Бульдозеристы всего мира обьединяйтесь

О РЕКЛАМЕ

В периоды рабовладельческого и феодального строев роль рекламы оставалась ограниченной. Экономика в этот период основывалась на натуральном хозяйстве — с господством натурального, а не товарного обмена. Товарное производство было ограничено рамками местных рынков. Для широкого распространения рекламы не было предпосылок. Но с зарождением капитализма роль рекламы начинает меняться. С ростом производительных сил и появлением новых форм организации производства увеличился объём производства товаров — продуктов для обмена на рынке. С ростом товарного производства возросло и значение рекламы. Реклама постепенно стала включать в себя конкурентные мотивы. Производители всё яснее понимали: важно не просто продать товар, но и убедительно показать, что именно их продукция превосходит предложения конкурентов. Это способствовало возникновению более разнообразных форм рекламы: печатные объявления, афиши, буклеты. С развитием конвейерного производства реклама стала важнейшим элементом экономики. Из хаотичных уличных выкриков она превратилась в систематическую индустрию, формирующую массовый спрос. Мощнейший толчок этому процессу дал технический прогресс. Появление телевидения, а затем и интернета создало современные медиа. Их задача стала шире: теперь они не просто продают товар, а меняют само отношение человека к потреблению. В середине XX в. телевидение стало основным способом распространения рекламы. Его визуальная и аудиальная составляющие усиливали воздействие на массовую аудиторию. Телевидение до сих пор является одним из самых эффективных инструментов рекламы, хотя наибольшую долю рынка уже прочно занимает интернет-реклама. С появлением интернета реклама и пиар обрели новые формы. Цифровые технологии предоставили возможность для точного таргетинга — поиска целевой аудитории для рекламы. Таргетинг основывается на данных о поведении пользователя в социальных сетях, его поисковых запросах, предпочтительном контенте и т.п. Реклама ещё глубже проникла в повседневную жизнь: теперь она встроена в информационное поле через развлекательный контент, блоги, видео, статьи, мемы. Это позволило брендам не просто продавать товары, но и формировать с потребителем долгосрочную связь — удерживать его внимание, закреплять образ бренда в сознании и вызывать эмоциональный отклик. Впрочем, как бы ни менялся подход к рекламе, ее цель остается неизменной — увеличение прибыли. Без рекламы современные рыночные отношения уже невозможны. Не будет рекламы — не будет продажи товаров и услуг. Но при всей своей необходимости, реклама является чистой издержкой. «Чистые издержки обусловлены актом купли-продажи, сменой форм стоимости в процессе реализации товаров. К ним относятся расходы на содержание продавцов, рекламу, ведение счётных книг и т.д. Чистые издержки носят непроизводительный характер, они не прибавляют к товару никакой стоимости» [Большая советская энциклопедия] Иными словами, средства, вложенные в пиар, рекламу, привлекательную упаковку или маркетинг, не повышают качество и не увеличивают количество товара, но существенно помогают его успешной продаже. Чистые издержки увеличивают конечную цену товара. Ни одна единица стоимости не берется из воздуха, каждая создана трудом наемных работников. Поэтому главная уловка капиталистической рекламы звучит так: мы сами оплачиваем манипуляции нашим сознанием. Содержание армий маркетологов, проведение рекламных кампаний, съемки роликов, покупка медийного охвата — все это требует колоссальных средств. Источник этих средств — прибавочная стоимость, произведенная рабочим классом. А затем те же рабочие, приходя в магазин, оплачивают эти издержки повторно — уже в качестве покупателей с наценкой на товар. Объективно, все общество заинтересовано в снижении этих пустых затрат. Но бюджеты на рекламу год от года только растут. Почему система работает именно так? Ответ кроется в капиталистическом характере производства. С точки зрения политэкономии, стремление капитала наращивать рекламные бюджеты продиктовано не только конкуренцией, но и необходимостью сокращения времени обращения. При капитализме формула кругооборота капитала (Д—Т—Д’) включает стадию реализации товара. Пока товар лежит на складе, прибавочная стоимость, созданная трудом рабочего, остается в «замороженном», потенциальном состоянии. Реклама — это катализатор, который заставляет товар быстрее превращаться в деньги. Чем короче время обращения, тем быстрее капиталист может начать новый цикл эксплуатации, извлекая еще больше прибавочной стоимости за тот же период времени Реклама поддерживает спрос. Одной из ключевых характеристик капитализма является склонность к перепроизводству. Производители стремятся максимально увеличить объёмы выпуска товаров, чтобы извлечь как можно больше прибыли. Это частный интерес любой компании или корпорации. Это приводит к ситуации, когда предложение на рынке превышает реальный спрос — ведь компании не согласовывают друг с другом объем производства. А если и согласовывают, то ищут пути обойти договоренности и подчинить «партнеров» — в своих частных интересах. Реклама используется как инструмент, который может навязать покупателю ненужный ему товар и создать искусственный спрос, который отчасти покроет избыточное предложение. Некоторые товары становятся символами статуса, признаком более высокого социального положения. Эта уловка особенно эффективно действует на бедные и средние слои населения, которые стремятся через обладание дорогими товарами приобщиться к навязанному рекламой образу «успешной жизни». Из-за рекламных кампаний в массовом сознании формируется ложное убеждение в необходимости обладания избыточными товарами. Производитель делает всё, чтобы старая вещь от известного бренда воспринималась как устаревшая, даже если она по-прежнему функциональная и почти ничем не отличается от новой. Реклама — инструмент захвата рынков. Крупные и агрессивные рекламные кампании помогают захватить рынок — особенно если у конкурентов не такие большие бюджеты. Так реклама способствует монополизации рынка. Обратимся к статистике: -60% от всех рекламных бюджетов пришлось на продвижение крупных компаний. Малые компании все меньше способны конкурировать с гигантами, которые ежегодно вкладывают в рекламу миллиарды; -На российском рынке в 2024 г. больше всех потратили на рекламу: «Сбер» — 37 млрд руб. — на 7 млрд больше, чем в 2023-м; на втором месте «Ozon» — 18 млрд руб; на третьем — «Яндекс» — 16 млрд.; -Мировые рекламные расходы в 2024 г. увеличились на 10,5% и составили $1,07 трлн. Показатель впервые превысил отметку в $1 трлн. В 2025 г. расходы на рекламу выросли еще на 8,8%. За последние 10 лет глобальные расходы на рекламу выросли более чем в два раза. Всего три корпорации — Alphabet, Amazon и Meta* — контролируют более 70% роста этих расходов по всему миру. В капиталистической системе сотни миллиардов долларов тратятся на рекламу, маркетинг и продвижение — вместо улучшений условий труда или удешевления товаров. Капитализм становится все более расточительной экономической системой. Расточительство пропагандируется и среди ключевых потребителей — наемных работников. Реклама и пиар заставляют людей больше работать ради приобретения товаров, которые часто являются ненужными, но обладают искусственно приписанными им статусом и модой. Таким образом, реклама участвует