Изрубленный, С побитыми руками И без ноги, Отхваченной огнем, Из плоти весь,— Он крепче был, Чем камень. Вскочивши на коня,— Он был конем. К чертям — хитросплетения политик! Он очень просто понимал дела: Как ни судите, ни рядите,— Он воин, Закусивший удила. Он ранен был одной-единой болью, Когда мечом его смиряли пыл. Он был не Шамиля покорен воле,— Невольником своей свободы был. И ради воли — Прочь семью и жалость! Чем век в неволе — Лучше воли миг! Шамиль сдается. Битва продолжалась! «Я не с тобой на этот раз, старик! Ты пес, Шамиль!..» Как прут под горным ветром, Барятинского бровь пошла в изгиб, «Они уже сдаются, Ваша светлость. Не сдался лишь один его наиб! Один наиб! Но это дух —