Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: 24 фев 2023
Фильтр
В час ночи во дворе что-то грохнуло. Несколько особенно истеричных машин зашлись лаем сигнализации. Через секунду темнота пошла по швам, распоротая надвое острыми иглами петард. Кто-то запустил под окнами салют.
Февраль, эти придурки совсем озверели, Нового года им не хватило.
— Придурки, — буркнула сквозь сон жена, не проснувшись, телепатически прочитав во сне мои мысли.
В нашу комнату из детской прихлюпал голыми пяточками разбуженный Артем. Он начал хныкать. Я уложил его на свое место, укрыл, а сам порывисто бросился в коридор. Под адреналином я напялил на себя первую попавшуюся одежду, свою куртку, шапку жены, шарф Артема. Сколько бы их там ни было во дворе, этих придурков, пришибу
Февраль, эти придурки совсем озверели, Нового года им не хватило.
— Придурки, — буркнула сквозь сон жена, не проснувшись, телепатически прочитав во сне мои мысли.
В нашу комнату из детской прихлюпал голыми пяточками разбуженный Артем. Он начал хныкать. Я уложил его на свое место, укрыл, а сам порывисто бросился в коридор. Под адреналином я напялил на себя первую попавшуюся одежду, свою куртку, шапку жены, шарф Артема. Сколько бы их там ни было во дворе, этих придурков, пришибу
Поделилась фотографией
В ПЕСОЧНИЦЕ
Арнольд Петрович Бабаянц проснулся от громкой музыки и хохота, доносившихся со двора. Было три часа ночи. Его половина Роза Витальевна мирно посапывала рядом. «Вот же толстокожая, хоть из пушек стреляй – ничего не услышит», - с завистью подумал Бабаянц, и попытался заснуть. Но новый взрыв хохота буквально подкинул его с постели.
Арнольд Петрович посмотрел вниз со своего пятого этажа. Там, в детской песочнице, в лунном свете он разглядел компанию веселящейся молодежи.
Дрожащий от негодования Арнольд Петрович набрал «ноль два»:
- Але, милиция? У нас тут во дворе подростки шумят, спать не дают! Примите, пожалуйста, меры!
- Подумаешь, подростки! – едко сказал дежурный на том к
Арнольд Петрович Бабаянц проснулся от громкой музыки и хохота, доносившихся со двора. Было три часа ночи. Его половина Роза Витальевна мирно посапывала рядом. «Вот же толстокожая, хоть из пушек стреляй – ничего не услышит», - с завистью подумал Бабаянц, и попытался заснуть. Но новый взрыв хохота буквально подкинул его с постели.
Арнольд Петрович посмотрел вниз со своего пятого этажа. Там, в детской песочнице, в лунном свете он разглядел компанию веселящейся молодежи.
Дрожащий от негодования Арнольд Петрович набрал «ноль два»:
- Але, милиция? У нас тут во дворе подростки шумят, спать не дают! Примите, пожалуйста, меры!
- Подумаешь, подростки! – едко сказал дежурный на том к
Навеяно историей про элитную школу и детей из них. Анонимно, пожалуйста, будет много букв и слов про мои чувства и действия относительно данной ситуации. Прошу отнестись с пониманием. Начнём.
У меня семья потомственных военных с маминой и папиной линии, так что с детства меня учили жёсткой иерархии подчинения взаимоуважения между подчинённым и отдающим приказ. Так получилось, что когда распался Союз, мой отец решил дальше не продолжать службу в армии и пошёл своим путём, что позволило потом отдать меня в лучшую школу в нашем городе где я мог "общаться со всеми на равных и ни в чем не нуждаться". Эта школа была построена на здоровой конкуренции среди учеников, что нам и любили напоминать е
У меня семья потомственных военных с маминой и папиной линии, так что с детства меня учили жёсткой иерархии подчинения взаимоуважения между подчинённым и отдающим приказ. Так получилось, что когда распался Союз, мой отец решил дальше не продолжать службу в армии и пошёл своим путём, что позволило потом отдать меня в лучшую школу в нашем городе где я мог "общаться со всеми на равных и ни в чем не нуждаться". Эта школа была построена на здоровой конкуренции среди учеников, что нам и любили напоминать е
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту
27
- Елизавета Брауни Ванческопгт. Белая Березка (Трубчевский район)
- Наталья БуяноваТомск