27 января - День снятия блокады Ленинграда

Наш дом стоит без радио, без света, Лишь человеческим дыханием согретый... А в нашей шестикомнатной квартире Жильцов осталось трое — я да ты Да ветер, дующий из темноты... Нет, впрочем, ошибаюсь — их четыре. Четвертый, вынесенный на балкон, Неделю ожидает похорон. На Волковом на кладбище кто не был? Уж если вовсе не хватает сил — Найми других, чужого упроси За табачок, за триста граммов хлеба, Но только труп не оставляй в снегу, Порадоваться не давай врагу. Ведь это тоже сила и победа В такие дни похоронить соседа! На метры вглубь промерзшая земля Не поддается лому и лопате. Пусть ветер валит с ног, пускай прохватит Сорокаградусною стужей февраля, Пускай к железу примерзает кожа, Молчать я не хочу, Я не могу, Через рогатки я кричу врагу: "Проклятый, там ты коченеешь тоже! Ты это хорошенько все запомни, И детям ты, и внукам закажи Глядеть сюда, за наши рубежи... Да, ты пытал нас мором и огнем, Да, ты бомбил и разбомбил наш дом, Но разве мы от этого бездомней? Ты за снарядом посылал снаряд, И это — двадцать месяцев подряд, Но разве ты нас научил бояться? Нет, мы спокойнее, чем год назад, Запомни, этот город — Ленинград, Запомни, эти люди — ленинградцы!" Да, Ленинград остыл и обезлюдел, И высятся пустые этажи, Но мы умеем жить, хотим и будем, Мы отстояли это право— жить. Здесь трусов нет, Здесь не должно быть робких, И этот город тем непобедим, Что мы за чечевичную похлебку Достоинство свое не продадим. Есть передышка — мы передохнем, Нет передышки — снова будем драться. За город, пожираемый огнем, За милый мир, за все, что было в нем. За город наш испытанный огнем, За право называться Ленинградцем! Стой, как стоял, наш город величавый, Над свежею и светлою Невой, Как символ мужества, как воплощение славы, Как разума и воли торжество!