в формировании как экономического, так и идейного лица общества. Как работают конкретные манипулятивные инструменты пиара? Ведь используя именно эти инструменты, меньшинство — крупные бизнесмены и олигархи — транслируют интересы своего класса на все общество. Не случайно, что инструменты пропаганды капитала получают толчок к развитию в годы кризисов. Так произошло и на рубеже 60-70-х гг. на фоне обострения социально-экономических проблем в США. Рост политической активности населения привел к ответной реакции монополистического капитала — совершенствование методов манипулятивной пропаганды. Во второй половине XX в. пропаганда приняла уже современный вид. Чем выше информированность и уровень образования рабочего класса, тем тоньше становятся методы правящего класса. Прямое принуждение сменяется скрытыми манипуляциями.. Манипулятивные методы позволяют обходить рациональное осмысление, воздействуя на людей скрытно. Этому способствуют новые технические открытия и исследования в областях социальных наук. Реклама встроилась в систему манипулирования массами. Она помогает монополиям эффективно управлять сознанием общества: внушает иллюзию выбора, стимулируя потребление, выгодное бизнесу, и создает систему ценностей, направленную на поддержание неравенства и эксплуатации. Например, реклама не только использует традиционные праздники, но и сама создает новые традиции, которых изначально не существовало. Эти искусственно сформированные ритуалы превращаются в массовые события, направленные на стимулирование потребления и, как следствие, рост продаж. Такие установки настолько глубоко укоренены, что многие даже не осознают их искусственности. Они воспринимаются как естественная часть жизни или традиции, которые существовали «всегда». Мы не задумываемся, почему Новый год ассоциируется с конкретным напитком или почему такое чувство, как любовь, должна выражаться через покупку цветов или ювелирных украшений. Каждый праздник оказывается целью маркетинговых ходов. Рождественская реклама стала популярна в Европе и Америке в конце XIX — начале XX вв. Именно тогда магазины начали рассылать праздничные открытки, а также объявлять специальные «рождественские» цены и предлагать покупателям выбрать подарки среди ассортимента. Праздничный маркетинг — один из важнейших рекламных инструментов современности. Спрос на новогодние товары растет с самого начала осени. Бренды разрабатывают маркетинговые стратегии задолго до Нового года и Рождества. В Европе торговые центры украшают по-новогоднему сразу после Хэллоуина, а в США — после Дня благодарения. Параллельно с этим медиа пестрят статьями о том, как создать праздничное настроение. 8 марта и 23 февраля. 8 марта и 23 февраля — яркие примеры того, как капиталистическая система адаптировала и преобразовала исторически значимые даты в инструменты маркетинга и потребления. Изначально 8 марта был Днем борьбы за права женщин и равенство, а 23 февраля в Советском Союзе было Днем Красной армии и защитников социалистической Родины, отражая дух коллективизма и борьбы за социализм. В условиях капитализма эти праздники были идеологически перестроены, их первоначальный смысл стерт и заменен буржуазной идеологией. 8 марта превратилось в абстрактный «день женщин» или «день весны», в котором акцент сделан на подарки, цветы и символические знаки внимания, а 23 февраля стало «Днем защитника Отечества», подразумевая абстрактное понятие «Отечества», лишенное классового содержания. Аналогичным образом лишился своего первоначального значения и день 1 мая. Из символа борьбы он превратился в абстрактный «день весны и труда». Траты людей на подарки к 8 марта и 23 февраля растут год от года. Навязанные нормы заставляют людей ежегодно покупать подарки, кратно увеличивая доход бизнеса. В 2024 г. с 6 по 10 марта доходы ювелирных салонов возросли вдвое, и за четыре дня в России было куплено ювелирных изделий на 2 млрд рублей. Маркетологи искусственно породили традицию обязательного обмена подарками, закрепив её в общественном сознании через рекламу. Используются слоганы и образы, вызывающие чувство долга: мужчины «должны» дарить цветы, конфеты и украшения женщинам, а женщины «обязаны» поздравить мужчин сувенирами, парфюмом или средствами для бритья. Памятные даты превратились в инструмент повышения продаж. «Черная пятница». Черная пятница традиционно наступает сразу после Дня благодарения в США, открывая сезон рождественских покупок. В 2024 г. более 183 миллионов человек в США совершили покупки, потратив на интернет-шопинг около $10,8 млрд за несколько дней. Основной маркетинговый механизм этого феномена основан на дефиците и его воздействии на сознание людей. Ритейл создает иллюзию, будто его товары доступны в ограниченном количестве. С одной стороны, это подстегивает потребителя поспешить с покупкой, а с другой — заставляет чувствовать себя «особенным», если у него есть возможность приобрести что-либо дефицитное или дорогостоящее. Черная пятница иллюстрирует, как маркетологи используют психологические трюки для управления поведением потребителей: если товары могут быть уценены на десятки процентов в этот день, значит, их цены изначально были завышены. В США Черная пятница нередко сопровождается насилием: давки, драки и даже смертельные инциденты становятся частью этой «традиции». В погоне за скидками покупатели занимают очередь в магазины ночью перед большой распродажей — сразу после праздничного обеда с семьей. Бывают случаи, когда люди проводят День благодарения прямо возле магазинов, поэтому часто случаются инциденты, когда после долгого ожидания или из-за нехватки товаров покупатели срываются и проявляют агрессию. Крупный бизнес пользуется «Черной пятницей» для захвата рынков. Торговые сети могут позволить себе значительные скидки за счет массовых продаж — чего не может себе позволить малый бизнес. Черная пятница стала ярким символом манипулятивной потребительской культуры капитализма. Манипуляция – это основной инструмент рекламы и маркетинга при капитализме. Маркетологи стремятся к тому, чтобы люди некритически воспринимали рекламу: строят рекламу на эмоциональных образах, стремятся сыграть на сиюминутных желаниях (акции “только сейчас”). Людей “подсаживают” на те или иные услуги бесплатным пробным периодом. Для привлечения внимания используются самые разнообразные провокации, вплоть до использования слов, созвучных с ненормативной лексикой в рекламных лозунгах или даже названиях компаний. Компании активно играют на стереотипах: французские духи — лучшие, немецкая техника — самая надежная, китайские машины — технически инновационные и дешевые, а лучшая мебель продается в IKEA. Рекомендации лидеров мнений также создают ложное доверие. Медийные личности, такие как Стив Джобс, Илон Маск или популярные блогеры, становятся символами «качества» и «новаторства». Многие компании стремятся создать себе положительный образ и через социальные темы: обещания потратить часть прибыли на благотворительность, обращение к сознательности в отношении к природе, здоровью, социальной справедливости и так далее. Примером такой стратегии является компания «Бургер Кинг». В 2023 г. она запустила новую линейку продукции, позиционируя её как вдохновленную «русским духом». Основной акцент делался на обещании перечислить часть средств от продаж в фонд восстановления лесов Сибири, пострадавших от пожаров. Капитал легко