Санкт- Петербург- Северная Пальмира и Венеция.

6 марта 1802 года родился Андрей Иванович Штакеншнейдер — русский архитектор, строивший императорские резиденции и великокняжеские дворцы в Санкт-Петербурге и пригородах. Яркий представитель первого поколения архитекторов-эклектиков в России. Родился на мызе Ивановка близ Гатчины в семье помещика; дед его был мастером-кожевником, выходцем из Германии. С 1815 учился в петербургской Академии художеств, которую окончил в 1821. Служил чертежником в Комитете строений и гидравлических работ, затем (с 1825) – под началом О.Монферрана в Комиссии по возведению Исаакиевского собора. Жил в Петербурге и Ивановке. Известность ему принесла перестройка усадьбы Фалль под Ревелем (Таллин), принадлежавшей А.Х.Бенкендорфу (1831–1832); главному дому по воле заказчика был придан вид средневекового замка. Представленный Бенкендорфом Николаю I, зодчий с той поры пользовался неизменными симпатиями двора. Его творчество, как и творчество К.А.Тона, во многом обусловило происходившую в годы николаевского царствования переориентацию русского зодчества с «александровского классицизма» на романтизм, более свободно варьирующий разные стили прошлого, с той разницей, что Штакеншнейдер занимался почти исключительно дворцовым, светским, а не церковным строительством. Мастер увлеченно изучал и древнерусское искусство (об этом свидетельствует, в частности, неосуществленный проект дворца в Коломенском, 1837). Однако в наиболее известных постройках Штакеншнейдера, его петербургских дворцах – Мариинском (1839–1844), Белосельских-Белозерских (1846–1848), Николаевском (1853–1861) и Ново-Михайловском (1857–1861), всецело доминирует палитра западноевропейских стилей – от античной классики до ренессанса-барокко и рококо. Зритель здесь попадает внутрь своеобразных исторических театров, поражающих причудливым сочетанием изысканной роскоши с археологической точностью стилистических ретроспекций. Сочетая общее живописное разнообразие с ансамблевым соподчинением частей и целого, зодчий обращался и к декоративному дизайну (торшеры из малахита и бронзы по его эскизам, 1836, Эрмитаж), а также к различным строительным новшествам (металлические балки и стропила Мариинского дворца и т.д.). Благодаря Штакеншнейдеру новый, романтический оттенок обрел Петергоф. Здесь по его проектам были возведены Царицын, Ольгин и Розовый (Озерки) павильоны в Верхнем парке (1842–1849), дворец Бельведер на Бабигонских высотах (1853–1856), приморская «Собственная дача» (1858), неоднократно перестраивавшийся им Фермерский дворец в парке Александрия (1838–1855), Львиный каскад в Нижнем парке (1853–1857). Среди прочих его работ – Курзал в Павловске (1836; им же был восстановлен после пожара в 1843–1844), реконструкция Стрельнинского дворца близ Петергофа (1848–1850; все эти сооружения сильно пострадали либо были полностью уничтожены – подобно Львиному каскаду и павловскому Курзалу – в годы Второй мировой войны). Во время строительства в Петергофе выступал и как мастер садово-паркового искусства. Созданный зодчим дворец в Ореанде (1842–1852; сгорел в 1882) как бы воссоздавал древнегреческий облик Крыма. Штакеншнейдер провел огромные по масштабу реставрационно-оформительские работы в комплексе Зимнего дворца (в особенности в 1850–1860-х годах), создав здесь целый ряд замечательных интерьеров, из которых наиболее известен беломраморный Павильонный зал Малого Эрмитажа (1850). Умер Штакеншнейдер в Москве 8 (20) января 1865.

