Наши забавные животные

Ко мне пришёл подросток с котом и словами: “Родители про него не знают”. В тот день я снова почувствовал себя семнадцатилетним Подростки в клинике всегда узнаются сразу. У них особая походка — как у людей, которые ещё не уверены, что имеют право занимать место в коридоре. Тот пацан появился у нас в середине дня: худой, в чёрной худи, с рюкзаком и странной коробкой в руках. Не переноска — именно коробка из-под обуви, перевязанная бечёвкой. В коридоре у нас был обычный гвалт: кто-то жаловался на уши, кто-то на «он сегодня какой-то не такой», кто-то просто пришёл «на всякий случай». И среди всего этого балагана он выглядел чужим — как человек, который зашёл не туда. — Вы к кому? — автоматически спросила администратор Лена. Он сглотнул. — К… врачу, — сказал очевидное. Голос у него ещё ломался, оттого каждое слово звучало, как чужое. — Животное есть? — Лена кивнула на коробку, хотя вопрос был риторический: коробка шевелилась. — Есть, — серьёзно ответил он. — Запись была? — Нет. Я… просто… можно? Вот это «можно» у подростков всегда какое-то особенное. Не такое, как у взрослых «вы обязаны нас принять», и не как у бабушкино-винящееся «я без записи, но, может, вы меня вклините». Это «можно» про то, что он вообще не до конца верит, что имеет право сдать тут этот билет во взрослый мир. Я выглянул из кабинета. — Лена, запиши ко мне между, — сказал я. — Пока анализы у Марсика берут, успею посмотреть. Пацан на меня посмотрел с тем самым взглядом, в котором плохо спрятаны и надежда, и паника. — Зайдёте, — кивнул я ему. — Как только вот эта кошка потерпит, — показал на пузатую шотландку, которая вялая лежала на руках у хозяйки, — вы — следующий. Пока я заканчивал с шотландкой, пацан сидел в углу, прижимая к животу коробку, как кто-то — важное письмо. Его пальцы слегка побелели от напряжения. Коробка иногда тихо шипела и раздавалось «мрррЯ!», явно недовольное текущей политикой перевозки. Когда они зашли в кабинет, я первым делом заметил обувь: затёртые кроссовки, чуть не по размеру, шнурки разной длины. Потом — почерк на коробке: по краю, черной шариковой ручкой, было выведено «Кот (наш!)», и жирно обведено. Вот это «наш» как-то сразу укололо сердце. — Я Пётр, — сказал я. — Ветеринар. Это кто у нас такой? Пацан кашлянул. — Это… эм… кот. Ему… ну… я не знаю, сколько. Я его… нашёл. — Как зовут? — спросил я. Он замялся. — Паспорта нет, — выдал он, оглянувшись, будто кот предъявит документы. — Я его Байт назвал. — Как? — Байт, — повторил он и, увидев мой вопросительный взгляд, смутился. — Ну… я просто… увлекаюсь компами. Один байт информации… — он махнул рукой. — Неважно. Вот так всегда: дети называют животных так, как взрослые никогда не додумались бы. У меня были Пельмень, Гаечка, Майнкрафт и даже один пёс по кличке Валера в честь учителя физики. Байт теперь пополнил коллекцию. — Открывайте, — сказал я, кивнув на коробку. — Давайте знакомиться с вашим байтом. Он осторожно развязал бечёвку и приподнял крышку. Оттуда на меня вылупилась концентрированная уличная жизнь: трёхцветная морда, огромные жёлтые глаза, разбитое ухо, шкурка цвета «пыльный асфальт», и весь этот комплект был приправлен взглядом «если вы сейчас меня схватите, я вам тут всем покажу, кто хозяин». Кот не бросился. Только сжался в комок и прижал уши. — Где нашли? — спросил я, осторожно. — Во дворе, — быстро сказал пацан. — Ну, у нас там гаражи ещё старые стоят… Он там жил. Мы с пацанами… ну, короче… я его кормил. А потом он как-то… кашлять начал. И… — пацан резко замолк. Я видел: он сейчас стоит на грани «рассказывать всё честно» и «сохранить лицо». — Родители знают, что вы его привели? — спросил я максимально нейтрально. Он на секунду закрыл глаза. — Нет, — сказал он. — Родители вообще не знают, что он существует. И… — он посмотрел на меня почти с отчаянием, — вы, пожалуйста, им не говорите. Ладно? Вот эта фраза — «родители не знают» — почему-то попадает в меня каждый раз, как молотком. Потому что в этот момент я автоматически вспоминаю себя в