присваивает идеи социальной справедливости и прогресса, превращая их в красивую упаковку для своих товаров. Сама идея свободы давно монетизирована капиталом. На этом этапе коммерческая выгода сливается с идеологией, а коммерческая реклама плавно перетекает в политическую. Разница лишь в масштабах: теперь продвигаются интересы не отдельной корпорации, а совокупного класса капиталистов. На первый взгляд, между рекламой при капитализме и при социализме нет разницы: и та и другая формирует спрос на товары, доносит информацию о продукте, использует яркие образы для донесения информации, существуют при товарном производстве — которое еще некоторое время будет неизбежно существовать при социализме. Так в чем же разница? Разница заключается в самой цели производства и категории стоимости, на которую опирается реклама. При капитализме она обслуживает реализацию меновой стоимости: ее задача — любым способом превратить товар в деньги, чтобы зафиксировать прибыль. При этом реальная полезность вещи для системы вторична. При социализме, где производство нацелено на удовлетворение материальных и культурных потребностей общества, реклама переходит в плоскость работы с потребительной стоимостью. Она перестает быть инструментом агрессивного сбыта и превращается в систему научного информирования. Её задача — не «соблазнить» покупкой, а дать максимально полную, честную информацию о качестве, функциональности и способах применения продукта. Это превращает рекламу из средства манипуляции в информационно-справочный инструмент рационального планирования потребления и распределения общественных благ. При социализме отсутствует класс частных собственников. Нет таких обособленных групп людей, интересы которых объективно противоположны большинству общества. Именно поэтому исчезает объективная необходимость кампаний обманывать потребителей ради увеличения продаж. Рабочие производят товар сами для себя и сами же им распоряжаются в своих интересах. Конечно, это не означает, что все товары автоматически становятся высококачественными, а распределение становится хорошо налаженным само по себе. Нет, для этого еще нужно приложить массу усилий по организации производства товаров, их распределению, информированию населения о продукции и т. п. Тем не менее исчезает коренное препятствие по налаживаю этих процессов в обществе. С изменением целей производства, качественно меняется торговля и реклама. Целью торговли в первую очередь становится распространение продукции, тогда как при капитализме первоочередной интерес – прибыль. «Советская торговля есть торговля без капиталистов — малых и больших, торговля без спекулянтов — малых и больших. Это особого рода торговля, которой не знала до сих пор история и которую практикуем только мы, большевики, в условиях советского развития». И.В. Сталин Кратко, основные черты рекламы при социализме можно свести к следующему: 1. Анализ действительных потребностей При капитализме анализ потребностей населения имеет методологическое противоречие: он ориентирован исключительно на прибыль, а не на непосредственно потребности людей. Поэтому потребности, не обещающие выгоды, остаются «невидимыми» для капиталистов. В социалистической системе это противоречие снимается, так как нет необходимости делить потребности на «выгодные» и «невыгодные». Только в социалистическом обществе можно полноценно использовать инструменты анализа потребностей, уже имеющиеся в капиталистическом мире. 2. Большая информативность Вместо придания рекламе вычурного, привлекающего внимание вида, акцент будет сделан на большей информативности. Реклама при капитализме при всей своей насыщенности и многочисленности крайне малоинформативна. При капитализме нет цели рассказать о качествах продукции — есть только цель ее продать. О самой продукции речь будет идти постольку, поскольку это помогает ее продажам. Если продукция низкого качества, то об этом стараются умалчивать, различными манипуляциями отвлекать внимание от качества товаров, пытаясь скрыть недостатки за красивой упаковкой. При социализме производство и потребление будет рационально обоснованным, учитывающим действительные потребности людей. А учесть эти потребности можно только путем сбора честной обратной связи. Неинформативная, неправдивая реклама будет только мешать этому процессу. 3. Реклама будет умеренной Сейчас каждая свободная поверхность на улицах крупных городов, каждый час теле- и радиоэфира, каждая интернет-страница, каждое видео в интернете пестрит рекламой. Внимание людей как таковое уже давно стало отдельным рынком. При социализме исчезает потребность в монетизации внимания людей. Попросту не останется интереса в том, чтобы вставлять рекламные блоки в любое свободное пространство. Реклама превратится из инструмента захвата внимания в ненавязчивый канал информации. Только при социализме люди смогут понять, насколько наше восприятие перегружено рекламой сегодня. Исчезнут многочисленные рекламные плакаты, портящие облик городов, а интернет и телевидение освободятся от рекламы, перестав отвлекать наше внимание. В итоге реклама будет сосредоточена на действительно важных товарах, которые удовлетворяют реальные потребности людей. Если рекламировать только действительно необходимые или инновационные продукты, то и рекламы станет гораздо меньше. 4. Реклама перестанет быть манипулятивной Капиталистическая реклама основана на обмане ожиданий и манипуляции чувствами. Вместо того чтобы объяснять, почему нам нужен тот или иной товар или услуга и как они удовлетворяют наши потребности, реклама часто стремится создать образ, который стимулирует покупку. Насколько этот образ соответствует реальности и полезен ли сам товар — уже не так важно, ведь главная цель рекламы — это продажа. В социалистической системе не будет необходимости обманывать потребителей, ведь основная цель социалистической экономики — удовлетворить потребности людей. Это делает социалистическую рекламу правдивой и информативной. Она будет апеллировать к рациональным потребностям и помогать людям делать осознанный выбор, отталкиваясь от их желаний, а не навязывать продукцию. 5. Реклама будет способствовать формированию здорового образа жизни Реклама и при социализме, и при капитализме служит средством информирования о товарах. Однако при социализме будет исключен момент наживы за счет потребителя, и реклама будет выполнять свои настоящие функции — помогать людям сделать правильный выбор товаров и услуг. Реклама приобретет, в том числе, и функцию просвещения населения. Если при капитализме реклама стихийно транслирует буржуазный образ жизни, буржуазную мораль и идеологию, то при социализме она будет транслировать уже другие ценности. Реклама будет способствовать формированию полезных традиций, привычек, образа жизни. Если сегодня реклама служит инструментом увеличения капитала, то при социализме она превратится в средство достижения целей общества — обеспечения качественной и полноценной жизни для всех людей. Честная, информативная и внимательная к потребностям человека реклама станет частью здорового общества, предлагая людям способы улучшить свою жизнь. Задача современного рабочего класса — предоставить обычным людям возможность управлять своей общественной жизнью самостоятельно, без подчинения узкой прослойке эксплуататоров. И рабочий класс еще сто лет назад на практике показал, что это вполне осуществимо.