День памяти АННЫ АНДРЕЕВНЫ АХМАТОВОЙ. 60 лет назад, 5 марта 1966 года, ушла в вечность поэт Анна Андреевна Ахматова. Ахматова говорила о себе, что всю жизнь прожила с «дырявым сердцем». Эта метафора очень точно отражает трудную и временами горестную судьбу великой русской поэтессы. Давайте почтим память великого поэта вместе! Анна Ахматова Помолись о нищей Помолись о нищей, о потерянной, О моей живой душе, Ты в своих путях всегда уверенный, Свет узревший в шалаше. И тебе, печально-благодарная, Я за это расскажу потом, Как меня томила ночь угарная, Как дышало утро льдом. В этой жизни я немного видела, Только пела и ждала. Знаю: брата я не ненавидела И сестры не предала. Отчего же Бог меня наказывал Каждый день и каждый час? Или это ангел мне указывал Свет, невидимый для нас? 1912 г. Анна Ахматова Вечерние часы перед столом… Вечерние часы перед столом. Непоправимо белая страница. Мимоза пахнет Ниццей и теплом. В луче луны летит большая птица. И, туго косы на ночь заплетая, Как будто завтра нужны будут косы, В окно гляжу я, больше не грустя, На море, на песчаные откосы. Какую власть имеет человек, Который даже нежности не просит! Я не могу поднять усталых век, Когда мое он имя произносит. 1913 г. Анна Ахматова Перед весной бывают дни такие… Перед весной бывают дни такие: Под плотным снегом отдыхает луг, Шумят деревья весело-сухие, И теплый ветер нежен и упруг. И легкости своей дивится тело, И дома своего не узнаешь, А песню ту, что прежде надоела, Как новую, с волнением поешь. 1915 г. Анна Ахматова Есть три эпохи у воспоминаний… Последний ключ — холодный ключ забвенья. Он слаще всех жар сердца утолит. Пушкин Есть три эпохи у воспоминаний. И первая — как бы вчерашний день. Душа под сводом их благословенным, И тело в их блаженствует тени. Еще не замер смех, струятся слезы, Пятно чернил не стерто со стола — И, как печать на сердце, поцелуй, Единственный, прощальный, незабвенный… Но это продолжается недолго… Уже не свод над головой, а где-то В глухом предместье дом уединенный, Где холодно зимой, а летом жарко, Где есть паук и пыль на всем лежит, Где истлевают пламенные письма, Исподтишка меняются портреты, Куда как на могилу ходят люди, А возвратившись, моют руки мылом, И стряхивают беглую слезинку С усталых век — и тяжело вздыхают… Но тикают часы, весна сменяет Одна другую, розовеет небо, Меняются названья городов, И нет уже свидетелей событий, И не с кем плакать, не с кем вспоминать. И медленно от нас уходят тени, Которых мы уже не призываем, Возврат которых был бы страшен нам. И, раз проснувшись, видим, что забыли Мы даже путь в тот дом уединенный, И, задыхаясь от стыда и гнева, Бежим туда, но (как во сне бывает) Там все другое: люди, вещи, стены, И нас никто не знает — мы чужие. Мы не туда попали… Боже мой! И вот когда горчайшее приходит! Мы сознаем, что не могли б вместить То прошлое в границы нашей жизни, И нам оно почти что так же чуждо, Как нашему соседу по квартире, Что тех, кто умер, мы бы не узнали, А те, с кем нам разлуку Бог послал, Прекрасно обошлись без нас — и даже Всё к лучшему… 1945 г. Памяти Ахматовой I Ахматова двувременной была. О ней и плакать как-то не пристало. Не верилось, когда она жила, не верилось, когда ее не стало. Она ушла, как будто бы напев уходит в глубь темнеющего сада. Она ушла, как будто бы навек вернулась в Петербург из Ленинграда. Она связала эти времена в туманно-теневое средоточье, и если Пушкин — солнце, то она в поэзии пребудет белой ночью. Над смертью и бессмертьем, вне всего, она лежала, как бы между прочим, не в настоящем, а поверх него, лежала между будущим и прошлым. И прошлое у гроба тихо шло не вереницей дам богоугодных. Седые челки гордо и светло мерцали из-под шляпок старомодных. Да, изменило время их черты, красавиц той, когдатошней России, но их глаза — лампады доброты — ни крутоверть, ни мгла не загасили. Шло будущее, слабое в плечах. Шли мальчики. Они себя сжигали пожаром гимназическим в очах и в кулаках тетрадочки сжимали. И девочки в портфельчиках своих несли, наверно, дневники и списки. Все те же — из Блаженных и святых — наивные российские курсистки. И ты, распад всемирный, не убий ту связь времен, — она