семнадцать. Стою в подъезде, держу на руках встрёпанного щенка, который дрожит как телефон на вибро, и слышу за дверью мамин голос: «Домой с собаками не заходи!» И понимаю, что моя жизнь в ближайший час разделится на до и после — не только для меня, но и для этого комочка шерсти. Я моргнул, возвращаясь в кабинет. — И как вы себе это представляете? — спросил я мягко. — Животное — это не флешка, которую можно спрятать в рюкзак. — Я знаю, — быстро сказал он. — Я его в гараже держу. Там тепло, мы с дедом когда-то утепляли. Я прихожу утром, вечером, кормлю. Всё норм. «Всё норм» в его голосе звучало как-то слишком знакомо. Именно так подростки обычно говорят про свои переживания: «да я норм, чё» — и это означает «мне плохо, страшно и я не знаю, что с этим делать». — Зачем тогда привели? — не отпускал я тему. — Он… — пацан наклонился над коробкой, заглянул внутрь, и голос у него слегка дрогнул. — Он кашляет. И дышит как-то странно. И глаз вот… вчера закис. Я… — он резко выдохнул, — я боюсь, что он умрёт. А я не умею… Ну, лечить. Вот это «я боюсь, что он умрёт» от подростка звучит по-особенному. Взрослые обычно маскируют страх: «ну, вы там посмотрите, если что». А подросток иногда честно говорит: «я боюсь». И это ценнее любых документов. Я осторожно достал кота из коробки. Тот, конечно, возмутился, но не агрессивно — просто по всем правилам уличной этики: сначала пошипеть, потом сдаться, но сделать вид, что это было добровольно. Байт был худой, с шершавой шерстью, слегка воспалёнными глазами, с насморком. Лёгкие шумели, но без ужаса. Сердце билось часто, но ровно. — Жилищные условия у него, конечно, специфические, — пробормотал я, прослушивая. — Но в целом жить будет. Пацан так облегчённо выдохнул, что, кажется, давление в кабинете упало на пару единиц. — То есть он… не… — он не договорил. — Не умирает, — сказал я. — Но лечить надо. Простуда, воспаление верхних дыхательных. Может быть, вирус. Нужны капли в глаза, таблетки, может, ещё что-то по анализам. Плюс обработка от паразитов, прививки… — я остановился, посмотрев на него. — Вы вообще на что рассчитывали? У вас есть какой-то бюджет? Он полез в карман худи и выложил на стол горсть скрученных купюр и мелочь. Видно было, что это не мамина «на обед, сынок», а откровенно собранное по сусекам. — Здесь… две тысячи триста, — смущённо сказал он. — И ещё я могу… ну, подработать, у нас там реклама вешать надо в подъездах, я видел… Две тысячи триста. В мире взрослых это сумма, на которую сейчас даже заправить машину не везде можно. В мире семнадцатилетних — это космос. Это отказаться от чипсов с друзьями, от пиццы, от новой мышки к компьютеру. И всё — ради вот этого колтуна в коробке, который даже не мурчит, а просто дышит с хрипом. И вот тут я снова почувствовал себя семнадцатилетним. Потому что вспомнил, как собственноручно таскал мешки на склад, чтобы купить щенку прививку. Как врал родителям, что задержался «на факультатив», а сам сидел в подвале с собакой, мазал ей лапу зелёнкой и читал вслух учебник по биологии, потому что думал, что голос помогает. Тогда тоже были «две тысячи триста», только в переводе в другие деньги и другие времена. И тоже был взрослый врач, который долго смотрел на меня и на мой потный лоб, а потом сказал: «Ладно, сделаем так…» Я посмотрел на пацана так же долго. — Сколько тебе лет? — спросил я. — Шестнадцать, — честно ответил он. — Родителей как зовут? — А это обязательно? — сразу насторожился он. — Для карточки — да, — сказал я. — Животное юридически всё равно будет числиться за взрослым. И если что — кто-то должен быть ответственным. Он замялся. — Папа Василий… мама Ирина. Но, пожалуйста, — он поднял на меня глаза, — не звоните им. Папа скажет, что я офигел. У нас дома и так «зверинец» — сестра, бабушка, дед. Они животных терпеть не могут. Говорят: «Вот вырастешь, заработаешь, тогда заводи кого хочешь. А сейчас хватит всякой ерунды». Классическая родительская логика: сначала стань взрослым, а потом учись ответственности. Хотя, по идее, всё должно быть наоборот.