ЖИЛЬЁ КАК ПОТРЕБНОСТЬ, ЖИЛЬЁ КАК ВЫГОДА

В России в 2024 году построили свыше 107 млн кв. м. жилья. Это на 2,7% меньше, чем в рекордном 2023 году — 110,1 млн кв. м., как заявил вице-премьер Марат Хуснуллин. Всего с 2019 года в России было построено 577 млн кв. м жилья.
«Это даже в мировых масштабах серьёзный показатель», — отметил зампред правительства.
Действительно, объём солидный. На фоне таких подвигов новости о большом числе бездомных и россиянках, отказывающихся рожать из-за отсутствия жилья, выглядят для обывателя странными.
В июле 2024 года ЦБ начал резко повышать ключевую ставку до рекордных 21%. Из-за этого спрос на ипотеку сильно сократился. Кроме того, в июле власти значительно ужесточили условия по льготным программам. Средняя ставка по ипотеке на стандартных условиях к концу года по топ-10 банков России дошла до 28%. Для абсолютного большинства заёмщиков текущие базовые ставки являются неподъёмными, этот пласт людей уже давно ушёл с рынка в ожидании лучших условий по ипотеке. Девелоперы отреагировали на падение: ввод жилья сократился на 13%, выход новых проектов — почти на треть.
Капитализм не только не решил проблему жилищной нужды, но и трансформировал её в источник сверхприбыли. Сохраняя классовое расслоение общества, он воспроизводит и классовую природу жилищного вопроса, проявляющуюся в эксплуатации человека через его потребность в жилье.
Рост промышленности и её концентрация в крупных городах спровоцировали рост потребности в рабочей силе. Капитализм обеспечил промышленность этой силой, сломив старый комплекс феодальных отношений. Бывшие крестьяне уже как «свободные» люди начали массовую трудовую миграцию в города. Так начался рост городов — промышленных центров и будущих мегаполисов.
Рабочие, мигрирующие в города, создали спрос на жильё — им нужно было где-то жить. Этот спрос подстегнул развитие нового рынка, в который тут же хлынул капитал. Началось развитие рынка жилья.
Таким образом, на смену внеэкономическому принуждению рабов и поземельной зависимости крестьян пришла новая капиталистическая форма эксплуатации через жилище. Жильё окончательно превратилось в товар, подчинённый законам извлечения прибыли. Этот фундаментальный сдвиг заложил основу жилищного кризиса, который видоизменяясь, воспроизводится и углубляется при капитализме до наших дней. Вместо решения насущной потребности в крыше над головой для всех рынок жилья стал мощнейшим инструментом социального расслоения и извлечения сверхприбыли правящим классом.
По данным Росстата на 2024 г., в России 16 городов-миллионников и 20 городов с населением от 500 тыс. до 1 млн человек. Высокая концентрация людей приводит к искусственному завышению стоимости земельных участков в центре и в т.н. «престижных» районах городов-миллионников, наблюдается расширение географии «премиум-класса» за счет интенсивного развития округов. В итоге элитные районы в больших городах застраивают элитным жильём для «элитной» буржуазии, а «не элитных» трудящихся оттесняют на окраины.
В I квартале 2025 года средняя стоимость 1 кв. м «премиум-жилья» в Москве уже выросла на 30% год к году, достигнув 2,3 млн рублей. Несмотря на завышенные цены, компании зафиксировали рост продаж на рынке элитного жилья.
«Тренд на высотные премиальные проекты» и рост цен на них девелоперы объясняют не инфляцией, а спросом на дорогие квартиры, которые капиталисты рассматривают как актив для инвестиций в нестабильные экономические времена, и возвращением капитала в Россию. Основная причина — более высокая прибыль. Одна проданная квартира «премиум-класса» приносит застройщикам-капиталистам больше денег, чем несколько квартир «эконом-класса». Причём рост ключевой ставки ЦБ, который сильно отразился на сегменте стандарт-жилья, практически не повлиял на элитный рынок, как заметили сами застройщики.
По данным компании «Метриум», в I квартале 2025 г. в премиальных проектах Москвы было продано 103,2 тыс. кв. м первичного жилья. Лидером продаж стал жилой квартал «Прайм Парк», где средняя цена кв. м. в марте составила 851,5 тыс. рублей; на втором и третьем местах расположились ЖК «High Life» и «River Park Кутузовский». Самые дорогие элитные новостройки в России со средней стоимостью квадратного метра от 2,5 до 4,7 млн рублей продаются в Москве, Сочи и Санкт-Петербурге.
Немалую роль в усугублении ситуации сыграл вступивший в силу 1 августа 2024 г. закон о запрете строительства в Москве студий и однокомнатных квартир площадью менее 28 кв. м. Хотя именно такие малогабаритные квартиры пользовались наибольшим спросом у трудящихся, поскольку они самые дешёвые на рынке недвижимости.
Строительство массового жилья не привлекает буржуазных застройщиков и по другой причине: оно требует дополнительных инвестиций в инфраструктуру. В то же время для потенциальных жильцов «премиальных» клубных домов отсутствие социально-бытовой инфраструктуры не является критичным фактором.
Не стоит забывать, что для капиталиста строительство жилых комплексов — это не социальная миссия по обеспечению россиян жильем, а исключительно выгодное вложение.
