Популярные темы

    - Ты же видишь, я только что пришла. Дай мне хотя бы переодеться. - Переодеться… А о муже подумать никто не хочет. Полина не понимала подобных претензий и недовольства в свой адрес. Продукты в доме всегда были. В крайнем случае, можно было заказать доставку на дом. Однако в этом не было обычно необходимости, потому что закупала она все заранее. Другой вопрос, что действительно не всегда успевала приготовить первое или второе. - Витя, ты хочешь сказать, что у нас в холодильнике мышь повесилась? - Хочу. Еды я там не нашел! Одни бутерброды вчерашние разве что… Полина не поленилась, отправилась на кухню и открыла холодильник. - А это что, по-твоему? - указала она на пачку пельменей. - Магазинные полуфабрикаты - поморщился в ответ Виктор. - Да, но эти пельмени можно есть. К тому же, ты их любишь. Однако муж все никак не унимался. Если поставил перед собой задачу вынести жене мозг, значит надо ее реализовать всеми силами. - Это не означает, что я намерен их есть. Ты бы мне домашней еды лучше приготовила, а не вот это вот… Полина открыла крышку кастрюли и поняла, что в холодильнике была еще и другая еда. - А это что? Был же рис с котлетами. Почему не ел? - Потому что это было приготовлено вчера, а я хочу свежую еду. Полина в ответ даже ухмыльнулась. - Так эта еда и не протухла. Виктор закатил глаза и продолжал стоять на своем. Впрочем, это было неудивительно. У него всегда и во всем была своя правда. Другую позицию он ни в какую воспринимать не хотел. - Странно, Полина, что за столько лет совместной жизни ты не усвоила, что я ем исключительно свежеприготовленную еду. Зато Полина усвоила совершенно другое и, причем отлично. То, что Виктор та еще зануда и нытик. Если что-то вдруг было не по его, то он испортит настроение всем и каждому. Ведь любой обязан был подстраиваться под него и более того, плясать под его дудку. Что самое интересное, так это то, что он даже не скрывал своей позиции. - Витя, я не понимаю претензий в свой адрес. Ты мне высказываешь так, будто бы я не работе была, а на гулянке. - На какой еще гулянке? - переспросил ее муж, сделав вид будто бы не понял вопроса. - Вот именно, что ни на какой. Я недавно закончила работать и сразу пошла домой. Но даже здесь Виктор знал, что ему ответить на возражение жены. - Ага, только твой рабочий день закончился 3 часа назад. Кого ты хочешь обмануть? Полина не понимала подобного отношения со стороны мужа. Однако старалась вести диалог конструктивно, чтобы он не перерос в конечном итоге в скандал. - Я и не собиралась тебя обманывать. У меня отчеты, сроки горят. И вообще, если ты в курсе, то недавно мы отмечали мое повышение. - И что с того? - А то, что с получением руководящей должности у меня прибавилась не только зарплата, но и обязанности. - И? - Что и, Витя? Неужели ты не понимаешь к чему я клоню? Порой Виктор со стороны напоминал маленького ребенка. Хотя Полина была уверена в том, что даже маленькие дети понимают такие очевидные вещи. А Витя либо действительно этого не понимал. Либо прикидывался очень хорошо. - Ну, да. Ну, да. Теперь понимаю. Выслуживаешься перед вышестоящим руководством. - Это неправда! Я всего лишь выполняю свою работу. - Почему же тогда другие выполняют ее вовремя, а ты который день задерживаешься? Вот Людка, жена моего друга Андрюхи… Она вообще работает на половину ставки. А знаешь почему? - Знаю. - А я сам скажу. Потому что семья для нее дороже какой-то должности. В ответ Полина даже расхохоталась. Потому что знала истинную причину, так как сама лично была знакома с Людмилой. - Нет, не поэтому. - А почему тогда? - Потому что твой Андрюха ее полностью обеспечивает и