Моя жена Гвен оставалась дома, «при обозе», пока я годами путешествовал по передовым фронтам евангелизации.

Гвен во многом похожа на свою почившую мать: она такая же тихая, кроткая и очень преданная семье. За десятки лет служения, в течение которых я объездил весь мир, я большую часть времени отсутствовал дома. Гвен вынуждена была оставаться в тылу, чтобы заботиться о наших четырёх детях. Она всегда их встречала со школы, всегда готова была удовлетворить каждую их нужду.
Когда я приезжал домой, Гвен радовалась вместе со мной, когда я сообщал ей о многочисленных душах, обращённых ко Христу, или об исцелении наркоманов и алкоголиков. Однако же сама Гвен не могла пойти и сама совершать этот труд. Она должна была оставаться в тылу, «с обозом», выполняя все рутинные обязанности.
Много раз я слышал, как моя жена говорила: «Я не умею ни проповедовать, ни петь. И писать я тоже не умею. Я так мало делаю для Господа, если вообще что-то делаю!»
Однако Гвен со временем поняла, что её призвание в том, чтобы быть верной женой и матерью, а также и бабушкой. Сегодня все четверо наших детей вовлечены в служение и достигли того уровня зрелости, чтобы называть её трижды, четырежды, много раз благословенной. Именно Гвен совершила тот тяжкий труд, благодаря которому наши дети смогли найти своё призвание.
Написав эти строки, я сказал Гвен: «В тот день, когда я предстану пред Иисуса, если через меня Он спасал души для Царства, или если я совершал благочестивые дела, угодные Ему, – если и будут какие-нибудь награды, то ты, Гвен, разделишь их наравне со мной».