Так, нераспроданными в России остаётся 67% всего строящегося жилья, а при этом застройщик и не собирается снижать цены.
Более того, капиталисты, приобретающие эти «премиум-квартиры», зачастую не планируют в них жить. Для них это лишь выгодное вложение — то самое «ружьё», которое в кризисные времена стреляет громче всего. Что касается тех, кто всё-таки планирует жить в «люксовых» апартаментах, то для них отсутствие инфраструктуры не является проблемой. Действительно, если есть деньги на роскошное жильё, то найдутся средства и на бебиситтера, догситтера, личного доктора, репетитора и водителя.
Вполне закономерно, что уже в I квартале 2025 года российские застройщики массово отказались от строительства недорогих так называемых «стандарт-квартир» в городах-миллионниках. Всего за год предложение такого жилья рухнуло на 80%, а доля сегмента «эконом-класса» и вовсе упала до нуля. Причина проста — это малоприбыльно для капиталиста. На этом фоне продолжает падать уровень реальных доходов трудящихся, а задолженность населения по ипотеке между тем стремительно растёт.
Поэтому проекты массового жилья теперь концентрируются только на окраинах крупных городов и в области. Строительные компании целенаправленно создают дефицит бюджетной застройки, фокусируясь на маржинальных сегментах. Большая доля строительных объектов во всех крупных городах — это жильё элитного и бизнес-сегмента в то время, как доступных новостроек становится меньше.
Тенденция снижения объёмов ввода нового массового жилья наблюдается во всех субъектах РФ. В частности, падение зафиксировано: в Санкт-Петербурге — на 39,8%, в Свердловской области — на 29,5%, в Тюмени — на 63,8% и в Башкирии — на 90,6%.
Несмотря на это, по итогам I квартала 2025 года крупные застройщики увеличили свои прибыли: их совокупная выручка составила 1,07 трлн рублей, что на 6% больше, чем в январе–марте прошлого года.
Подобное наблюдал Ф. Энгельс еще в XIX в.:
«…Из городских центров рабочих оттесняют на окраины; жилища для рабочих и вообще маленькие квартиры становятся редкими и дорогими, а зачастую их и вовсе не найти, так как при таких условиях строительная промышленность, для которой дорогие квартиры представляют гораздо более выгодное поле для спекуляции, строит жилище для рабочих лишь в виде исключения. Эта жилища нужда, таким образом, несомненно сильнее бьет по рабочему, чем по зажиточным классам, но, подобно надувательству лавочников, она отнюдь не представляет собой бедствие, гнетущее исключительно рабочий класс, на известном уровне и при известной продолжительности она точно так же неизбежно находит известное экономическое возмещение»
(«К жилищному вопросу», раздел I // К. Маркс, Ф. Энгельс. Избранные произведения. — Т.2, — М., 1985, с.332).
Резкое сокращение объёмов массового жилья в сочетании с высокой ключевой ставкой Центробанка вызвали скачок цен на бюджетные квартиры. Найти жильё в новостройке дешевле 5 млн рублей внутри МКАД в Москве практически невозможно — даже за такие деньги предлагают не полноценную квартиру, а студию размером с чулан. Так называемое «доступное стандарт-жильё» стало ещё дороже и недоступнее для большинства.
При этом переплата по ипотечным кредитам, которые сейчас в среднем выдаются под высокий процент, за 30 лет (при первоначальном взносе 20%) достигает 640%. Фактически, приобретая одну бюджетную квартиру в ипотеку, россиянин в итоге выплачивает стоимость нескольких таких квартир, а получает лишь одну малогабаритную.
Квартиры стали доступны только для тех, у кого есть огромные накопления. Пока жильё остаётся товаром, а не социальным благом, пока трудящиеся остаются угнетаемым и эксплуатируемым классом, жилищный кризис не преодолеть.
Рост цен на жильё и повышение ключевой ставки привели к резкому сокращению ипотечных сделок вдвое. По данным Ассоциации российских банков, с января по сентябрь 2025 года банки выдали 603,08 тыс. кредитов на покупку жилья на 2,61 трлн руб. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года, выдача ипотечных кредитов снизилась на 36%. Количество просроченных ипотечных платежей в 2024 году увеличилось на 50%.
К февралю 2025 года просроченная задолженность россиян впервые достигла рекордных 100,6 млрд рублей, увеличившись на 5,7 млрд рублей всего за месяц. Примечательно, что каждый шестой рубль просроченной задолженности в Москве приходится именно на ипотечные жилищные кредиты.
Такая ситуация сложилась из-за невозможности реструктуризации долгов в условиях высокой ключевой ставки. В 2023-м в начале 2024-го молодые семьи и другие льготные категории активно оформляли жилищные кредиты перед завершением действия льготной ипотечной программы. Инфляция и стагнация реальных доходов, которые перестали успевать за ростом цен, сделали ипотечное бремя непосильным для многих заёмщиков. При этом банки вправе изъять единственное жильё, если заёмщик допустил три и более просрочки платежей за последние 12 месяцев либо шесть и более за весь срок кредита (ст. 54 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)».
Граждане, неспособные обслуживать кредиты, включая тех, у кого банки уже изъяли ипотечное жильё, вынуждены переходить на аренду. Это, в свою очередь, усиливает давление на рынок арендного жилья, провоцируя дальнейший рост цен. Ситуация создаёт замкнутый круг финансовой зависимости.
Устойчивый рост просроченной задолженности по ипотечным кредитам свидетельствует о формировании «кредитного пузыря» проблемных долгов в банковской системе, что неизбежно ведёт к усилению работы судебных приставов.
Объём погашения просроченной ипотеки путём изъятия и последующей продажи квартир на торгах за последние пять лет увеличился более чем в три раза. Антирекордным для заёмщиков стал 2023 год: кредиторы реализовали залоговой недвижимости на 22,23 млрд рублей.
Этот объём взысканий оказался:
-в 1,4 раза больше, чем в 2022 году (15,85 млрд рублей);
-в 1,3 раза больше, чем в 2021 году (17,5 млрд рублей);
-в 2,6 раза больше, чем в 2019 году (8,4 млрд рублей).
Динамика количества торгов также красноречива: если в 2024 году состоялось 3 079 торгов, то в предыдущие годы показатели были существенно выше:
-2023 год: 4 149 квартир (–26% к 2024 году);
-2022 год: 3 969 (–22%);
-2021 год: 5 073 (–40%);
-2020 год: 4 150 (–26%);
-2019 год: 4 296 (–28%).