ОПГ задержана)) #гифы

Ночные бесилки)) #гифы

Дело было вечером,делать было нечего...🙂

Зимние забавы #гифы

- Пузяку только не снимай, не надо её в кадр

Ну хоть самую маленькую поймай!)) #кошки

Любовь сильнее нас Михаил вышел из здания и стал смотреть по сторонам, пытаясь найти Аллу Олеговну. Заметив её возле вольера с собаками, он хотел было окрикнуть её, но в самый последний момент подумал о том, что зачем кричать, если можно просто подойти. Поставив свою сумку с инструментами прямо на землю, Михаил уверенно направился к женщине. - Алла Олеговна, можно вас на минуточку? – обратился он к заведующей приютом. - А, это вы, Михаил, – резко обернулась женщина. – Ну что, вы справились? - Почти. Думал, что сегодня успею всё сделать, но малость не рассчитал. В общем, придется мне еще завтра к вам приехать. Наверное, с утра. Думаю, что до обеда управлюсь. И тогда уже вы со мной рассчитаетесь. Хорошо? - Завтра утром я как раз буду на месте, и до обеда уезжать не планирую никуда, - улыбнулась Алла Олеговна. – А что по деньгам? Сколько я вам буду должна? - Всё, как мы договаривались с вами, - ответил Михаил. – Это мой косяк, что я в обозначенный срок не управился. - Ну хорошо. Давайте я вас проведу? - Да я как бы и сам могу дойти. Но если вы настаиваете, отказываться не буду. – Сейчас только сумку возьму. Быстро сбегав за сумкой, Михаил вернулся к Алле Олеговне и вместе они пошли в сторону металлических ворот. Михаил по образованию был электриком, и уже третий день работал в приюте для животных: менял старую проводку на новую и устанавливал розетки в административном корпусе. Работенка была непыльная, и он планировал управиться за три дня. Но не успел. Совсем чуть-чуть. А завтра у него был очень важный день. Завтра 14 февраля – День влюбленных, и он планировал сделать своей девушке Оле сюрприз. И это не только ужин при свечах, который Михаил, естественно, собирался приготовить сам, но и... …В общем, Михаил планировал сделать Оле предложение руки и сердца. И очень надеялся, что она примет его. И хотя никаких особых причин для переживания у него не было, на душе всё равно было неспокойно. Но, наверное, так и должно быть, когда ты впервые делаешь девушке предложение. Он, собственно, именно поэтому сегодня не успел – все его мысли были заняты тем, что приготовить на ужин, и как ему лучше попросить у Оли её руки и сердца. А самое главное – когда лучше всего это сделать. До ужина или после… С Олей Михаил познакомился около года назад. Первое время они встречались в основном после работы: то в кафе посидят, то в парке погуляют, то в кинотеатр пойдут. А потом его девушка сама предложила ему жить вместе. Он ведь родом из деревни, и в городе у него собственного жилья пока еще не было. Михаил, как и большинство приезжих, снимал однушку почти на окраине города. Оля тоже была приезжей, и тоже снимала квартиру – правда, двухкомнатную и ближе к центру. Вот она и предложила ему переехать к ней. И не только потому, что Оля хотела просыпаться в объятиях любимого, но еще и потому, что так удобнее – они ведь будут платить за квартиру пополам. - Я согласен! – не раздумывая, ответил Михаил любимой. – Завтра же вещи начну перевозить. Молодые стали жить вместе, и всё у них было хорошо. Во всяком случае, Оля Михаила полностью устраивала. Красивая, озорная, ноги, как положено, от ушей. Да, может, готовила она сносно, но это уже были мелочи. Он и сам неплохо готовил. Причем не только пельмени с яичницей. Михаил и борщ сварить мог, и суп с фрикадельками, и даже аппетитные мясные рулеты в выходные дни делал. Мама, пока он жил с ней в деревне, еще в детстве всему его научила. И, как оказалось, не зря. Оля не могла нарадоваться, что ей такой парень