у нее нет нужны впахивать как лошадь. Тут Виктор сразу же поменялся во взгляде, так как прекрасно понимал, что сейчас полетел камень уже в его огород. А он этого терпеть не мог. Ведь он привык быть всегда победителем во всем. - Это ты на что сейчас намекаешь? - Я думаю, что ты сам прекрасно все понял. Полина даже не собиралась оправдываться перед мужем за свои слова. Виктор и сам знал, что жена более трудолюбивая и целеустремленная. Когда они поженились, Полина и в тот момент не видела в муже рвения к работе, повышению и достижению целей. Есть работа и ладно. Платят зарплату и хорошо. Остальное как-нибудь само сложится. Полина была совершенно другого мнения и считала, что всегда нужно стремиться к лучшему и большему. Если достигла своего финансового потолка, значит надо его пробивать. Не сидеть на месте и не ждать у моря погоды, а искать новые возможности для развития и самореализации. Поэтому так и получалось, что у Полины зарплата была выше в 3 раза, чем у мужа. - Я не понимаю, зачем тебе этот оболтус? От него же толку как от козла молока - не унималась мать Полины, когда они встретились с ней в очередной раз. - Мам, он мой муж и мы уже много лет вместе. - И что? Детей все равно нет. Я бы на твоем месте присмотрелась бы к кому-нибудь на работе и нашла бы себе более перспективного мужика. - Мам, перестань! - Что, мам? Он скоро вообще работу бросит и будет на шее твоей сидеть. Погоди, вот тебе еще зарплату поднимут и увидишь. - Не говори ерунды. - А вот и посмотрим. Потом не удивляйся. Еще придешь ко мне и скажешь, что я была права. Об этом разговоре Полина вспомнила в этот же вечер, когда Виктор сделал ей неожиданное заявление. - С завтрашнего дня я увольняюсь. - В каком это смысле? - А в таком. Надоело мне там работать. Не мое это место. Полина была поражена его заявлению, а с другой стороны предполагала, что так будет. Ничего удивительно. Виктор никогда особо долго не задерживался ни на одном месте работы. Максимум 3 месяца и потом начинал искать другой вариант. Постоянно, да что-то его не устраивало. О какой в принципе стабильности тут идет речь? И это не говоря уже о финансовом и карьерном росте. Это еще раз подтверждало то, что человеку особо ничего не нужно было в этой жизни и его все вполне устраивало. - Витя, тебе не кажется, что это уже слишком? Ты ни на одном месте не задерживаешься. - Нет, не кажется. Вот работаешь ты у себя 5 лет, вот и работай. А я дальше идти хочу. Впрочем, тебе меня не понять. Действительно, такого отношения к жизни Полина не понимала и не хотела понимать. - Ну, так что, поесть будет? - Иди и разогревай себе рис с котлетами. - Я не буду есть вчерашнее - возразил Виктор. - Извини, дорогой, но придется. Раз живем на одну зарплату, значит будем экономить до тех пор, пока ты себе работу не найдешь. И да, забудь про роллы и пиццу. Конечно же, Виктор разозлился. Начал кричать о том, что зарплата Полины позволяет им покупать еду вдоволь. А еще то, что она слишком жадная. Не только обленилась готовить, но еще и продукты покупать не хочет. В свою очередь Полина серьезно задумалась над словами матери. Работу она точно менять не собиралась, а мужа - видимо придется. Особенно, если он и дальше будет продолжать так себя вести. Автор: Елена Скворцова. Хорошего дня читатели ❤ Поделитесь своими впечатлениями о рассказе в комментариях 👇
    2 комментария
    34 класса
    Невероятно нежнейшее печенье из творога. В этом рецепте учтены все нюансы приготовления, а это значит что печенье у вас обязательно получится. Радуйте себя и близких! ИНГРЕДИЕНТЫ: ✅ Творог — 250 г ✅ Пшеничная мука — 180 г ✅ Сливочное масло... Полный список ингредиентов...