Аналитики отмечают важный сдвиг: если раньше кредиторам было сложно найти покупателя на залоговое жильё, то сейчас интерес к нему заметно вырос. Этот парадокс напрямую связывают с общим ростом цен на недвижимость. Таким образом, жильё окончательно превратилось в товар для спекулятивных сделок, а изъятие ипотеки буквально обрекают людей на бездомность.
Идея обязательного приобретения жилья в собственность каждым человеком имеет давнюю историю. Ф. Энгельс в своих работах критиковал реакционную сущность этой буржуазной концепции, анализируя так называемый «прудоновский принцип». Современная система, при которой работник вынужден в течение 30 лет выплачивать ипотечные платежи, постепенно приобретая права на жильё, по сути, представляет собой современный аналог крепостной зависимости. В этой системе банк выполняет роль «современного помещика», поскольку значительная часть рабочего времени трудящегося фактически посвящена погашению банковских обязательств.
Годами заёмщик исправно платит банку одну и ту же сумму, но вот парадокс — львиная доля этих денег уходит не на погашение долга за жильё, а на проценты! Получается возмутительная ситуация: человек как будто покупает одну квартиру, а по факту выкладывает деньги за несколько. Это не просто несправедливо — это откровенно грабительская схема, циничная и беспощадная, в которой банки наживаются на простых людях.
Современное законодательство в сфере строительства создало поистине райские условия для девелоперов-монополистов. Им дарована поистине безграничная свобода — возводить жильё из самых дешёвых материалов, свобода игнорировать нормативы, свобода назначать астрономические цены за свои откровенно бракованные «творения».
Это привело к появлению целой индустрии «эконом-жилья» — убогих коробок, которые лишь формально можно назвать жильём. Но ирония в том, что «невидимая рука рынка» превратила эти дешёвые лачуги в «премиальные» новостройки с заоблачными ценами. Получился чудовищный симбиоз — дорогущая недвижимость отвратительного качества.
Реальность такова, что такие дома обладают низким качеством, коммуникации часто выходят из строя. Покупатели годами бьются в судах, пытаясь заставить застройщиков устранить бесконечные дефекты, а службы жилищно-коммунального хозяйства восстановить сети. Многие вынуждены делать новый ремонт за свой счёт ещё до въезда, а некоторые и вовсе не могут вселиться в своё жильё.
По данным на I квартал 2025 г., более 48% новых жилых комплексов в России были введены в эксплуатацию с нарушением сроков, что стало рекордом за последние четыре года.
Застройщик пытается нас обмануть на всех уровнях — от строительства до заключения и исполнения договора.
Первая ловушка — это маркетинговые схемы продаж жилья, например: «Ипотека от застройщика», «Ипотека под 0%», «Кешбэк при покупке квартиры», «Аккредитив вместо счетов эскроу» и др. На деле люди покупают квартиру по завышенной стоимости, за счет которой застройщик-монополист делится единоразовой компенсацией с банком (часто со своим же банком). Повышается также для покупателя долг и по самому кредиту. Такие схемы продаж недвижимости, кстати, даже запрещены ипотечным стандартом, который вступил в силу 1 января 2025 г.
Второй распространенный обман, о котором предупреждают юристы, кроется в договоре между застройщиком и дольщиком. Застройщик нарочито выделяет срок сдачи дома в эксплуатацию вместо срока передачи дома дольщику. А Закон №214-ФЗ не предусматривает неустойку за нарушение сроков сдачи дома в эксплуатацию. Он лишь предусматривает её за просрочку передачи объекта долевого строительства. Также застройщик часто вносит в документ незаконные условия, которые уменьшают размер его ответственности за нарушение договора.
Застройщики часто предлагают апартаменты, как равнозначную замену индивидуальным жилым квартирам. Строительная компания предлагает заключить вместо договора долевого участия договор участия в жилищно-строительном кооперативе. А это значит, что дольщики вступают в добровольное объединение граждан, и никаких договорных отношений между дольщиком и застройщиком нет. ЖСК не несет ответственности буквально ни за что.
Обширным полем для уловок являются хитрости строительной компании с изменением планировки объекта и перечнем отделочных работ и материалов.
Часто застройщик приглашает дольщика принять квартиру еще до введения дома в эксплуатацию. Делается это для того, чтобы скорее передать квартиру и избежать начисления неустойки жильцам. Это тоже обман.
Самый распространенный обман застройщика-спекулянта сегодня связан с устранением выявленных строительных дефектов. Дольщик согласно Закону №214-ФЗ вправе требовать составить акт с описанием всех выявленных недостатков и не принимать объект до их устранения. Но застройщик хитростью заставляет человека подписать односторонний акт вместо устранения всех недостатков.
Таких хитрых махинаций в рукаве у застройщика целая колода. Поэтому часто дольщикам приходится обращаться в суд, чтобы отсудить у застройщика-капиталиста право жить в своем же жилье.
В итоге:
Дом трудящегося принадлежит банку, выдавшему ипотечный кредит, весь заработок трудящийся отдает банкиру в счет процентов по кредиту и спекулянту, а домашний очаг трудящегося разоряют коллектор и судебный пристав. Такова проза сегодняшней жизни.
Молодое поколение трудящихся вытесняют с рынка недвижимости. Собственное жильё становится недостижимой мечтой. Молодые люди, которым сейчас 20–30 лет, а это отличный возраст начинать самостоятельную жизнь и создавать семью, оказываются перед выбором: пожизненная аренда либо неподъёмная ипотека. Некоторые молодые люди переезжают из больших городов в глухие деревни и снимают ролики о том, как строят хижину своей мечты и ведут хозяйство.
В некоторых регионах из-за завышенных цен на квартиры и низких зарплат трудящиеся вынуждены покидать родные края и мигрировать по стране в поисках достойно оплачиваемой работы и доступного жилья. По данным Росстата, ежегодно из одного региона в другой на постоянное место жительства переезжают примерно 4 млн человек. По данным исследования Rambler, опубликованного в мае 2025 г., работа по специальности и доступное жилье играют решающую роль для четверти россиян (16% и 11%), которые рассматривают переезд в другой регион.
Нередки случаи, когда у россиян, лишившихся работы, изымают ипотечное жилье. Люди пополняют армию безработных и бездомных.
