Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: 25 июл 2018
Фильтр
Он уходил. Таков был его выбор.
За окнами – холодная зима…
А у него не сердце – камня глыба:
- Ты не реви. Ты справишься сама!
Она спросила, глаз не поднимая:
- Ну как же я с ребеночком одна?
А он ответил – У меня другая.
Ты – сильная. Ты справишься сама!
Ей в жизни приходилось очень сложно.
И одиночество похуже, чем тюрьма.
Но если захотеть – то все возможно –
Она сумела выстоять сама!
Подрос ее сынок, ее опора,
Она успешна , хороша, умна.
И от внимания мужского нет отбоя,
Хотя привыкла все решать сама.
Ну а его жизнь вдоволь потрепала,
Проела плешь сварливая жена.
И тут он вспомнил ту, что им дышала –
Она ведь до сих пор еще сама.
И он пришел с огромным роз бу
За окнами – холодная зима…
А у него не сердце – камня глыба:
- Ты не реви. Ты справишься сама!
Она спросила, глаз не поднимая:
- Ну как же я с ребеночком одна?
А он ответил – У меня другая.
Ты – сильная. Ты справишься сама!
Ей в жизни приходилось очень сложно.
И одиночество похуже, чем тюрьма.
Но если захотеть – то все возможно –
Она сумела выстоять сама!
Подрос ее сынок, ее опора,
Она успешна , хороша, умна.
И от внимания мужского нет отбоя,
Хотя привыкла все решать сама.
Ну а его жизнь вдоволь потрепала,
Проела плешь сварливая жена.
И тут он вспомнил ту, что им дышала –
Она ведь до сих пор еще сама.
И он пришел с огромным роз бу
Он появился в тот момент,
Когда мне было очень плохо,
Сказал приятный комплимент,
И я откликнулась, дуреха!
На телефонные звонки
На романтические встречи,
И вскоре стали мы близки
В один дождливый теплый вечер.
От слов кружилась голова,
А тело требовало ласки,
Вниманья, неги и родства,
И страсти бешеной для встряски.
А тело впитывало соки,
Почувствовав себя живым,
Дрожа, подкашивало ноги,
Все больше делаясь ручным.
Ежеминутно, ежечасно,
В боязни снова потерять...
Лишь сердце было безучастно,
Не в состоянье понимать...
Лишь сердце помнило другого,
Моля у тела: «Пощади!»
И дрожь от голоса чужого
Рвалась к другому из груди.
Ночами мучили кошмары,
Я просыпалась вся в поту,
И, слыша гулкие
Когда мне было очень плохо,
Сказал приятный комплимент,
И я откликнулась, дуреха!
На телефонные звонки
На романтические встречи,
И вскоре стали мы близки
В один дождливый теплый вечер.
От слов кружилась голова,
А тело требовало ласки,
Вниманья, неги и родства,
И страсти бешеной для встряски.
А тело впитывало соки,
Почувствовав себя живым,
Дрожа, подкашивало ноги,
Все больше делаясь ручным.
Ежеминутно, ежечасно,
В боязни снова потерять...
Лишь сердце было безучастно,
Не в состоянье понимать...
Лишь сердце помнило другого,
Моля у тела: «Пощади!»
И дрожь от голоса чужого
Рвалась к другому из груди.
Ночами мучили кошмары,
Я просыпалась вся в поту,
И, слыша гулкие
Он появился в тот момент,
Когда мне было очень плохо,
Сказал приятный комплимент,
И я откликнулась, дуреха!
На телефонные звонки
На романтические встречи,
И вскоре стали мы близки
В один дождливый теплый вечер.
От слов кружилась голова,
А тело требовало ласки,
Вниманья, неги и родства,
И страсти бешеной для встряски.
А тело впитывало соки,
Почувствовав себя живым,
Дрожа, подкашивало ноги,
Все больше делаясь ручным.
Ежеминутно, ежечасно,
В боязни снова потерять...
Лишь сердце было безучастно,
Не в состоянье понимать...
Лишь сердце помнило другого,
Моля у тела: «Пощади!»
И дрожь от голоса чужого
Рвалась к другому из груди.
Ночами мучили кошмары,
Я просыпалась вся в поту,
И, слыша гулкие
Когда мне было очень плохо,
Сказал приятный комплимент,
И я откликнулась, дуреха!
На телефонные звонки
На романтические встречи,
И вскоре стали мы близки
В один дождливый теплый вечер.
От слов кружилась голова,
А тело требовало ласки,
Вниманья, неги и родства,
И страсти бешеной для встряски.
А тело впитывало соки,
Почувствовав себя живым,
Дрожа, подкашивало ноги,
Все больше делаясь ручным.
Ежеминутно, ежечасно,
В боязни снова потерять...
Лишь сердце было безучастно,
Не в состоянье понимать...
Лишь сердце помнило другого,
Моля у тела: «Пощади!»
И дрожь от голоса чужого
Рвалась к другому из груди.
Ночами мучили кошмары,
Я просыпалась вся в поту,
И, слыша гулкие
Мне надоел вопрос: "А ты с ним спишь?"
Конечно нет! Кораблики рисую!
Не понимаю, в этом что престиж?
Так нагло лезть с вопросом в жизнь чужую!
Какая разница, простите, с кем я сплю?
Кому под вечер двери открываю?
Пожалуйста, не лезьте в жизнь мою!
Я вам совсем, ни в чем не доверяю.
Мне надоел вопрос: "А ты с ним спишь?"
Ну что же вам сказать, совсем не знаю?
Но я отвечу. Чем тут удивишь?
Порою сплю. Порой не засыпаю!
Не стоит лезть так нагло в жизнь мою!
Тем более петь дружбы серенады!
Какая разница, простите с кем я сплю!
Скажите мне одно - оно вам надо?
Ксения Газиева
2015
Конечно нет! Кораблики рисую!
Не понимаю, в этом что престиж?
Так нагло лезть с вопросом в жизнь чужую!
Какая разница, простите, с кем я сплю?
Кому под вечер двери открываю?
Пожалуйста, не лезьте в жизнь мою!
Я вам совсем, ни в чем не доверяю.
Мне надоел вопрос: "А ты с ним спишь?"
Ну что же вам сказать, совсем не знаю?
Но я отвечу. Чем тут удивишь?
Порою сплю. Порой не засыпаю!
Не стоит лезть так нагло в жизнь мою!
Тем более петь дружбы серенады!
Какая разница, простите с кем я сплю!
Скажите мне одно - оно вам надо?
Ксения Газиева
2015
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту