Максим Богда

22-летняя стюардесса с животом под форменной блузкой тихо тянется к пулемёту спящего террориста. Руки не дрожат. Она уже не думает, что будет потом. Она просто делает это. Именно с этой сцены, по-моему, и начинается история о том, что такое настоящее хладнокровие. Сентябрь 1986 года. В СССР второй год идёт перестройка. По телевизору говорят, что всё плохое было в прошлом, а теперь — обновление. Но двое солдат внутренних войск из Уфы смотрят на эту риторику иначе. Николай Мацнев и Сергей Ягмурджи совершили преступление и понимали: суд и зона неизбежны. Военнослужащим ВВ в лагере приходилось несладко — это знал каждый. И они выбрали другое. Идея была безумная даже по меркам эпохи. Угнать самолёт и улететь в капиталистическую страну. К тому моменту таких попыток в СССР было немало, но редко кто готовился так основательно. Мацнев и Ягмурджи уговорили ещё двух сослуживцев — Коновала и Федоткина. Свои планы они обсуждали настолько открыто, что их слышали офицеры. И не воспринимали всерьёз. Э

Россия обладает колоссальными водными биоресурсами, однако у магазинных полок эта статистика выглядит иначе. Покупатели все чаще задаются вопросом: почему рыба дороже мяса в России? Килограмм курицы можно найти за 250–450 рублей, свинины — примерно за 300, тогда как базовый минтай продается уже по 550 рублей, а треска или красная рыба стоят еще дороже. Издание "МК" разбирались, как копеечная себестоимость превращается в шестикратную наценку и куда исчезает доступная рыба. В мае 2026 года Федеральная антимонопольная служба начала масштабную проверку формирования цен по цепочке «от рыбака до прилавка». Показательный пример, который уже приводят эксперты, касается минтая. На Дальнем Востоке себестоимость его вылова и первичной обработки на судне составляет около 85 рублей за килограмм. Однако наценка на рыбу в розничной сети доводит эту цифру до 550 рублей. Откуда берется эта разница? Дело не только в логистике. После выгрузки улов проходит через склады рыболовных компаний, затем переходи

История Курильских островов необыкновенна и для того, чтобы понять, насколько уместны притязания японцев - нужно уйти в глубину веков. Острова эти населяли айны (не имеющие к японцам никакого отношения), сами себя они называли Куру, отсюда и повелось, что острова - Курильские. Первая информация о том, что такие острова существуют, была получена японцами в ходе экспедиции на Хоккайдо и Сахалин в 1635 году. В 1644 году по итогам экспедиций 1635—1637 годов на Хоккайдо была составлена и первая японская карта Сахалина и Курильских островов. Но составители карты представляли Курильскую гряду весьма смутно, они изобразили лишь небольшую группу островов к востоку от Хоккайдо. В 1643 году острова "открыли" голландцы. Экспедиция Мартина де Фриза наткнулась на эти острова, составила подробные карты и описания. Де Фриз водрузил на вершине горы острова Уруп деревянный крест и провозгласил острова христианскими и собственностью Голландской Ост-Индийской компании. В России островах впервые было упом

Девятого февраля 1995 года в обычной московской больнице случился переполох. По коридорам торопливо шли двое в форме – начальник Генерального штаба генерал армии Михаил Колесников и начальник ГРУ генерал-полковник Фёдор Ладыгин. Они несли 'Золотую Звезду' Героя России. Направлялись не к молодому офицеру, совершившему подвиг где-нибудь на горячей точке. А к восьмидесятипятилетнему старику, который уже сутки не приходил в сознание. Колесников огласил указ президента. Прикалывать награду к больничной майке было неловко – звезду вложили в руку. И тут случилось невероятное: умирающий очнулся. Почувствовал тяжесть металла в ладони и еле слышно прошептал: 'Служу Отечеству'. Когда генералы ушли, он сказал жене единственную фразу: 'Хорошо, что не посмертно'. Через десять дней его не стало. Этого человека звали Ян Черняк. Шестнадцать лет он работал нелегалом советской военной разведки в самом сердце Европы. Создал агентурную сеть, которая не знала ни одного провала. Добыл план 'Барбаросса', черт

В конце октября Пётр Васильевич обычно начинал объезжать старые рыбацкие стоянки, которыми в летний сезон пользовались местные рыбаки, охотники и редкие лесные бригады. Сам он называл это просто проверкой, хотя на деле работы хватало: где-то после ветра нужно было поправить крышу, где-то подтянуть дверь, а иногда приходилось просто выносить из избушки то, что беспечные отдыхающие оставляли после себя. Пётр Васильевич жил в посёлке уже почти сорок лет и лес знал очень хорошо. Он никогда не называл себя таёжником, хотя другие именно так его и звали. Сам мужчина предпочитал говорить: — Таёжник — это тот, кто родился в лесу и там же живёт. А я просто слишком долго здесь работаю. В тот день стояла настоящая осенняя погода. Утром шёл мелкий дождь, потом он сменился мокрым снегом, а ближе к обеду тучи разошлись, и над лесом появилось бледное холодное солнце. Пётр Васильевич загрузил в старый УАЗ инструмент, топор, бензопилу, запас топлива, термос и пару бутербродов. Жена посмотрела на багажни