рукастый достался, и постоянно нахваливала Михаила перед своими подругами. Иной раз она и домой их приводила, чтобы её возлюбленный продемонстрировал свои кулинарные способности не на словах, а на деле, так сказать. - Эх, Оля, Оля… - томно вздыхала одна из её подруг. – Завидую я тебе, если честно. Михаил у тебя просто золото. Из нужного места у него руки растут. Не то что у моего Филиппа. Он, представляешь, обычные сосиски отварить не может. Говорит – не умею, и всё… Одним словом – маменькин сынок он. И зачем я только с ним живу, не понимаю. А вот Михаил у тебя мужчина хоть куда. Только вот не понимаю, почему вы с ним еще не поженились? Чего ты ждешь? - А я тут причем? – удивленно спросила Оля. – Он мужчина, вот пусть и делает мне предложение. Со своей мамой, Ольгой Кирилловной, Михаил Олю еще не познакомил. Просто потому, что не было пока такой возможности. Хотя он очень много про неё рассказывал по телефону. И его мама, наслушавшись хвалебных речей в адрес Оли, с нетерпением ждала встречи с будущей невесткой. А встреча, собственно, уже не за горами – вот сделает Михаил своей Оленьке предложение, а потом они вместе сразу поедут знакомиться с мамой. Главное, чтобы завтра вечером Оля твердо сказала ему: «Да!», и тогда он будет самым счастливым человеком. И тогда всё у него будет ХОРОШО! А сегодня… …сегодня Михаил почти закончил намеченный три дня назад фронт работ, и идет сейчас вместе с Аллой Олеговной к воротам. Сначала он хотел пойти к ним напрямую, но руководительница приюта повела его другой дорогой. И непросто так. Она хотела показать ему несколько выключателей, которые плохо работают и спросить, сколько будет стоить их починить. - Или, может быть, новые надо устанавливать? – осторожно спросила она у Михаила. Михаил внимательно осмотрел выключатели, которые уже наполовину вываливались из стены, почесал затылок и, немного подумав, ответил: - Думаю, что лучше заменить на новые. У меня как раз есть парочка лишних выключателей. Могу их и поставить. Но только не сегодня. Завтра, хорошо? - Конечно, конечно, - заулыбалась Алла Олеговна. – А сколько это будет стоить? Вы извините, что я постоянно за деньги спрашиваю. Просто нет у меня сейчас лишних денег. Всё уходит на корм и ветеринарные услуги. - Да ничего не нужно платить. Я вам выключатели бесплатно установлю, - улыбаясь, ответил Михаил. – Завтра всё непременно сделаю. А теперь я, пожалуй, пойду. А то поздно уже. - Да-да, конечно, - закивала Алла Олеговна. Михаил повернулся, чтобы поднять свою сумку, которую поставил на землю, пока осматривал выключатели, и вдруг замер… Только сейчас он обратил внимание, что из одного из вольеров к нему тянет свои лапки какая-то кошка. Впрочем, не какая-то кошка, а очень красивая. Вот только у неё почему-то не было глаз. И именно этот необычный контраст поразил его больше всего. До глубины души поразил. - Это Люська… - тяжело вздохнула Алла Олеговна, заметив, что привлекло внимание Михаила. - Извините, а что у неё с глазами? Он присел на корточки, просунул палец между прутьев металлической сетки и дотронулся до кошки. И знаете, он такое странное ощущение испытал в тот момент. Будто его током ударило. Не 220 В, конечно, но всё равно, довольно-таки ощутимо было. В глаза (точнее – туда, где они должны быть) Михаил старался не смотреть. Вместо этого он посмотрел на руководительницу приюта, ожидая ответ на свой вопрос. - Ну вы же сами видите… - снова вздохнула женщина. - Нет у неё глаз. Люська перенесла очень тяжелую инфекцию. Слава Богу, выжила. Но теперь не может видеть. Михаил хотел что-то сказать, но мысли в голове перепутались, и он промолчал. - Кстати, до сегодняшнего дня она еще ни к кому лапки не тянула, - продолжала говорить Алла