Елена Елизарьева

В школьном альбоме девяностых годов Танюха всегда стояла в самом заднем ряду, и не потому, что была хулиганкой или двоечницей. Просто рост у неё был метр восемьдесят уже к девятому классу. Она возвышалась над физруком, смотрела поверх голов одноклассников на переменках и вечно сутулилась, пытаясь хоть немного ссутулить свою судьбу. Фигура у неё была нескладная — широкая кость, крупные кисти рук. В магазинах тогда продавали только бесформенные балахоны «на вырост», которые висели на ней мешком. Каблуки она ненавидела лютой ненавистью. Каждый сантиметр шпильки делал её похожей на пожарную каланчу, поэтому Таня носила исключительно растоптанные кеды или стоптанные туфли без малейшего намёка на подъём. Из-за этого комплекса невидимки характер у неё выработался податливый, как тёплый пластилин. Она никогда не лезла вперёд, не спорила с учителями, старалась стать прозрачной. Этакая тихая гавань. Но странное дело: именно за эту мягкость её обожала вся школа. Парни таскали ей тяжёлые сумки из