зоя герстнер

Она лежала на обочине, свернувшись в тугой комок. Я сначала подумал: тряпка. Или мешок, выброшенный из фуры. Потом мешок шевельнулся. Январь. Трасса между Тулой и Калугой, участок, где деревни заканчиваются и до следующего поворота ехать минут сорок. Минус двадцать два. Фуры идут сплошным потоком, свет фар вырывает из темноты сугробы и отбойники. Дорога прямая, пустая, ни одного съезда поблизости. И вот этот комок рыжей шерсти на обочине, который не тряпка и не мешок. Я остановился. Не потому что герой. Просто не смог проехать мимо. Включил аварийку, вышел, подошёл. Ветер такой, что лицо обжигает за секунды. Собака подняла голову. Худая настолько, что рёбра читались даже сквозь свалявшуюся шерсть. Глаза мутные, нос сухой, потрескавшийся. Задняя лапа поджата, не наступает. Когда я шагнул ближе, она не побежала. Не зарычала. Попыталась отползти. Сил хватило на полметра, может, чуть больше. Я снял куртку, положил рядом на снег. Собака нюхала минут пять. Долго, осторожно. Потом легла на не

Андрей Чубченко. Родился в Оренбурге в театральной семье. Вырос в Красноярском крае. Детство провёл за кулисами и даже участвовал в спектаклях. Служил во внутренних войсках. Окончил Щепкинское училище. Служил во МХАТЕ имени Горького и в Малом театре. В кино с 1997 года. Всего около 50 киноролей. «Возвращение Мухтара», «Красная площадь», «Московская сага», «Путейцы», «Ненависть», «Тухачевский. Заговор маршала», «Поединки», «Шеф»… «Среди актеров много неравнодушных. Наш долг – быть вместе со страной. Поддержать наших ребят. Когда я служил в армии, был Афганистан. Внутренне все были к нему готовы. Если сказали бы: надо туда, – все бы поехали. Мы росли в Советском Союзе. Нам не только говорили о патриотизме, чести, совести, всё это существовало. Мы видели людей, которые любили Родину. Потом это стало нивелироваться, уничтожаться. Появились фильмы, сериалы, дискредитирующие армию. Отток пошел из этой профессии. Сейчас происходит, я считаю, ее возрождение. Видно, что армия у нас есть. Попав