Лариса Шумакова

Дарья Николаевна Салтыкова – «Салтычиха» - вошла в историю как одна из самых жестоких помещиц. Вообще, если копнуть глубоко, то станет понятно, что многие владельцы крепостных крестьян со своими «подопечными», к сожалению, не церемонились. Во-первых, потому что крепостных и за людей-то не считали. А, когда человека официально называют вещью, то о морали говорить сложно. Во-вторых, если все же вести речь о морали, то у многих помещиков с этим было плохо. Способствовал ряд факторов. Например, то, что барина и барыни жили жизнью легкой. Не нужно было думать о куске хлеба. Те же крестьяне всем обеспечивали. Другое дело, что некоторых помещиков такая жизнь расслабляла настолько, что они теряли свои имения и крестьян, разорялись. Оставался только статус дворянина, за счет которого сложно было прокормиться. Но это уже совсем другая история. Что же касается Салтычихи, то как рассказывают, в молодости она была вполне обычной женщиной, даже очень набожной. Не хочется оправдывать эту помещицу, но

Я думал, что забуду. Прошло столько лет. Я стар, мои руки дрожат, а память уже не та. Но есть вещи, которые невозможно стереть. Они возвращаются в снах, в тишине, в звуке капающей воды. Я был немецким солдатом. Я стоял в первых рядах, когда мы пересекли границу с Советским Союзом в июне 1941 года. Тогда мне казалось, что всё просто: приказ есть приказ. Но правда оказалась страшнее, чем я мог представить. Сегодня я расскажу вам о том, что происходило в тот день и в те часы, когда Германия начала войну с Советским Союзом. Я говорю не для оправдания. Я говорю, потому что правду надо знать. Мы стояли у границы. Наш батальон получил приказ – готовиться к наступлению. Всё должно было пройти быстро, без проблем. Так нам говорили: «Красная армия слаба, советские генералы ничего не понимают в войне, мы дойдём до Москвы за несколько месяцев» – вот что внушали нам офицеры. Но среди солдат было другое мнение. Да, многие были уверены в победе, но некоторые не говорили ничего. Просто молчали и кури