Олеговна. - После того, что случилось, она стала менее общительной. А к вам вот Люся почему-то потянулась. Видимо, понравились вы ей чем-то. - Так это… Она же не видит ничего, - искренне удивился Михаил, еще раз бросив внимательный (и по-прежнему восхищенный) взгляд на кошку. – Как я ей мог понравиться? - Ну значит, чувствует. Чувствовать-то она может. Люська у нас особенная. Хоть и безнадежная. - Почему безнадежная? - Ну потому что никто её уже не заберет. Дело в том, что однажды её уже забирали. Она тогда еще зрячая была. А спустя год Люську принесла к нам одна из наших сотрудниц. Нашла её на улице. Девочка была новенькая, поэтому не знала, что это за кошка. А я Люську сразу узнала, и, если честно, была очень удивлена, ведь никогда бы не подумала, что такую красавицу на улицу могут выгнать. Тем более что женщина, которая её забрала, очень просила отдать именно её. - Хм. Неожиданно… Так её забрали и через некоторое время выбросили на улицу? - Там очень мутная история. Естественно, я сразу позвонила её бывшей хозяйке, но она сказала мне, что кошка давно потерялась и больную Люську она забирать обратно точно не будет. И голос у хозяйки был такой безразличный, что мне даже показалось, что она и здоровую бы её не забрала. Вот так Люська и вернулась обратно в приют. А у нас примета такая – если кого-то из наших подопечных обратно возвращают, это, как правило, навсегда. А в случае с Люськой подавно. Кому она нужна слепая? Домой Михаил возвращался в каком-то странном и подавленном состоянии. Ему так понравилась кошка Люська, и в то же время ему было очень жаль её – нелегкая судьба досталась этой кошке. В общем, всю дорогу Михаил думал о ней. И даже дома за ужином он был задумчивым. - Миш, у тебя всё в порядке? – поинтересовалась Оля, заметив, что любимый почти не обращает на её внимание. – Я тебе уже два вопроса задала, а ты ни на один мне не ответил. - Извини, Оль. Задумался просто. - О чем? - Да так… По работе. Мне завтра придется снова ехать в приют, я там не успел доделать кое-что. Но до обеда должен справиться. - А на вечер какие планы? - А вечером у меня для тебя будет сюрприз. И, если ты не против, то я хотел бы провести этот вечер дома. - Дома?! Я вообще-то думала, что ты меня в ресторан пригласишь. Или ты забыл, какой завтра день? - Нет, не забыл. Но в ресторане у меня не получится сделать тебе сюрприз. - Ладно… - махнула рукой Оля. – Надеюсь, что твой сюрприз будет лучше, чем отдых в ресторане. - Однозначно лучше! Даже не сомневайся. Уверен, что тебе понравится. После ужина Михаил, как обычно, убрал со стола и помыл посуду, а ночью… …ночью он снова думал о Люське. Крепко она засела в его сердце. Стоит перед глазами, тянет к нему свои лапки. Мурлычет что-то тихонько на своем кошачьем. Так он и заснул с мыслью о ней. Хотя рядом на кровати лежала Оля – его будущая невеста. ***** На следующий день Михаил закончил, наконец, электромонтажные работы в приюте для животных, установил новые выключатели, как он и обещал Алле Олеговне, получил полный расчет, а перед тем, как уйти, подошел к клетке, в которой находилась Люська. И как только он подошел, кошка тут же, громко (наверное, от радости) мяукая, подбежала к металлической сетке и потянула к нему свои лапки. - И как ты, интересно, узнала, что это я к тебе пришел?.. – улыбаясь, спросил Михаил. Он снова просунул палец между прутьями, снова дотронулся до кошки и снова его будто током ударило. Но это, знаете, был такой, приятный удар. Михаил водил своим пальцем по шерсти кошки, разговаривал с ней, иногда – молчал, слушая её урчание. И даже не заметил, как пролетело полтора часа. - Михаил?! – услышал он за спиной удивленный голос Аллы Олеговны. – Вы еще тут? Он тут же