Андрей Сальков

Это сейчас Русская православная церковь воспевает страстотерпцев - бывшего императора Николая и его семью, но в последние дни февраля, когда Петроград захлестнули революционные события, Синод не предпринял никаких попыток поддержать монархию, отношение к ней было прямо противоположное. 2 марта Церковь с радостью восприняла весть об отречении императора. 4 мартасостоялось первое официальное заседание Синода после революции, на нём присутствовал Владимир Львов, который от лица правительства объявил о предоставлении Церкви свободы от опеки государства. Члены Синода выразили искреннюю радость по поводу наступления новой эры в жизни Церкви. В частности, архиепископ Новгородский Арсений говорил о появлении перед Российской Церковью больших перспектив, открывшихся после того, как "революция дала нам (Церкви) свободу от цезарепапизма". Тут же из зала заседаний Синода было вынесено императорское кресло, которое и было тем самым «символом цезарепапизма», его было решено передать в музей. 5 марта

Если говорить откровенно, то народ в царской России, а это в основной своей массе были крестьяне, ненавидел церковь. И это не голословно, а тому масса доказательств в виде исторических источников, которые приводятся в многочисленных статьях на канале. Причина ненависти заключалась в том, что церковь поддерживала и оправдывала не только крепостное право, но и самое настоящее рабство, когда крестьян продавали и покупали на аукционах, меняли на собак, проигрывали в карты и не считали за людей. Но горше всего жилось монастырским крестьянам, над которыми властвовали беспощадные старцы и то, что происходило за монастырскими стенами не подлежит описанию. Монастырские казематы, каменные мешки, земляные ямы, там пожизненно томились люди вплоть до конца XIX века. О какой любви к церкви здесь можно говорить. Перед Октябрьской революцией 1917 года население разочаровалось в традиционной роли русской церкви и было радо от неё избавиться, тем более что крестьянская война против церкви шла со второй