа возмущенных людей, вынужденных продавать свою рабочую силу императорам, получающим власть над человечеством в наследство по кровному признаку. А для насильственного удержания народа, тем более «чужого», в рабском положении олигархам необходимо превратить значительную часть собственного народ в жандармов и палачей, а массовое сознание соплеменников опустить до уровня стада, высокомерно злобствующего в адрес такого же стада инородцев. Именно по этой схеме мыслят и действуют все олигархи всех наций, поэтому наивно полагать, что нацизм присущ каким-то конкретным нациям. Думать, что могут появиться фашисты одной рыночной национальности и не появятся фашисты всех остальных рыночных национальностей — верх ненаучности. В случае возникновения фашистской партии одной национальности, буржуа всех остальных наций вынуждены под страхом гибели формировать свои пестрые по названиям, фашистские по сути, организации быстрее, чем возникают свободные нейтроны при цепной реакции в атомной бомбе. Нацизм (наряду с религиозным фанатизмом) — одно из важнейших условий выживания монополистической национальной буржуазии в условиях конкуренции как внутри страны, так и на мировом рынке. Опыт показывает, что момент появления монополий и момент начала борьбы за возрождения имперского сознания в толще обывателей и национальной интеллигенции — это, с исторической точки зрения, один и тот же момент. ...Чем дальше удаляется в историю момент крушения СССР, главного врага фашизма во всем мире, тем больше фашистских проявлений в европейской экономике и политике. Бесспорным ФАКТОМ является рост практического влияния нацистов в Австрии, Франции, Голландии. Растет число мест в правительствах и парламентах Европы, занятых, как отмечают демократические СМИ, фашиствующими политиками. Утверждение европейской единой валюты, «евро», это форма объявления мировой войны американским монополистам. Во имя чего европейские олигархи решились на такой шаг? Ясно, что во имя выравнивания финансовых возможностей «европейской» и «американской» наций. Чем такая политика отличается от классической фашистской? С научной точки зрения — ничем. А как пели и плясали европейцы, когда наступил день введения «евро» в оборот. Так, как будто на территории Европы не было ни первой, ни второй мировых войн. Более того, об истинных намерениях европейских магнатов говорит и тот факт, что, несмотря на охаивание монополизма в учебниках для ВУЗов, европейские судебные органы начали на практике принимать решения, ограничивающие возможности влиять на ход монополизации капиталов не только со стороны европейских правительств, но и со стороны специальных антимонопольных органов Европы. Предпринимателям Европы давно ясно, что без достижения американских уровней концентрации и централизации капиталов ни о какой победе в конкуренции, а тем более в войне, говорить не приходится. Фашизм стал повседневной реальностью в глобальном масштабе. Сбылась мечта мелких и средних обывателей, т.е. тех, кому предстоит нести основное бремя последствий от такого развития рыночной экономики. В.А. Подгузов