встал, обернулся и, посмотрев на женщину, виновато улыбнулся. - Да я вот решил с Люськой немного поболтать, а она меня заболтала. Господи, ну до чего добрая и ласковая кошечка. Я вот никак не могу понять, за что люди так с ней обошлись. И почему никто не хочет забрать её домой. - Понимаете, Михаил. Люди хотят себе идеальных питомцев. А Люська наша – неидеальная. Поэтому шансов у неё практически нет. Так и будет жить в приюте до самой старости. К сожалению… - Пусть неидеальная. Но особенная. - Не спорю. Только вот, кроме вас, никто этого не замечает. Да и Люська других людей просто игнорирует. Даже меня. А к вам она вон как лапки протягивает. Нравитесь вы ей, Михаил. Чувствует она в вас что-то такое… Хорошее, что ли. Михаил задумался. И почему-то в этот момент ему в голову пришли слова Боба Марли: «Кого волнует совершенство? Даже луна не идеальна — на ней полно кратеров. Море прекрасно, но солёное и тёмное в глубине. Небо бесконечно, но часто затянуто облаками. Всё прекрасное — не идеально. Оно просто особенное». Вот и Люська была какая-то особенная. А еще, как и все другие кошки, она заслуживает быть счастливой. Не здесь – в приюте. А дома, с любимым человеком. - А знаете что, Алла Олеговна, - воодушевленно сказал Михаил. – Наверное, я заберу Люську себе. - Как? Вы это серьезно? - Да, серьезно. Правда, я живу не один, а с девушкой. И мне нужно с ней этот момент обговорить. Но думаю, что она не будет против. Я вам обязательно позвоню завтра. - Буду ждать, Михаил, - чуть не плача, ответила ему Алла Олеговна. – Вот уж никогда бы не подумала, что найдется человек, который согласится забрать к себе Люську. ***** Приехав домой, Михаил тут же принялся готовить романтический ужин для любимой. И настроение у него было просто отличное. Ну а каким ему еще быть, если сегодня он сделает предложение руки и сердца Оли, а уже завтра – заберет домой Люську. Михаил был уверен, что Оля точно не будет против кошки. Тем более что Люська – не просто кошка. Она особенная. И по-особенному прекрасна. - Ну ничего себе! – ахнула Оля, когда пришла домой. – И когда ты успел это всё приготовить, Миша? - Успел, - улыбнулся Михаил. - У нас сегодня романтик, да? – Ну конечно. Иди мой руки, и присаживайся за стол. У меня есть еще один сюрприз для тебя. - Заинтриговал. Оля пошла в ванную мыть руки, а Михаил достал из кармана коробочку с кольцом, повертел её в руках, открыл, чтобы убедиться, что кольцо никуда не делось, и положил обратно в карман. Пока что всё шло по плану. И это, естественно, не могло не радовать. Это, наоборот, вселяло в Михаила уверенность, что и дальше всё будет хорошо. Вот только… …дальше случилось то, чего Михаил никак не мог ожидать. Оля, услышав о том, что он хочет забрать из приюта слепую кошку, не просто ответила ему отказом. Она закатила самый настоящий скандал. - Миш, ты в своем уме?! Тебе в такой день больше и поговорить не о чем, кроме как о какой-то кошке? - Оль… - растерянно пробормотал Михаил. – Я просто хотел обсудить с тобой этот момент. Понимаешь, кроме меня, её вряд ли кто-то заберет. А я не могу оставить её в приюте. Люська – классная. Я уверен, что она тебе понравится. Хочешь я тебе её фото покажу? Михаил достал телефон, открыл галерею и стал показывать Оле фотографии Люськи, которые сделал сегодня. - Нет! Нет! И еще раз – нет! Никакой кошки, тем более такой уродливой, в моей квартире не будет! И чтобы ты знал - я с детства ненавижу животных. Меня тошнит и от кошек, и от собак. Даже от хомячков. Люди должны жить с людьми, а не с животными. - Но я… - Ты, Миша, своими руками… Точнее – своим языком взял и испортил мне праздник. Я думала, что мы с тобой выпьем вина при свечах, поговорим о чем-нибудь приятном, потом пойдем