Эдуард Тропкин

Больше никаких красивых съемок

Карен Новицкий, пилот авиакомпании – S7, убрал смартфон в карман и посмотрел в иллюминатор.
Закат над облаками – огненный, слоистый, из тех, что хочется снять и показать всем. Раньше он доставал телефон, ловил кадр, выкладывал в Telegram. Подписчики обожали эти съемки.
Взлеты над Москвой, когда город еще спит, посадки на Камчатке, где сопки уходят прямо в океан. Теперь он не может делать и делиться снимками, а может только смотреть на это сам из кабины пилотов.

И снова нам говорят «извините, но мест нет» – овербукинг возвращается

Знаете, я уже писал про овербукинг. Писал про то, как авиакомпании продают больше билетов, чем мест в самолёте. Объяснял математику этой схемы, приводил примеры, советовал, как защититься.
Думал – всё, тема закрыта. Но овербукинг, как та самая зубная боль, которая то затихает, то возвращается с новой силой, снова напомнил о себе. Только теперь масштаб другой. И Генпрокуратура вышла из тени.

100 билетов в один конец

Что происходит с россиянами в Таиланде?
Паспортный контроль в Суварнабхуми пахнет кондиционером и тревогой. Очередь на штампы движется медленно. Офицер листает паспорт туда-сюда, смотрит в экран, снова в паспорт.
Парень впереди нервно переминается с ноги на ногу. Сумка у ног. Футболка мокрая на спине, хотя в зале +18.
Потом короткий разговор на ломаном английском. Жест рукой в сторону. Его уводят. Очередь замирает на секунду, потом движется дальше. Никто не спрашивает. Все делают вид, что не видели. Только в январе произошло – двадцать таких случаев.
Когда рай становится проблемой
В прошлом году Таиланд посетили почти 2 миллиона россиян. Мы на четвёртом месте по т

QR-код, банкомат и пустые карманы

Как туристов разводят на деньги в Азии
Двадцать тысяч рублей ушли за три минуты. Андрей стоял перед банкоматом в Бангкоке, держал телефон с QR-кодом и ждал, когда выйдут баты. Но вместо денег высветилось – «Операция отменена».
Потом пришло сообщение от «службы поддержки» – «Технический сбой, повторите попытку». Он повторил. Снова пусто. К вечеру его Telegram-бот перестал отвечать. Сайт обменника исчез. А на карте не осталось ничего.

Хозяева просто уехали, а собака осталась

Собака дрожала на крыльце хостела третий час подряд. Январь в Сегеже – это, когда дыхание превращается в облачко за три секунды, а снег скрипит под ногами так, что слышно за квартал. Пёс жался к двери. Скулил. Ждал. Хозяева уже сидели в машине где-то на трассе М18, возвращаясь в Мурманск. Без него.