Мистический Петербург

Тронная императрицы Марии Фёдоровны в Большом Гатчинском дворце Когда Гатчинский дворец принадлежал графу Орлову, на месте Тронной залы Марии Фёдоровны располагалась Китайская комната. Отделкой занимался Антонио Ринальди, декорировавший помещение в модном восточном стиле. Позднее стены обтянули полотном малинового цвета и разместили на них небольшое, но достаточно ценное собрание картин известных европейских художников. В этот период помещение стали называть Картинной комнатой. Позже она была преобразована в Тронную императрицы Марии Фёдоровны. Коллекция картин и сейчас украшает стены залы. Мистический Петербург - подпишись!

В далёком граде, что гордо возвышался над холодной рекой, стоял Всадник. Не живой человек, но изваяние из меди, грозное и величественное. Звали его Медным Всадником, и смотрел он с высоты на город, словно охраняя его от бед и ненастий. Много лет простоял Всадник на своём бронзовом коне, видел, как город рос и менялся, как горели пожары и случались наводнения. Он видел радость и горе, любовь и ненависть, жизнь и смерть. Он был молчаливым свидетелем истории, запечатлённым в меди. Однажды в город пришла беда – страшное наводнение. Нева вышла из берегов, затопила улицы, разрушила дома и унесла жизни. Люди в панике бежали, спасая себя и близких. Жил в то время в городе бедный юноша по имени Евген

Легенда о Тайной Краске Петербурга Говорят, Санкт-Петербург — город серый, в палитре дождя и гранита. Но это — величайшая иллюзия, охраняемая самой Северной столицей. Правду знают лишь те, кто смотрит не глазами, а сердцем. Когда Петр Первый задумал город на болотах, к нему явилась старая финская ведьма, хранительница этих земель. «Ты построишь город из камня, — сказала она, — но камень без души — просто гробница. Дарую тебе волшебную краску. Она невидима простому взгляду, но прольётся она цветом не на стены, а на мгновения». Царь, будучи человеком практичным, согласился. И ведьма смешала в огромном котле отсвет полярного сияния, отсвет белой ночи, дрожь Невы, отражение всех звёзд в её во

Доходный дом Танского Этот доходный дом появился в Петербурге в 1909–1911 годах по заказу Фёдора Танского, владельца фирмы по продаже автомобилей. Проект выполнил архитектор Бальди. Фасад выполнен в симметричной композиции: три крупных округлых эркера венчают стеклянные призмы, центральный выделен башней, утраченной при пожаре 2018 года и восстановленной годом позже уже в сером цвете. Между эркерами расположены малые стеклянные выступы, а фасад пересекают две линии балконов. Внизу, облицованном серым гранитом, собран лепной и металлический декор с растительными и абстрактными мотивами. В подворотне можно увидеть пилястры и арки, парадная лестница отделана зелёным мрамором и украшена лепни

Церковь апостолов Петра и Павла Необычайно красивая неоготическая церковь, расположенная в Шуваловском парке. Если спуститься по тропинке вниз, то можно увидеть склеп в таком же стиле, украшенный чугунным готическим кружевом. Дух Петра, твердый как камень, желал храма на высоте — для крепости веры. И вырос на взгорье строгий каменный собор. А дух Павла, странника, искал близости к людям и воде — для утешения. И появилась у пруда теплая деревянная церковь. Легенда утверждает, что сами апостолы теперь хранят это место вместе: Пётр — с высоты, Павел — с тихой глади. И ведут к ним две разные тропы: одна для силы духа, другая — для покоя сердца. А между ними, в шепоте парка, царит вечный мир.

В стародавние времена, когда Петербург был юн и полон дивных историй, жила-была тихая улочка, звавшаяся Можайской. Не блистала она парадными фасадами, не гремела каретами знати, но хранила в себе уют и покой, словно ларец с драгоценными воспоминаниями. На одном из ее домов, с фасадом цвета топленого молока и кованым балконом, жила старая петербургская кошка по имени Матильда. Не породистая, но очень мудрая, Матильда знала все тайны Можайской улицы. Она наблюдала за прохожими, перебирала лапками солнечные зайчики на мостовой и слушала шепот ветра, гуляющего между домами. Однажды, в промозглый осенний день, когда листья кленов, растущих вдоль улицы, устилали тротуар золотым ковром, Матильда за

«Гурьевский сервиз» — произведение фарфорового искусства При государе Александре I Императорским фарфоровым заводом в Санкт-Петербурге управлял Дмитрий Гурьев. Он не жалел средств для привлечения лучших российских и заграничных мастеров. Значительным произведением фарфорового искусства в начале XIX века стал «Гурьевский сервиз». На нём были изображены виды Петербурга и окрестностей, жанровые сцены, населявшие Россию народы. Сервиз предназначался для торжественных приёмов в Зимнем и Петергофском дворцах. Мистический Петербург - подпишись!

Был когда-то в Санкт-Петербурге, у самого Финляндского вокзала, удивительный фонтан. Не простой фонтан, а волшебный. Его струи танцевали в воздухе, как балерины, сверкали на солнце всеми цветами радуги, и каждый, кто смотрел на них, чувствовал, как сердце наполняется радостью. Жил неподалеку от фонтана маленький воробышек по имени Чирик. Он каждый день прилетал к фонтану, чтобы напиться свежей воды и послушать его песни. Ведь фонтан не только красиво танцевал, он еще и умел петь! Его струи шептали сказки о далеких странах, о смелых рыцарях и прекрасных принцессах, о сокровищах, спрятанных в глубинах морей. Однажды Чирик заметил, что фонтан загрустил. Его струи стали вялыми, а песня - тихой и

В самом сердце города, где морозный ветер танцует с иглами сосен, возвышается Финляндский вокзал. На его башне, словно страж времени, покоятся старинные часы. Но мало кто знает, что в полночь, когда город погружается в сон, эти часы оживают и рассказывают волшебную историю. Жили-были в этих часах маленькие шестеренки. Самая большая и важная из них звалась Шестерёнка-Матушка, она задавала ритм всему механизму и следила за порядком. Были и маленькие Шестерёнки-Дети, шустрые и озорные, они отвечали за минуты и секунды. Однажды, в канун Нового Года, Шестерёнка-Матушка почувствовала, что время замерло. Стрелки часов отказывались двигаться, а весь вокзал был окутан печалью. Люди спешили по своим д