Адель Янкевич

С высоты вертолета город открывается как гигантская мозаика из плоских крыш, прорезанных прямыми линиями улиц. В лучах солнца блестят зеркальные витрины огромных торговых центров, а вдалеке, как серебряная нить, висит над рекой Параной знаменитый Мост Дружбы, соединяющий два мира - бурлящий Парагвай и бразильский берег. Этот вид сверху - лучшая карта города, который живет по своим особым правилам. Первое, что поражает здесь - энергия. Улицы похожи на бесконечные торговые ряды. Из каждого магазина доносятся назойливые звуки, продавцы зазывают покупателей, а грузовики разгружают коробки с товарами со всего света. Здесь можно найти абсолютно всё: от последней модели смартфона до пары джинсов, от японского чая до парагвайского чая мате. Цены часто кажутся нереально низкими, но за этим кроется особый статус города - зоны беспошлинной торговли. Именно это превратило его в «восточный Гонконг» и мекку для шопоголиков со всей Южной Америки. Бразильцы целыми автобусами приезжают сюда за элект

С высоты вертолета плотина Итайпу кажется не творением рук человеческих, а деталью гигантского природного ландшафта. Отсюда видно, как монументальная бетонная стена, прямая как стрела, разрезает мощную реку Парану. С одной стороны - бескрайнее спокойное водохранилище, похожее на внутреннее море, с другой - тонкая белая полоса водосброса, за которой река продолжает свой путь в узком ущелье. Этот вид с воздуха позволяет по-настоящему оценить титанический масштаб стройки, которая навсегда изменила жизнь двух стран. Стройка началась в далекие 1970-е годы и стала одним из самых амбициозных проектов века. На место работ свозили оборудование и материалы со всего мира, а трудились там десятки тысяч рабочих. Само название плотины на языке местных индейцев гуарани означает "поющий камень". И сегодня, когда вода с огромной силой проходит через ее турбины, кажется, что этот гигант действительно издает низкий, мощный гул - песню покоренной стихии. Цифры, связанные с Итайпу, поражают воображение.

С высоты птичьего полета, из кабины вертолета, открывается вид, от которого замирает сердце. Кажется, будто сама земля разверзлась, и в гигантскую трещину обрушивается вся мощь реки. Бескрайний зеленый ковер тропического леса прорезан серебристо-белыми водяными лентами, а над местом, где вода с ревом исчезает в пропасти, постоянно висит радужное облако тумана. Это самый первый и самый незабываемый образ Игуасу - буйство стихии, замершее в вечном движении. Представьте себе не один поток, а целых 275! Они низвергаются с уступов высотой с двадцатипятиэтажный дом, раскинувшись в ширину почти на три километра. Это похоже на то, как если бы огромная река внезапно провалилась сквозь землю, создавая стену из воды, пара и непрекращающегося грома. Местные народы, жившие здесь испокон веков, дали ему имя, которое означает «большая вода». И они не преувеличивали. Самый зрелищный участок - «Глотка Дьявола». Это длинный и узкий обрыв в форме буквы «U», куда несется добрая половина всей реки. Вод

Всё изменил кофе. В XIX веке выяснилось, что красная земля вокруг города идеально подходит для кофейных кустов. Началась настоящая лихорадка. Богатые плантаторы строили роскошные дома, прокладывали железные дороги, чтобы вести зерна в порт. А в город потянулись тысячи людей в поисках работы - сначала из других уголков Бразилии, а потом и со всего света. Итальянцы, японцы, арабы, немцы, русские… Сан-Паулу стал настоящим плавильным котлом народов. За какие-то пятьдесят лет из сонного городка он превратился в шумный, дымящий фабриками экономический мотор всей страны. Этот взрывной рост чувствуется до сих пор в его энергичном и беспокойном характере. А теперь факты, от которых глаза становятся круглыми. Знаете ли вы, что в Сан-Паулу живёт больше людей японского происхождения, чем в любом другом городе мира за пределами Японии? Целая волна иммигрантов приехала сюда в начале 1900-х годов работать на тех самых кофейных плантациях. Их дети и внуки уже не знали Японии, но бережно хранили тра

Эту удивительную столицу не искали на карте веками. Ее не завоевывали и не отстраивали после войн. Ее придумали, начертили и возвели всего за четыре года. С нуля. В чистом поле. Случилось это в середине двадцатого века, и с тех пор город служит живым памятником человеческой смелости и мечте о лучшем мире. Идея перенести столицу из шумного Рио-де-Жанейро вглубь страны витала в воздухе очень давно, еще со времен первых правителей. Главной целью было освоить огромные пустующие территории и дать развитие центральным регионам. Но только при президенте Жуселину Кубичеке эта мечта стала реальностью. Он сделал строительство новой столицы главным проектом своего правления. Для воплощения грандиозной идеи собрали команду гениальных творцов. План города в виде птицы, самолета или стрекозы (как кому видится) разработал архитектор Лусио Коста. А все главные здания спроектировал его знаменитый коллега, Оскар Нимейер. Он не любил прямые углы и скучные коробки. Поэтому его постройки больше похожи н

Начать стоит с воздуха. Он здесь не просто свежий, он другой. Влажный, густой, напоенный ароматами цветов, сырой земли и чего-то неуловимого. Это легкие Земли работают. Миллионы деревьев каждый день превращают углекислый газ в чистый кислород. Без этого места дышать на всей планете было бы гораздо тяжелее. Реки Амазонии – это отдельная история. Главная водная дорога, Амазонка, настолько мощная, что далеко в океане, в нескольких десятках километров от берега, можно зачерпнуть пресную воду. Ее притоки имеют разные цвета: молочно-коричневые, черные как крепкий чай, и почти прозрачные. Местные жители прекрасно разбираются в этой цветовой палитре, ведь от оттенка воды зависит, какую рыбу там можно поймать. Но самое сильное впечатление – это ночь. С наступлением темноты джунгли преображаются. Зажигаются миллионы светлячков, включаются свои «фонарики» у жуков, и начинается настоящая симфония звуков. Крики обезьян, треск насекомых, шелест листьев под лапами ночных охотников. В такую ночь