в спальню… А ты мне про кошку тут втираешь. В общем, праздник удался. Поздравляю. Не буду я с тобой сегодня ужинать. Лучше поеду с подругами в кафе посижу. А ты сиди и смотри фото своей страшилы! Оля встала из-за стола и ушла в спальню. А Михаил, крепко сжимая в руке коробочку с кольцом, остался стоять на кухне. Не так он представлял себе сегодняшний вечер… ***** Михаил сидел в баре за барной стойкой и пил водку. Он обычно никогда её не жаловал, как и любой другой алкоголь в принципе, но сегодня ему очень захотелось напиться. «Вот и сделал предложение…» - думал Михаил, вспоминая скандал, который закатила ему Оля. Он не знал, как ему теперь правильно поступить. Олю он вроде любил (иначе бы не собирался на ней жениться). Но и кошку оставлять в приюте не хотел. Тем более что он уже пообещал Алле Олеговне, что позвонит завтра. И вот сейчас, опрокидывая рюмку за рюмкой, он пытался сделать выбор. Если он выберет Олю, то тогда нужно отказываться от Люськи. А ведь Люська, наверняка, тоже будет ждать его завтра. И каково ей будет, если он её предаст? Переживет ли она это предательство? Какое по счету... Если же Михаил сделает выбор в пользу кошки, то тогда ему придется расстаться с Олей и искать себе новое жилье. Вряд ли она захочет жить с ним под одной крышей, несмотря на то, что за квартиру они платят пополам. - Извините… Может быть, вам хватит уже пить? – обратилась к нему бармен. - Что? – Михаил вздрогнул и поднял глаза на девушку, которая стояла перед ним. - Я говорю, что вам, наверное, уже хватит пить. Тем более что это никак не поможет решить вашу проблему. - А с чего вы взяли, что у меня какие-то проблемы? Я вам ничего не говорил. - А мне и не нужно ничего говорить, - улыбнулась девушка. – У вас на лице всё написано. Знаете что? А давайте вместо водки я вам лучше кофе вкусный приготовлю? - Как хотите… - буркнул в ответ Михаил. – А что у меня всё-таки на лице написано? - Да всё написано... Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, что у вас что-то случилось. Все мужчины сейчас проводят время в компании своих женщин. А вы сидите в баре. Один. И много пьете. Значит, у вас точно что-то случилось. Поругались с девушкой? - Поругался, - кивнул Михаил. – Я собирался сделать ей сегодня предложение. Романтический ужин приготовил. Кольцо купил… - А она отказала? - Нет. Я до этого даже не дошел. Так глупо всё получилось. Мы с ней из-за кошки поругались. - Из-за кошки?! - Представляете… Михаил, сам не зная почему, всё рассказал незнакомой девушке. А она внимательно его слушала. А когда он закончил свой рассказ, то вручила ему «валентинку» с пожеланием, которое она написала собственноручно. - Это что? – не понял Михаил. - Это вам на память. От меня. Я, конечно, не предсказательница, но мне почему-то кажется, что всё у вас будет хорошо. Обязательно будет. Потому что вы очень добрый человек. Михаил открыл «валентинку» и бегло прочитал, что написала ему бармен. «Любовь сильнее нас» - вот, что там было написано. Правда, в тот вечер он так и не понял, что девушка имела в виду. Но зато понял другое: он не будет делать Ольге предложение. И жить с ней Михаил тоже не будет. Потому что он не может взять и предать Люську… ***** Спустя месяц. Михаил, как и решил, ушел от Оли, так и не сделав ей предложения. И теперь жил в однокомнатной квартире вместе с Люськой. Вернулся он туда же, где и жил раньше. Сами понимаете – район не самый хороший, поэтому желающих на эту квартиру не было. И хозяйка очень обрадовалась, когда Михаил позвонил ей и попросился обратно. Так обрадовалась, что даже ничего не имела против кошки. - Какая она у вас красивая! – восхищенно говорила хозяйка квартиры Михаилу.

милота

За тобой и в огнь и в воду)) #гифы