еще поможет. Ведь просто быть не может двух Россий, как быть и двух Ахматовых не может. II Ну, а в другом гробу, невдалеке, как будто рядом с библией частушка, лежала в белом простеньком платке ахматовского возраста старушка. Лежала, как готовилась к венцу, устав стирать, мести, скрести и штопать, крестьянка по рукам и по лицу, а в общем, домработница, должно быть. Быть мертвой — это райское житье. За ней так добро люди приглядели, и словно перед праздником дите, и вымыли и чисто приодели. Цветами ее, правда, не почли, но был зато по мерке гроб подогнан, и дали туфли, новые почти, с квиточками ремонта на подошвах. Была она прощающе ясна и на груди благоговейно сжала сухие руки, будто бы она невидимую свечку в них держала. Они умели в жизни все уметь (писали, правда, только закорюки), тяжелые и темные, как медь, ни разу не целованные руки. И думал я: а может быть, а вдруг, но все же существуют две России: Россия духа и Россия рук — две разные страны, совсем чужие?! Никто о той старушке не скорбел. Никто ее в бессмертные не прочил. И был над нею отстраненно бел Ахматовой патрицианский профиль. Ахматова превыше всех осанн покоилась презрительно и сухо, осознавая свой духовный сан над самозванством и плебейством духа. Аристократка? Вся оттуда, где под рысаками билась мостовая! Но руки на цветах, как на воде, покачивались, что-то выдавая. Они творили, как могли, добро, но силы временами было мало, и, легкое для Пушкина, перо с усмешкой пальцы женские ломало. Забыли пальцы холодок Аи, и поцелуи в Ницце, Петербурге, и, на груди сведенные, они крестьянскою усталостью набухли. Царица без короны и жезла, среди даров почтительности тусклых, была она прощающе ясна, как та старушка в тех дареных туфлях. Ну, а старушка в том, другом гробу лежала, не увидевшая Ниццы, с ахматовским величием на лбу, и между ними не было границы. Евгений Евтушенко АННА АХМАТОВА ШТРИХИ БИОГРАФИИ Анна Андреевна Ахматова ( при рождении Горенко) — русский поэт, писатель, литературовед, литературный критик, переводчик; один из крупнейших русских поэтов XX века. Кроме художественного творчества, Ахматова известна своей трагической судьбой. Хотя сама она не была в заключении или изгнании, репрессиям были подвергнуты двое близких ей людей: муж в 1910—1918 гг. Н. С. Гумилёв расстрелян в 1921, Николай Пунин, спутник её жизни в 1930-е годы, трижды арестовывался, погиб в лагере в 1953 году. Единственный сын Лев Гумилёв провёл в заключении в 1930—40-х и в 1940—50-х гг. более 10 лет. Опыт жены и матери «врагов народа» отражён в одном из наиболее известных произведений Ахматовой — поэме «Реквием». Ахматова прожила долгую и непростую жизнь. Она стала свидетелем двух мировых войн, революции, голода и страшной ленинградской блокады. Потеря близких людей, личные трагедии и страдания наложили неизгладимый отпечаток на её стихи, сделав их символом мужества и стойкости русского народа. Признанная классиком отечественной поэзии ещё в 1920-е годы, Ахматова подвергалась замалчиванию, цензуре и травле (включая «персональное» постановление ЦК КПСС 1946 года, не отменённое при её жизни). Многие её произведения не были опубликованы не только при жизни автора, но и в течение двух десятилетий после её смерти. ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ ИЗ ЖИЗНИ А. АХМАТОВОЙ * Дело происходило вскоре после войны. В Москве, в каком-то ресторане, сидели Ольга Берггольц и Анна Ахматова. К Ольге Федоровне, бывшей тогда в зените славы, подошел блестящий полковник. - Позвольте поблагодарить вас за ваши стихи и выпить за ваше здоровье! Полковник попросил ее туфельку и выпил из нее вина. Берггольц победоносно улыбалась. Тогда Анна Андреевна скромно заметила: - Нечто подобное случилось со мной во Франции. Мы также сидели, подошел офицер, попросил туфельку и выпил из нее. Правда, это был не полковник, а всего лейтенант, но... - тут Ахматова помедлила, - это был лейтенант Блерио. (Блерио - один из пионеров авиации, летчик и авиаконструктор, первым перелетевший через Ла-Манш, личность легендарная и мифическая в годы первой мировой войны.) * Анна Ахматова владела трагическим даром предвидения. Она предсказала расстрел первого мужа, гибель второго, годы заключения в лагерях единственного сына и суд, на котором ее саму распнут как поэта. * Любимыми цветами поэтессы Анны Ахматовой были бархатные, бордовые розы. Она очень любила получать огромные букеты этих цветов, так как преданные цветы вдохновляли поэтессу на новые творения. Роза — символ смелости, гордости, любви и совершенства. Именно любовь к искусству, совершенство слога, вольность и желание идти только вперед позволили Анне Ахматовой стать великой, сильной женщиной и всемирно известной поэтессой. * Долгое время тайнами было окутано черное кольцо Анны Ахматовой. Словно ангел, возмутивший воду, Ты взглянул тогда в мое лицо, Возвратил и силу, и свободу, И на память чуда взял кольцо. В 1916 году началась история черного кольца. Короткие встречи, слишком долгие расставания, много нежности и света - все это было в отношениях Анны Ахматовой с художником Борисом Анрепом. Во время второй мировой войны кольцо было утеряно. И вот в 1965 году возникла возможность их встречи, но Анреп уезжает в Париж. "Я оказался трусом, - пишет он, - и бежал, чтобы Анна Андреевна не спросила о кольце". И такие острые переживания спустя 50 лет, в возрасте 82 лет. Иначе и быть не может, - для романтических отношений возраста не существует. Ахматова была выдвинута на Нобелевскую премию. В 1962 году ей была присуждена Международная поэтическая премия "Этна-Таормина" - в связи с 50-летием поэтической деятельности и выходом в Италии сборника избранных произведений Ахматовой. Процедура вручения премии проходила в старинном сицилийском городе Таормина, а в Риме в советском посольстве был дан прием в ее честь. В том же году Оксфордский университет принял решение присвоить Анне Андреевне Ахматовой степень почетного доктора литературы. В 1964 году Ахматова побывала в Лондоне, где состоялась торжественная церемония ее облачения в докторскую мантию. Церемония прошла особенно торжественно. Впервые в истории Оксфордского университета англичане нарушили традицию: не Анна Ахматова всходила по мраморной лестнице, а ректор спускался к ней. За рубежом в Ахматовой видели и чествовали русскую культуру, великую Россию Пушкина, Толстого, Достоевского. Позднее творчество Ахматовой – «шествие теней». В цикле «Шиповник цветет», «Полночных стихах», «Венке мертвых» Ахматова мысленно вызывает тени друзей – живых и умерших. Слово «тень», часто встречавшееся и в ранней лирике Ахматовой, теперь наполнялось новым смыслом: свобода от земных барьеров, перегородок времени. Свидание с «милыми тенями отдаленного прошлого», так и не встреченным на земле провиденциальным возлюбленным, постижение «тайны тайн» – основные мотивы ее «плодоносный осени». В течение двадцати двух лет Ахматова работала над итоговым произведением – «Поэмой без героя». В поэме Ахматова размышляет о настигшем Россию в 20 в. возмездии и ищет причину в роковом 1914, в той мистической чувственности, кабацком угаре, в который погружалась художественная интеллигенция, люди ее круга. Второй сюжет – звучание времени, то едва слышные, то тяжелые шаги Командора. Главное действующее лицо поэмы – время, оттого она и остается без героя. Но в более глубоком прочтении Поэма без героя предстает философско-этическим произведением о космических путях души, о теософском треугольнике «Бог – время – человек». В 1960-е годы к Ахматовой наконец пришло мировое признание. Ее стихи появились в переводах на итальянском, английском и французском языках, за границей стали выходить ее поэтические сборники. Последнее публичное выступление Анны Андреевны состоялось в Большом театре на торжественном вечере, посвященном Данте. Последние годы жизни Ахматовой после возвращения из заключения сына были относительно благополучными. Ахматова, никогда не имевшая собственного пристанища и все свои стихи написавшая «на краешке подоконника», наконец-то получила жилье. Появилась возможность издать большой сборник «Бег времени», в который вошли стихи Ахматовой за полстолетия. Она решилась доверить бумаге «Реквием», двадцать лет хранившийся в ее памяти и в памяти близких друзей. В Комарово к Ахматовой ездили как на паломничество. Здесь ее навещали Лидия Чуковская, Лидия Гинзбург, Валерия Срезневская... К началу 1960-х сложился «волшебный хор» учеников Ахматовой, сделавший ее последние годы счастливыми: вокруг нее читали новые стихи, говорили о поэзии. В круг учеников Ахматовой входили Е. Рейн, А. Найман, Д. Бобышев, И.