    0 комментариев
    2 класса
    Эту сoбaку мoжнo смeлo бpaть в сбopную пo футбoлу⁠⁠
    1 комментарий
    11 классов
    Так Ефим овдовел, оставшись с пятилеткой на руках. Что такое воспитание девочки, Ефиму было неведомо. Всегда доселе Прасковья детишками занималась, он же был добытчиком в семье. А тут девчушка растет, косы лохматые путаются, одежу стирать надобно, а уж про то, что платья надо штопать, Ефим и вовсе не думал. Как управляться ниткой с иголкой он не ведал. На помощь соседка молодая пришла, Алёнка. Вот она лихо управлялась и с уборкой в избе, и с готовкой, и корову ловко доила. А уж как Иринка приукрасилась с появлением женской руки в доме! И косы заплетены, и личико чистое. Не прошло и года, как Ефим позвал соседку замуж. Живым надо жить… Алёнка с радостью пошла замуж за Ефима. Хоть и старше он был её на двенадцать годков, а мужик красивый, ладный, статный. Да и рукастый очень. Сватал её раньше Петр, да вот долго думала Алёнка — пойдет к нему в дом, а там и свекры, и сёстры его. То ли дело Ефим — один в хорошей избе живёт, знать ей, Алёнке, единоличной хозяйкой быть в доме. — Пойдешь за меня, Алёнка? — хлебая вкусные, наваристые щи, спросил будто между делом Ефим. — Пойду, — кротко кивнула она, продолжая вплетать ленту в косу будущей падчерице. Свадьбу играли довольно скромную, обвенчали новобрачных, с соседями посидели, да и к ночи гости разошлись. *** Хорошо относилась Алёнка к падчерице, да вот только покуда общие дети у них с Ефимом не пошли. И чем дальше, тем больше равнодушнее она относилась к дочери мужа. Тут и гражданская грянула, революция прокатилась по стране. Жили будто на пороховой бочке. Никто не знал, что завтрашний день принесёт. А Алёнка всё рожала и рожала детей Ефиму, да вот только чем больше детей появлялось в семье, тем больше мачеха думала о том, что Иринка лишним ртом в доме становится. В 1921 году, когда Иринке шестнадцать лет уж исполнилось, Алёнка ликовала — влюбилась падчерица в Артёмку Ненашева. Да и ему девчонка по сердцу была. — Ефим, ты же с Ненашевым-старшим приятельствуешь, так намекни ему, чтобы сватов засылал к нашей Иринке, — попросила однажды вечерком она мужа. — Ты чего, Алёнка? — он удивленно глянул на жену. — Так малая она ещё. Ты сама женой моей стала в двадцать лет. — Какая же она малая, коли уж шестнадцать годков исполнилось? Всё при ней, созрела уж девчонка для замужества. А коли сейчас такого жениха упустим, где найти нам лучшего? У Ненашевых надел земли хороший, четыре лошади, конь, коровы в стойле стоят, да дом добротный, а уж птицы по двору не сосчитать! Да любая деревенская за него замуж пойдет, стоит ему только свистнуть. Хорош всем Артём, ладный парень, да взрослый, считай, двадцать два года уж парню. — Слыхал я, что в рабоче-крестьянскую армию он записался, вроде же как собирается скоро отбыть, — с сомнением посмотрел Ефим на жену. — Так вот же, Ефимушка, — ласково погладила Алёнка мужа по голове. — Пусть сватают нашу Иринку, а как вернется, так свадьбу и сыграем. Кто знает, сколько он там пробудет. Может полгода, может год, а может и того больше. И дочка наша чуток повзрослеет. — Какая же ты у меня умная, Алёнушка, — он обнял жену. — И за Иринку, как за дочку родную переживаешь. Поговорю, обязательно поговорю с Ненашевым. Только не за Иринку она переживала, а за то, чтобы лишний рот из дома сбагрить. ***** Сватов Ненашевы заслали, сговорились, что когда Артём вернется, тут же свадебку сыграют. Со слезами на глазах прощалась Ирина со своим любимым, обещала ждать и молиться за него. Но прошёл год, а от Артёма весточек обнадеживающих не было. Писал очень редко, казалось, конца и края не будет беспокойным временам. И домой он не собирался. А в конце лета 1922 года в дом Ефима вновь пришли сваты. На этот раз просили они руки Иринки для младшего своего сына, Григория. — Так Артёму обещана дочь моя, — удивился Ефим, увидев будущего свата. — Письмо пришло нам, Ефим Макарыч, — грустно ответил Ненашев-старший. — Не вернется в скором времени Артём. Ира, услыхав эти слова, громко вскрикнула и упала на землю. Когда она пришла в себя, её стали успокаивать. — Жив он, жив. Уехал на Кубань, писал, что вернется не скоро, не в этом году точно. Говорит, шибко остро сейчас, каждый день проживает, как последний. — Я дождусь его, дождусь. Я напишу ему, а вы передадите письмецо моё, — простонала Ира. — Не надо ему писать, — покачала головой мать Артёма. — Другую зазнобу он себе нашел. Забудь о