Сколько бездомных людей в России сказать точно невозможно, так как в государстве не ведется отдельная официальная статистика таких граждан. Численность бездомных государство определяет по результатам переписи населения раз в 10 лет. При этом перепись не ставит своей целью найти таких россиян.
Последние официальные данные датируются 2021 годом. Тогда благотворительная организация «Ночлежка» и исследовательская компания «Validata» подсчитали, что в стране около 2 млн 130 тыс. граждан без постоянного места жительства. Согласно результатам всероссийской переписи населения, которая проводилась в том же году, численность бездомных людей в России составила 11 285 человек. При этом в рамках переписи не учитывали людей, проживающих в приютах или пустующих домах в деревнях. В учреждениях, где люди живут за счет государства или благотворительных организаций, в 2021 г. проживали 1,022 млн человек.
Эксперты и представители власти заявляют, что сегодня количество бездомных может достигать 4 млн человек. Еще около 6 млн человек — это потенциально бездомные россияне, поскольку они не имеют своего жилья, но проживают у родственников или друзей.
Самая частая причина бездомности в России в период с 2020 по 2024 год, по данным БО «Ночлежка», — потеря возможности снимать жилье при отсутствии своего. Об этом заявили 41% людей, которые стали бездомными в этот промежуток времени.
А нищим и бездомным страшно создавать семьи и заводить детей. Это, в свою очередь, негативно сказывается на демографической ситуации в стране.
Правительство России придумало, как мотивировать 9 млн молодых женщин в возрасте до 30 лет рожать, и уже утвердило стратегию развития семейной политики до 2036 г. Выяснилось, что миллионам россиянок становиться мамами мешают не глупые предрассудки и нежелание, а именно отсутствие жилья и постоянного дохода. Это подтверждают опросы ВЦИОМ.
Тесно связана с жилищным вопросом, и в частности с жилищным кредитом, проблема с высокой распространенностью у россиян психических и соматических расстройств. Человек испытывает постоянное напряжение и страх из-за угрозы неплатежеспособности, потери работы и встречи с коллекторами, борется с раздражительностью из-за того, что ради ежемесячных выплат по ипотеке и кредитам он вынужден постоянно экономить и отказывать себе и своим детям в необходимом.
Часто это разрушительно влияет на отношения в семье. Напряженная ситуация, связанная с долголетней кредитной кабалой, ипотека, осложняющая процесс развода, поскольку ипотечная недвижимость находится под обременением и не подлежит разделу в обычном порядке, — все это не может положительно влиять на здоровые семейные отношения. Некоторые буржуазные психологи и экономисты заявляют, что ипотека скрепляет семью. Однако можно ли считать семью счастливой и здоровой, если люди вместе только лишь из-за нависшего над ними, как Дамоклов меч, обязательства по ипотеке и страха остаться без жилья?
Порой долговое рабство доводит людей также до глубокой депрессии и даже до суицида. В последнее время экономисты стали заявлять, что в России «не было обнаружено влияние долговой нагрузки на число самоубийств». Но вот 10 лет назад в генпрокуратуре признали, что из-за проблем с погашением кредитов россияне все чаще прибегают к самоубийствам, и требовали ужесточить контроль над банками.
Затянув миллионы трудящихся в ипотечную кабалу, господствующий класс тем самым сломил силу сопротивления рабочих угнетению и эксплуатации, сделав их покорными и умерив их бунтарский дух на ближайшие годы.
Уместно будет привести слова Ф. Энгельса о том, что земельная собственность, если это в интересах буржуазии, может стать оковами для рабочих:
«Предоставьте им собственные дома, прикрепите их снова к земле, и вы сломите силу их сопротивления против понижения заработной платы фабрикантами. Отдельный рабочий, при случае, мог бы, пожалуй, продать свой домик, но при серьезной стачке или при всеобщем промышленном кризисе на рынок для продажи поступили бы все дома, принадлежащие затронутым этим событием рабочим, и тогда либо вовсе не нашли бы покупателей, либо дома распродавались бы гораздо ниже издержек производства».
Вспоминается еще одна буржуазная идея по усмирению рабочих, которую развивал автомобильный капиталист Г. Форд. Его концепцию «Деревенская жизнь и городской заработок» описали И. Ильф и Е. Петров в «Одноэтажной Америке», подмечая, что она ни в коем случае не устранит эксплуатацию трудящихся, а лишь усилит ее, приняв более утонченную форму:
«Итак, все в идее клонится к общему благополучию. Жизнь деревенская, заработок городской, кризис не страшен, техническое совершенство достигнуто. Не сказали нам только, что в этой идее есть большая политика — превратить пролетариев в мелких собственников по духу и одновременно избавиться от опасного сосредоточения рабочих в больших индустриальных центрах, — отмечали писатели. — Кстати, и специальной фордовской полиции нечего будет делать. Можно будет и им дать на всякий случай по коровке. Пусть себе великий негр Джо Луис идиллически доит коровок. Пусть и бывший шеф детройтской полиции бродит по полям с венком на голове, как Офелия, и бормочет: «Нет работы, скучно мне, скучно, джентльмены!»…
Невзирая на раскинувшиеся вокруг завода деревенские ландшафты, у рабочих, тесно стоявших за маленькими конвейерами, был такой же мрачно-возбужденный вид, как и у дирборнских людей».
И действительно, как видим, не исчезает эксплуатация трудящихся, а лишь приобретает новые утонченные формы угнетения господствующим классом капиталистов.
То, что предлагается и внедряется государством по преодолению жилищного кризиса, — лишь поверхностное замазывание проблемы. Капиталистом движет одна цель — извлечение максимальной прибыли.
Делаем выводы:
Жилищный кризис в современной России представляет собой яркое проявление классовых противоречий капиталистического общества, где жильё, как фундаментальная человеческая потребность, превращено в товар для извлечения сверхприбыли. Исторический анализ показывает, что эксплуатация через жилище — это не случайность, а закономерность эксплуататорских формаций: от рабовладения, где оно служило инструментом внеэкономического принуждения, до феодализма с его поземельной зависимостью. При капитализме эта эксплуатация достигает апогея, маскируясь под рыночные механизмы.
Современные данные подтверждают углубление кризиса: несмотря на рекордные объёмы ввода жилья, доступное жильё для трудящихся становится редкостью. Капиталисты фокусируются на премиум-сегменте, который может принести больше прибыли в то время, как жильё для рабочего практически исчезает, а ипотечные ставки превращают кредиты в пожизненную кабалу с переплатой, превышающей в несколько раз стоимость квартир. Это приводит к росту просроченных долгов, изъятию жилья и увеличению бездомных. Результат кризиса — миграция населения, демографический спад, психические расстройства и подавление классовой борьбы.