Бродский. Осенью 1965 года Анна Андреевна перенесла четвертый инфаркт, 5 марта — умерла в санатории в Домодедове в присутствии врачей и сестёр, пришедших в палату, чтобы осмотреть её и снять кардиограмму. 7 марта — в 22:00 по Всесоюзному радио передали сообщение о смерти выдающейся поэтессы Анны Ахматовой. Похоронена она на кладбище в Комарове под Ленинградом. Л. Гумилёв, когда строил памятник матери вместе со своими студентами, камни для стены собирал, где мог. Стену клали сами — это символ стены, под которой стояла его мать с передачами сыну в «Кресты». Гроб с ее телом в марте 1966 года из подмосковной Барвихи доставили в Ленинград самолетом. Как она и завещала, отпевание прошло в Никольском соборе. Кто-то позже посчитал, что на панихиду пришло более пяти тысяч человек. В последний путь из Ленинграда в Комарово поэта провожали сотни людей. У вырытой могилы на Комаровском поселковом кладбище выступали Сергей Михалков, Арсений Тарковский. Там, где сейчас барельеф Ахматовой, первоначально была ниша, похожая на тюремное окно; символично, что в дальнейшем эта амбразура была закрыта барельефом Ахматовой. Первоначально крест был деревянный, как и завещала покойная. Здесь все меня переживет, Все, даже ветхие скворешни И этот воздух, воздух вешний, Морской свершивший перелет. И голос вечности зовет С неодолимостью нездешней, И над цветущею черешней Сиянье легкий месяц льет. И кажется такой нетрудной, Белея в чаще изумрудной, Дорога не скажу куда... Там средь стволов еще светлее, И всех похоже на аллею У царскосельского пруда.

☑ 2 марта - День памяти Доменико Трезини (около 1670, Астано, близ Лугано, Тичино, кантон итальянской Швейцарии - 2 марта 1734, Санкт-Петербург), архитектора и инженера Domenico Trezzini | Андрей Якимович Трезин | Андрей Петрович Трезин: - с 1703 года работал в России - стал первым архитектором Санкт-Петербурга - внес значительный вклад в исторический процесс приобщения русской архитектуры к западноевропейским традициям - является одним из главных представителей архитектурного стиля «петровского барокко» Памятник Доменико Трезини установлен в Санкт-Петербурге на площади Трезини у дома Трезини рядом с Университетской набережной и Благовещенским мостом в Василеостровском районе города Идея поставить памятник Доменику Трезини возникла в 1990-х годах Скульптор: Павел Петрович Игнатьев работал над памятником с 1995 года, это было учебным заданием молодого скульптора Из этого учебного задания в дальнейшем появился большой проект В 1999 году санкт-петербургский губернатор Владимир Яковлев подписал распоряжение о создании памятника Трезини Однако долгое время на изготовление скульптуры не могли найти средств; в конце 2000-х годов финансирование взял на себя Фонд Жорно, но все равно до рождения памятника прошло более 17 лет П.П. Игнатьев изобразил Трезини в виде одетой в шубу бронзовой фигуры высотой 5,5 м Памятник был отлит на литейном заводе в Подмосковье Впервые памятник Трезини был показан экспертам в мае 2012 года, после чего в него потребовалось внести корректировки: ноги и обувь архитектора показались слишком массивными, а шуба - расползшейся Доработка потребовала еще несколько месяцев работы Выбор места для установки памятника тоже занял длительное время

Домовая церковь Мариинского дворца: : о ней знают не все ⛪ Мариинский дворец — объект культурного наследия народов РФ федерального значения. Мало кто знает, что прямо в здании Законодательного собрания Петербурга спрятана жемчужина — церковь святителя Николая Чудотворца. Ее создал архитектор А. Штакеншнейдер в 1844 году, когда строил дворец для дочери Николая I. В советские годы церковь, как водится, закрыли. Но к 1988-м полностью восстановили росписи и убранство. А с 1990 года там снова проходят богослужения — по особому расписанию. Вход, увы, не для всех — режимный объект. Но знать о такой церкви стоит. Петербург вообще любит прятать красивое.

