Вячеслав Бодров

Одна моя знакомая девушка тяжело заболела. Ей было двадцать лет. И прогноз был неутешительный; тогда медицина ещё не так далеко ушла вперед. Но лечение назначили. Сделали все, что могли. И эта Наташа, предположим, - имя другое, - купила уродливый парик. На хороший денег не было. Да и не было хороших-то. И джинсы-клеш. Это было очень модно и дорого! Деньги родители дали. Хотя не очень отношения были. Сестру Наташи любили, а её - нет. И Наташа, шатаясь от слабости, пошла и устроилась на работу секретарем. Взяли её, потому что жалованье крохотное. А может, из жалости. И она ходила с подругами в бар. Есть и пить не могла; но иногда танцевала. Она танцами занималась в детстве. Я бы хотела нравоучительно написать, что она в библиотеку ходила. Но она ходила в бар. Там болтали, веселились и вот, танцевали. Студенческий бар в общежитии. Жалкий, там только бутерброды с сыром были и напитки дешёвые. Морс.Тогда напитки с градусами были запрещены для юных. И она сказала, бледная, худая, измученная