Реформистские меры, такие как льготные программы или запреты на малогабаритные квартиры, лишь усугубляют проблему, укрепляя позиции монополистов на рынке. Обманные практики застройщиков показывают, что рынок жилья служит интересам буржуазии, а не пролетариата.
Преодоление жилищного кризиса невозможно в рамках капитализма, в котором прибыль ставится выше человеческих нужд. Необходимы фундаментальные изменения: обобществление строительных монополий, переход к коллективной собственности и планированию на основе нужд трудящихся. Только социалистическая трансформация общества, вернёт жилью его истинную роль — средства воспроизводства жизни, а не инструмента угнетения.

КАПИТАЛИЗМ В ЖКХ

Российское ЖКХ вступило в эпоху, когда латать старые трубы становится дороже, чем строить новые. Государство отходит в сторону, долги растут, а собственники жилья медленно, но верно превращаются в спонсоров системного кризиса.
70% коммунальных сетей России уже выработали свой срок. Водопроводы, теплотрассы и канализационные коллекторы, построенные ещё при Советском Союзе, служат дольше, чем некоторые управляющие компании. В отдельных регионах износ достигает 80%. На этом фоне ежемесячно фиксируется около 6 тысяч коммунальных аварий, и каждая из них — маленький штрих к портрету большого системного кризиса.
Правительство обещает направить 4,5 трлн рублей до 2030 года на модернизацию, но даже эти деньги — меньше половины того, что реально требуется для обновления сетей. Профессор ВШЭ Сергей Сиваев подсчитал: чтобы просто стабилизировать ситуацию, ежегодно нужно производить замену 4% протяженности сетей, а фактически меняют едва ли 2%. Проще говоря, трубы стареют вдвое быстрее, чем их ремонтируют.
На первый взгляд, кризис ЖКХ — чисто технический: трубы, износ, старые котельные. Но на самом деле это экономическая и социальная модель, построенная на принципе перекладывания издержек вниз по пирамиде собственности. Когда в 1990-е коммунальная инфраструктура перешла из государственной собственности в муниципальную, а затем в управление частных компаний, государство фактически вышло из игры как инвестор. Оно оставило за собой лишь регуляторную роль — устанавливать тарифы и проверять лицензии. Инвестиции же должны идти из двух источников: бюджета и тарифов. С первым всё понятно — бюджетные вложения сокращаются. Со вторым — ещё интереснее. Рост тарифов перекрывает инфляцию, но не обеспечивает обновления инфраструктуры. Деньги, собранные с жильцов, уходят на латание дыр и оплату процентов по долгам управляющих компаний.
Таким образом, платёжки растут не потому, что услуги становятся лучше, а потому что они становятся дороже для самих поставщиков. Это и есть классическая ситуация «кризиса воспроизводства» — когда система тратит всё больше ресурсов на поддержание своего существования, не создавая нового качества.
К началу 2025 года задолженность населения за коммунальные услуги составила около 800 миллиардов рублей. Для сравнения: это больше годового бюджета всех российских городов с населением до 500 тысяч человек. Власти пытаются решать проблему «технически» — внедряют онлайн взыскание долгов через ГИС ЖКХ, упрощают судебные процедуры, разрешают нотариальное взыскание без суда. Технологии действительно становятся изящнее, но социальная база проблемы остаётся: задолженность растёт там, где люди не верят, что платят за что-то реальное. Невыплата — это не всегда бедность. Это часто форма пассивного протеста против некачественных услуг, неработающих управляющих компаний и абсурдной бюрократии. В этом смысле долги населения — индикатор не только экономической, но и социальной деградации доверия к коммунальной системе.
По данным Росстата, общий износ коммунальной инфраструктуры в России — около 40%. Но отраслевые эксперты говорят: реальная цифра ближе к 70–80%. Разница объясняется просто — Росстат считает износ «по бухгалтерии», т.е. фиксирует износ только по истечении нормативного срока службы, в то время как реальное техническое состояние трубопроводов может быть хуже. Это расхождение имеет прямые последствия: недооценка износа означает занижение инвестпотребностей, что влечёт дальнейшее старение сетей. Анализ качества жилищно-коммунальных услуг в России за последние десять лет выявляет сложный и парадоксальный феномен. С одной стороны, опросы общественного мнения демонстрируют заметную положительную динамику, с другой — практически все аспекты услуг, от отопления до работы управляющих компаний, остаются источником постоянного недовольства и жалоб. Доля респондентов, удовлетворенных качеством услуг, выросла с 20% в 2015 году до 28% в 2025 году. Удовлетворенность состоянием своего дома достигла 75%. Однако, несмотря на этот рост, большинство (60%) по-прежнему не ставят оценки качеству услуг выше «тройки».
Главный вопрос не в том, когда рухнет очередная теплотрасса. Главный вопрос — кто оплатит её замену. И ответ уже известен: собственники жилья.
Через повышение тарифов, через капитальные ремонты, через «инвестиционные надбавки» и концессионные проекты. Ведь все планы модернизации финансируются из тарифной базы, то есть — из наших карманов. Это не злоумышленный заговор, а логика системы: государство снимает с себя ответственность, бизнес требует прибыльности, а жильцы оказываются последней инстанцией, на которой держится вся конструкция. С точки зрения политэкономии, это перераспределение издержек сверху вниз. Тот самый «капитализм для бедных», где частная собственность есть, а возможности распоряжаться ей нет.
В заключении можно сказать, что старые трубы гниют не потому, что кто-то «плохо чинит», а потому, что чинить некому и невыгодно. Сложившаяся в ЖКХ ситуация — это не техническая неполадка, а системный кризис.
Износ инфраструктуры — это пусковой механизм, который тянет за собой цепь последствий:
Аварии → рост тарифов для «модернизации» → долги населения → карательные меры по взысканию.
Задумайтесь: почему триллионы на модернизацию должны извлекаться из вашего кармана? Ответ на этот вопрос лежит не в сфере ЖКХ, а в сфере политической экономии. И пока он не будет получен, ваш счет за «коммуналку» будет только расти.
А когда в следующий раз вы получаете новую квитанцию, не спешите злиться лишь на управляющую компанию. Вспомните, что платите вы не только за коммунальные услуги — вы оплачиваете цену исторической приватизации общественного блага.