23 февраля В 1745 году родился Иван Егорович СТАРОВ (в Санкт-Петербурге), российский архитектор, один из основоположников русского классицизма, автор генерального плана Екатеринослава. Любимый архитектор и строитель Светлейшего Князя Г.А. Потемкина-Таврического. * * * * * Выходец из семьи священнослужителя, Ваня Старов в 11-летнем возрасте был определен родителями в гимназию при Московском университете. Он стал одним из её первых выпускников. В Санкт-Петербурге молодой человек оказался с Академией художеств, которую перевели в столицу из Москвы. Его наставниками были Ж.-Б. Валлен-Деламот и А.Ф. Кокоринов, впоследствии со Старовым породнившийся (их жены были родными сестрами). По результатам экзаменов в 1761 году Иван Старов занял первое место по архитектурному классу. В следующем году он стал одним из первых выпускников Академии художеств. За особые успехи в учёбе ему не только вручили шпагу (знак личного дворянства), но и золотую медаль с правом на заграничную поездку. По прибытию в Париж молодой архитектор практиковался у Ш. де Вайи, учился по программе французской Королевской Академии архитектуры. Через 5 лет Старов отправился в путешествие по Италии, там он познакомился с творчеством А. Палладио. В 1768 году архитектор вернулся в Петербург, а через 4 года начал работать в Комиссии о каменном строении Петербурга и Москвы, где занимался вопросами градостроительства. Зодчий участвовал в создании проектов планировок Пскова, Нарвы, Воронежа, Великого Устюга, Екатеринослава. В середине 1770-х годов он выполнял много частных заказов, в т.ч. для Г.А. Потёмкина. В лице императорского фаворита Иван Старов приобрёл могущественного покровителя. Наиболее известными петербургскими творениями архитектора стали Свято-Троицкий собор в Александро-Невском монастыре и Таврический дворец. В 1783 году после пожара он восстанавливал Князь-Владимирский собор, по проекту Ч. Камерона строил Софийский собор в Царском Селе. С 1786 года Старов являлся главным архитектором «Конторы строений Её Императорского Величества домов и садов», возглавлял работы в Мраморном, Аничковом, Чесменском дворцах. Вместе с Джакомо Кваренги перестраивал парадную половину Зимнего дворца. Звание профессора Иван Егорович получил в 1785 году, после чего он смог заняться преподавательской работой. С 1791 года архитектор числился членом Совета Академии художеств, через 3 года был избран адьюнкт-ректором архитектуры. С 1800 года зодчий контролировал строительство Казанского собора. Скончался Иван Егорович СТАРОВ 17 апреля 1808 года в Санкт-Петербурге, похоронен на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. Все события или #Ваш_День_Рождения_23_февраля #С__

22.02 свт.Иннокентий (Кульчицкий),епископ Иркутский Святитель происходил из дворянского рода Кульчицких,обучался в Киевской Духовной академии ,был префектом Славяно-латинской академии,а оттуда переведен в Санкт-Петербург,где основывался Невский монастырь,будущая Лавра.В 1720г. нес послушание наместника Александро-Невской Лавры.14.02.1721г. был посвящен в сан епископа Переяславского и назначен в Пекинскую Духовную Миссию в Китай,но по Промыслу Божию в 1727г стал епископом Иркутским и Нерчинским.По недосмотру Сената не получал жалование до самой смерти.Владыка неутомимо трудился над устройством Епархии,включившей не только Селингильский,но еще Якутский и Ильменский округи.Преставился Владыко 10 декабря 1731г в день празднования в честь иконы Божией Матери ,,Знамение,, .В 1764г. были обретены нетленные мощи святителя,что побудило Святейший Синод к прославлению,которое состоялось в 1804г.

21 февраля В 1835 году родился Михаил Осипович МИКЕШИН (в Максимково, Рославльский уезд, Смоленская губерния), русский художник и скульптор, автор ряда выдающихся памятников в крупных городах Российской империи. Обучался в Смоленске у местного иконописца. В 1852 году поступил в Академию художеств, где обучался по классу батальной живописи под руководством Б.