Людмила Иванова (Ульянова)

Они вернулись.А дальше, видать, лопнули Катеринины нервные струны, не выдержали, настал предел. Домой, в квартиру, их не пустили. Второй замок закрыт изнутри на щеколду. Они стучали, колотили пяткой ...

Роды длились двое суток и могли стать смертельными. Одинокая баня, крики новорождённого и растущее на простыне алое пятно. В этот миг Михаил понял, что готов отдать всё — и свою уцелевшую ногу, и этот дом, и саму жизнь