нём. Выходи замуж за нашего Гришку. Нравишься ты ему, почти ровесники вы, он всего на два года постарше тебя будет. А мы там поможем вам во всём, дом поставим, корову и лошадь дадим. Девушка ты хорошая, нам такая невестка нужна. — Я не могу ответ дать, — плакала Ирина. — Мне обдумать всё надобно. **** Думала она недолго. Мачеха и отец наседали с одной стороны, а с другой стороны она всё думала о зазнобе любимого. Он предал её, получается? Не выполнил обещания своего, и про любовь его слова пустыми оказались. Вот так — мечтала о счастье с одним, а жить будет с другим. И осенью 1922 года Ирина выходила замуж за Григория. Не любила она его так, как Артёма, но хорошим парнем Гришка был, на неё смотрел с любовью и восхищением, цветочки полевые по утрам приносил, слова ласковые говорил, так и растопил сердечко молодой жены. В начале 1924 года родился из первенец Иван, а потом один за другим Сергей и Дмитрий. И когда Ирина родила третьего сына, вернулся Артём со своей женой Галиной. Но не было у Ирины ревности или сожаления — Артём сильно изменился, был грубым, много дымил, ругался. И жена ему под стать… А вот Гришу она полюбила всем сердцем. Вскоре Артём и Галина уехали, а Ира с Гришей остались в селе — растили детей, работали в колхозе, в который вступили, отдав большую часть добра. Ненашевы боялись раскулачивания, оттого пожертвовали тем, что у них было, лишь бы жить в покое. Спокойно трудиться и воспитывать детей. Но спокойную жизнь нарушил осенний вечер 1931 года. — Собирай вещи, жена моя родная, собирай детей и самое необходимое и ценное. Нам сегодня ночью надобно дом покинуть. — с порога велел муж, зайдя в дом. — Ты чего, Гриша, уработался? Куда же нам деваться? Да и зачем? — думала она, что пошутил муженек. — Отца с матерью придут арестовывать, и нас могут прихватить. — Да за что же? За что? — Ирина заплакала. — В чём же провинились Андрей Кузьмич и Евдокия Петровна? — Ты же знаешь, отец мой бригадиром на посевной, а мать счетоводом стала месяц назад. Да вот завистников злоба и съела. Написали донос на них, оклеветали. — Какой донос? — Что укрыли они три мешка муки. А знаешь, что за это будет? Кто-то на места их метит… — задумчиво произнес Гриша. — Так ничего же они не брали!- всполошилась Ирина. Она знала своих свёкров как честных людей. — Приедут из города, поищут и ничего не найдут. Вон, Михей, участковый наш, разве же он не осмотрел дом? — В том-то и дело, что Михей предупредил. Подставили отца и мать, в сторожку нашу лесную кто-то муку оттащил. Думается, Пушковы это. Ведь не зря сыновья их старшие вызвались сторожку охранять, пока из города начальство не приедет. — Гриша, это же не могли мама с папой сделать? Нет, точно не могли, — заплакала Ира. — Не могли, — покачал головой Григорий. — У матушки вчера голова болела, отец ходил до Прасковьи в Величковку за травами. Утром проходил, заглянул в сторожку, удочку свою там оставил. Никакой муки не было. А когда вернулся из Величковки, в сторожке уже люд скопился, мол, муку там обнаружили. Кто-то за это время притащил туда мешки. Подставили его. — Значит, им тоже бежать надо, — в страхе произнесла Ирина. — Пусть бегут, а там, когда разберутся, смогут вернуться. — Не побегут, — покачал головой Гриша. — Отец на Бога уповает, говорит, не виноват ни в чем и бегать не собирается. А мы, Иринка, уедем от греха подальше. Знаю я, как разбираются. Нас потом всем селом клевать станут, да еще и из колхоза погнать могут. Нет уж, вот батька монет дал, хватит на первое время, да и добра, которое ежели чего продать можно будет, у нас достаточно. От бабки досталось. Вот это в первую очередь и грузи на телегу. В ту ночь Ненашев Григорий с женой и тремя детьми покинули родное село. Путь их лежал на Урал, где проживали родственники. Вот там и решили они обосноваться и переждать нелегкие времена… Все мечты о счастливом будущем она оставила в доме, который покидали в ночи… ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇 👇 👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ) ⬇
    2 комментария
    11 классов