П. Виллевальде. С отличием закончил Академию, получив большую золотую медаль за картину «Въезд Тилли в Магдебург». Проявившаяся в годы учёбы романтическая трактовка патриотических тем принесла ему внимание царской семьи, и Микешин был приглашен обучать рисованию Великих княжен. Несмотря на то, что он был, прежде всего, баталистом, представленный им проект памятника тысячелетия России в Новгороде победил на конкурсе (1859) и был принят к исполнению. После этого Микешин получил ещё множество подобных заказов. Созданные по его проектам памятники Кузьме Минину в Нижнем Новгороде, адмиралу Грейгу в Николаеве и Александру II в Ростове-на-Дону стали иллюстрацией официальной формулы «самодержавие-православие-народность». Проекты Микешина побеждали и в международных конкурсах (например, памятник Педро IV в Лиссабоне). Немногие памятники скульптора пережили годы Советской власти. Среди них – Памятник Екатерине II в Санкт-Петербурге (1873) и памятник М.Ю. Лермонтову, Богдану Хмельницкому в Киеве (1888), Ермаку в Новочеркасске (1904) и уже упомянутый памятник тысячелетия России в Новгороде. В 1876-78 годах Микешин редактировал сатирический журнал «Пчела». Он печатал там свои карикатуры и публиковал иллюстрации к произведениям Николая Гоголя и Тараса Шевченко. Вместе с Ф.Ф. фон-Каналошый-Лефлером, будущим председателем, Микешин в 1892 году стал одним из главных основателей первого официально признанного Правительством общества эсперантистов «Espero» в Санкт-Петербурге. Обладая правами создавать свои отделения по всей стране и заниматься издательской деятельностью, это общество сыграло важную роль в распространении эсперанто в России. Скончался Михаил Осипович Микешин 31 января 1896 года в Санкт-Петербурге, похоронен на Никольском кладбище Александро-Невской лавры. Все события или #Ваш_День_Рождения_21_февраля #М__

Этюпские ворота созданы в 1791 году по проекту архитектора Чарлза Камерона. Первоначально их установили в конце Тройной липовой аллеи, а в 1803 году — перенесли к началу Ижорской дороги, неподалеку от Константиновского дворца и поселения Этюп, по названию которого ворота и стали Этюпскими. В 1833 году сооружение перестроили по проекту Карла Росси. Изящные кованые ворота опирались на пилоны чугунного литья и были увенчаны декоративными вазами с фруктами. Выполненные на Александровском государственном чугунно‑литейном заводе, они эффектно завершали перспективу Ижорской дороги. Трагические события Великой Отечественной войны нанесли воротам серьёзный урон. В послевоенные десятилетия полноценная реставрация так и не состоялась, а к началу 2000‑х годов памятник оказался почти полностью утрачен. Провести восстановительную реставрацию Этюпских ворот удалось благодаря тому, что в Павловске сохранились чертежи Росси, исторические фотографии, а также обмерная документация, выполненная сразу после Великой Отечественной войны. Изготовленные металлические пилоны и кованые створки установили на первоначальные места, которые удалось выявить в ходе археологического обследования фундамента и цоколя.

18 февраля В 1922 году родился Александр Михайлович СЕМЁНОВ (в Торжке, Тверская губерния), русский советский живописец, пейзажист. Его детские годы прошли на берегах речки Тверцы, среди заливных лугов и бескрайних просторов, среди древних улочек с домами в резных наличниках окон. Рано проявивший способности к рисованию, Александр поступил в Таврическое художественное училище (с 1992 года – Санкт-Петербургское художественное училище им. Н.К. Рериха), по окончании которого (1940) он поступил на работу в Ленизо (кооперативное товарищество ленинградских художников). По заказам писал в Русском музее копии с произведений И. Шишкина, И. Репина, И. Левитана, постигая искусство великих мастеров. В 1941 году Семёнов добровольцем ушёл на фронт, участвовал рядовым в оборонительных боях под Пулково. В августе этого года у станции Волосово попал в плен, пройдя все испытания войны от начала до конца. Награждён медалью «За победу над Германией». Возвратившись в Ленинград в 1946 году, работал по договорам в Ленизо, одновременно много писал с натуры в живописных пригородах Рождествено, Выра, Даймище. Этим местам художник оставался верен долгие годы, приезжая сюда каждое лето. Здесь им было написано множество этюдов, ставших материалом для будущих картин. С 1954 года Александр Михайлович участвовал в выставках, экспонируя свои работы вместе с произведениями ведущих мастеров изобразительного искусства Ленинграда. К середине 1960-х годов сложился узнаваемый почерк Семёнова, его излюбленные темы и методы их разработки. В городском пейзаже ему удавалось передать настроение, свежесть и непосредственность первого впечатления. Художник любил Ленинград в дождливую погоду и часто писал его таким с особым настроением, виртуозно передавая игру отражений на мокром асфальте, блестящие от дождя крыши машин, стайки пешеходов под зонтиками. Эта тема развивалась им на протяжении десятилетий и отражена в работах «Дождливый день» (1958), «Дождливый день в Летнем саду» (1961), «На Дворцовой площади» и «На Кировском проспекте» (обе 1965), «Невский проспект» (1977), «Невский проспект в дождь» (1983) и др. В 1970-е годы работы Семёнова были представлены на выставках советского искусства в Японии, позднее в 1990-е годы на аукционах и выставках русской живописи во Франции, Италии, Англии, США, где его творчество приобрело своих почитателей. Скончался Александр Михайлович Семёнов 23 июня 1984 года в деревне Даймище под Ленинградом (Гатчинский район). Все события или #Ваш_День_Рождения_18_февраля #С__

