Бывшая учительница Анна Сергеевна стояла у дороги и держала корзинку.

А там был ребенок. А что произошло дальше тронуло всех до глубины души
Дорога была пустынной и серой, как старая лента, брошенная поперёк замёрзших полей. Снег ещё не выпал, но земля уже окаменела от первых морозов, и ветер, гуляя по равнине, пробирал до костей. В такой день хороший хозяин сидел бы дома, у тёплой печки, и ждал, пока зима утихомирится. Но Анна Сергеевна, бывшая учительница начальных классов, а ныне пенсионерка из деревни Залесье, стояла на обочине трассы и прижимала к груди плетёную корзину, в которой лежало нечто гораздо более ценное, чем все её скромные пожитки.
В корзине спал младенец.
Она нашла его час назад, когда шла к автобусной остановке через старый парк. Сначала услышала тихое, жалобное хныканье, доносившееся из кустов у заброшенного магазина. Анна Сергеевна, повинуясь безотчётному порыву, свернула с дорожки и раздвинула ветки. На земле, прямо на пожухлой траве, стояла плетёная корзина, застеленная старым, но чистым пледом. А внутри, закутанный в дешёвое ситцевое одеяльце, лежал ребёнок. Совсем крошечный — новорождённый, с ещё не отпавшей пуповиной. Он был жив, но тих, словно уже и не надеялся, что его найдут. Его личико было бледным, а губки слегка посинели от холода. Анна Сергеевна ахнула и, не раздумывая, подхватила корзину. Она огляделась — ни души. Только ветер гулял по пустому парку, швыряя под ноги сухие листья клёнов. Тот, кто оставил ребёнка, ушёл. Может, час назад. Может, минуту. В корзине не было ни записки, ни клочка бумаги. Только ребёнок — беспомощный, брошенный, как ненужная вещь.
Анна Сергеевна прижала корзину к себе. В её груди что-то перевернулось. Она вспомнила своего сына, который ум..р от болезни в пятилетнем возрасте, это было давно, но боль до сих пор жила где-то под сердцем. Вспомнила мужа, с которым они так и не смогли родить ещё детей. Вспомнила свою жизнь — долгую, одинокую, заполненную чужими детьми в школьных классах, но лишённую собственного семейного тепла. И вот теперь судьба словно посылала ей шанс.
Она быстрым шагом пошла обратно, к дороге. Она понимала: нужно вызывать полицию, опеку, но сердце подсказывало — сначала согреть. Накормить. Убедиться, что жив. До её дома было полчаса ходьбы, но младенец дышал всё слабее. Она остановилась, проверила — грудка едва вздымалась. Ей стало страшно. Она поняла, что не успеет дойти. Нужна была помощь. И она вышла на трассу — туда, где проезжали редкие машины.
Автобус, который должен был отвезти её в райцентр за продуктами, не пришёл — сломался, как это часто бывало. Анна Сергеевна стояла у дороги уже полчаса, и никто не останавливался. Она уже начала отчаиваться, когда со стороны леса показалась машина. Тяжёлый грузовик с длинным прицепом — дальнобойная фура. Она замедлила ход, мигнула фарами и аккуратно съехала на обочину. Из кабины вышел мужчина лет сорока, высокий, плечистый, в тёплой клетчатой рубашке и кожаной жилетке. Он подошёл и вдруг замер, увидев корзину в её руках.....ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