«Я ухожу, — сказала я свекрови.

— А полы я буду домывать?» — фыркнула она. Но новая работа невестки лишила их семью всего
Грязная вода с густым хлюпаньем стекла с половой тряпки в синее пластиковое ведро. Резкий запах хлорки смешался с ароматом дорогого черного чая, который заваривали в соседней комнате. Я с трудом разогнула спину, чувствуя, что лопатки просто ломит от нагрузки. В гостиной, за плотно прикрытой дверью с матовым стеклом, Антонина Павловна принимала гостей.
Восемь лет я пыталась стать для свекрови своей. Расписались мы со Станиславом рано. Я — девчонка из детского дома, чьи родители ушли из жизни из-за несчастного случая на дороге. Он — единственный сын владельца крупной строительной фирмы Леонида Матвеевича. Свекровь с первого дня смотрела на меня как на досадное недоразумение, постоянно напоминая, что я вошла в их семью «с одним рваным чемоданом».
В дверь нетерпеливо позвонили. Кто-то настойчиво давил на кнопку, не отпуская палец. Я наспех вытерла руки о фартук, щелкнула замком, и дверь едва не ударила меня по лицу.
На пороге стояла Жанна — дочь маминой подруги, с которой Антонина Павловна всегда мечтала свести своего Стасика. Девушка даже не удосужилась поздороваться. Окатив меня облаком удушливо-сладкого парфюма, она пронеслась по коридору, громко стуча каблуками модных ботильонов.
— Где он?! — закричала Жанна с порога гостиной, так что в серванте жалобно звякнул хрусталь. — Антонина Павловна, ваш сыночек долго от меня бегать будет?!
Я замерла в коридоре, прислонившись влажным плечом к обоям.
— Жанночка, девочка моя, ну что ты кричишь, — растерянно залепетала свекровь, роняя на блюдце десертную вилку. — Что стряслось?
— У меня будет ребенок! Третья неделя пошла! — голос девушки сорвался на возмущенный визг. — А Станислав меня везде заблокировал! Трубки не берет! Третий день прячется. Его жена вообще в курсе, что мы с ним уже второй месяц время проводим, пока она тут вам углы намывает?!
Я сделала глубокий вдох, стянула с рук желтые резиновые перчатки и шагнула в дверной проем. Лицо Антонины Павловны пошло некрасивыми бордовыми пятнами. Она нервно теребила край кружевной скатерти, пряча взгляд. Жанна обернулась, брезгливо скользнув взглядом по моему влажному фартуку.
— Теперь в курсе, — ровно произнесла я. Внутри не было ни слез, ни истерики. Внутри всё словно онемело.
— О, обслуживающий персонал подтянулся, — хмыкнула Жанна. — Передай своему муженьку, чтобы телефон включил. Иначе мой отец ему такие проблемы устроит, что мало не покажется.
— Тебе надо, ты и передавай.
Я развязала тесемки фартука и бросила его прямо на полированный столик, поверх вазочки с печеньем.
— Ты куда это собралась, Дарья? ПРОДОЛЖЕНИЕ ТУТ
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇👇👇
НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