17 января В 1799 году родилась Авдотья (Евдокия) Ильинична ИСТОМИНА (в Санкт-Петербурге), легендарная танцовщица Санкт-Петербургского балета. Воспитанница театрального училища, ученица Шарля-Луи Дидло, воспетая Пушкиным в «Евгении Онегине». В шесть лет осталась круглой сиротой. По счастью, попала в императорское театральное училище, куда брали детей на полный пансион, обучая их театральному ремеслу. Профессия артистов в начале 19 столетия не считалась престижной, и в училище приводили детей, как правило, из низших сословий и из бедной среды. Педагогом юной Авдотьи поначалу была русская балерина Екатерина Сазонова, в старших классах, — Шарль-Луи Дидло, талантливый балетмейстер и педагог, сыгравший огромнейшую роль в истории развития русского балета, но при этом своенравный и жестокий. Истомина, как и все остальные учащиеся, стала выходить на сцену рано: в 9 лет она участвовала в постановке Дидло «Зефир и Флора» на сцене Большого Каменного театра. В 1816 году, сразу по окончании учебы, была принята в Петербургскую труппу императорских театров, дебютировав в балете своего учителя Шарля Дидло «Ацис и Галатея», и сразу же заняла ведущее положение в труппе. На сцене ей нередко приходилось выходить и в драматических, чаще всего в водевильных ролях — полного разделения представлений на музыкальные и драматические еще не произошло, и все артисты выступали в разных жанрах. Истомина была общепризнанной выдающейся балериной, она считалась одной из самых красивых женщин Петербурга своего времени, окруженной огромным количеством поклонников, что, естественно, не могло не сказаться на ее жизни — и личной, и творческой. Она блистала в главных ролях чуть ли не во всех балетах своего педагога Шарля Дидло: «Африканский лев», «Евтимий и Евхариса», «Тщетная предосторожность», «Кора и Алонзо, или Дева Солнца», «Роланд и Моргана; «Нина, или Сумасшедшая от любви», «Руслан и Людмила, или Низвержение Черномора, злого волшебника» и др. 15 января 1823 года в Петербурге, в Большом Каменном театре состоялась премьера балета «Кавказский пленник, или Тень невесты» по мотивам пушкинской поэмы на музыку Катарино Кавоса. Истомина исполняла партию Черкешенки. А. С. Пушкин в это время был в ссылке в Кишинёве, а узнав о спектакле, написал брату Льву в Санкт-Петербург: «Пиши мне о Дидло, о Черкешенке Истоминой, за которой я когда-то волочился, подобно Кавказскому пленнику». Сколько тоски и отчаяния в этих строках. Пушкин хорошо знал Истомину. Они были ровесниками, вращались в одном великосветском петербургском кругу; он был среди зрителей и почитателей таланта балерины, а её танцу в балете «Ацис и Галатея» посвятил бессмертные строки в своем романе в стихах «Евгений Онегин»: Блистательна, полувоздушна, Смычку волшебному послушна, Толпою нимф окружена, Стоит Истомина; она, Одной ногой касаясь пола, Другою медленно кружит, И вдруг прыжок, и вдруг летит, Летит, как пух от уст Эола; То стан совьет, то разовьет, И быстрой ножкой ножку бьет. Истомина стала первой русской танцовщицей на пуантах. Она прослужила в императорском балете двадцать лет. Наибольшим успехом Истомина пользовалась в балетах «Зефир и Флора», «Африканский лев», «Калиф Багдадский», «Евтимий и Евхариса», «Роланд и Моргана», «Лиза и Колен», «Лелия Нарбонская» и др. В последние годы своей сценической карьеры она выступала всё реже. Имя Истоминой в официальной театральной афише последний раз мелькнуло 16 января 1836 года в петербургском Большом театре в спектакле «Дивертисмент». 30 января 1836 года в Александринском театре Авдотья Ильинична Истомина вышла на сцену в последний раз. После ухода из балета, в 1840 годах, Истомина вышла замуж за драматического актёра П. С. Экунина. Скончалась Авдотья Ильинична Истомина 8 июля 1848 года от холеры в Петербурге.