    - По каким морям? – не поняла Аня. - По обычным, - хмыкнула Наташа. – Фамилия этой рыбы – Палтус. Хоть на экспертизу отдавай. А палтус – рыба морская! - Если я съем еще одно пирожное, я лопну, - проговорила Наташа, - поехали лучше обратно. - Ай, не хочу, - ответила Аня, - Васька мой опять на рыбалку собирается. Это у него целый ритуал. К нему в это время лучше даже не подходить. Пошли лучше в кино! - У тебя дома что, телевизор потерялся? - Нет, но на большом экране! Попкорна возьмем! - Деревенская душа дорвалась до города! – ухмыльнулась Наташа. – Ты еще предложи на каруселях покататься! - Карусели – это уже перебор, а вот кино – самое то! - Ладно, пойдем в кино, - сдалась Наташа, - ты мне вот что скажи, а чего это у тебя мужик весь дом в страхе держит, когда на рыбалку собирается? - Да не в страхе, - Аня неопределенно махнула рукой, - просто становится шумно и суетливо. Крючки, наживки, лески, удочки… Бегает туда-сюда! - Заядлый рыбак? - Еще какой! Ого! Видела бы ты его. Из дома выходит на свою рыбалку, будто человечество от голода спасает! Что ты! - Дурацкое хобби, - Наташа помотала головой, - рыба эта вонючая, костей в ней немерено! Сначала чисти, потом жарь! Лучше уже в магазине купить филе и не париться! - Нет, тут у нас взаимопонимание, - ответила Аня, - сам наловил, сам чисти и готовь. Я только ем! - А часто он у тебя на мокрый промысел ездит? – спросила Наташа. - Когда, как. Иногда раз в месяц, а когда у него что-то там из рыбного идет, так и каждые выходные. - А ты вот так спокойно его отпускаешь? – удивилась Наташа. - Ну, да. А что? – не поняла Аня. – Уезжает грустный, приезжает довольный. Небритый, грязный, весь в тине и с рыбой. Какие вопросы? - У меня никаких, у тебя должны были возникнуть! – заметила Наташа. – Смотри, поедет на рыбалку, а подцепит русалку! Будешь потом локти кусать, что за мужем не досмотрела! - Наташ, ты меня извини, но я доверяю мужу, - серьезно проговорила Аня. – И это правильно. А если доверия нет или ревность зашкаливает, так зачем такие отношения? Нервотрепки, подозрения, опасения. Портить себе нервы можно и на работе, а дома должно быть тихо, спокойно и уютно! - Думай, что хочешь, - Наташа отмахнулась, - я тебе статистику скажу: половина таких вот заядлых рыбаков даже удочки не разматывают! Подумай над этим! - Ладно, статистическое бюро, в кино пойдем? - Ладно, пошли, - сдалась Наташа. *** - Вот я рыбы наловлю и семью всю накормлю, - мурлыкал себе под нос Вася, укладывая снасти. - Сильно много не лови, из ушей скоро попрет! – подпела Аня, когда вернулась из вояжа в город. Вася рассмеялся: - Это уже как пойдет! Если Димка сначала купаться полезет, так клев только к вечеру и будет. - А ловить будет некому, - это Аня намекнула на канистру, куда Вася слил горячительное. - Такое тоже может быть! – и снова рассмеялся. - Аккуратней вы там, - сказала Аня, - за буйки не заплывайте! - А нам море по колено, океан нам по… кхе, по пояс! – Вася вовремя исправился. – Не извольте беспокоиться, мы за безопасный отдых! - Особенно когда твой Костя пьяный палатку завалил, и вы в два часа ночи ее заново ставили, - припомнила одну из историй, что Вася привозит с рыбалки. - Это был форс-мажор, и он за это уже получил! *** Рано утром, он чмокнул жену в щеку и отбыл на старом УАЗике, а Аня еще два часа проспала до работы. У Васи был своеобразный график работы. Если ему нужны были три или четыре выходных дня подряд, чтобы съехать на рыбалку, они у него были, но иногда он подряд работал десять, а то и двенадцать дней. Да и выходные выпадали не по графику, а как Бог на душу положит. А Аня работала по стандартной пятидневке. Поэтому явление мужа с рыбалки чуть ли не каждый раз было сюрпризом. И этот раз не стал исключением. Пришла Аня с работы, а на кухне Вася уже чистит рыбу: - Анюточка, привет! – крикнул он. – Я сейчас такой ушицы сварганю, пальчики проглотишь! А завтра можно на запруду съездить, на углях щучку пожарить! - Ну да, муж с рыбалки, начинаются рыбные дни! – усмехнулась она. - Так это же замечательно! Полезно, вкусно и я сам все готовлю! - Одни плюсы! – рассмеялась Аня. *** - Вкусная рыбка, - одобрила Наташа, - где купила? - Что значит, где купила? – удивилась Аня. – У меня в доме целый рыбак живет! - И давно он у тебя по морям разъезжать стал? – поинтересовалось с лукавой улыбкой Наташа. - По каким морям? – не поняла Аня. - По обычным, - хмыкнула Наташа. – Фамилия этой рыбы – Палтус. Хоть на экспертизу отдавай. А палтус – рыба морская! Аня соображая, переводила взгляд с рыбы на подругу и обратно. - Я тебе говорила, что рыбалка это очень специфическое хобби, но у тебя же доверие! Вот и лопай морскую рыбку, которую твой Вася умудрился в реке выловить! Аня подавленно молчала. - Приготовлено очень вкусно, Васе передай, что он молодец! А я пойду, пожалуй, тебе есть о чем подумать. Аня и задумалась. И мысли у нее в голове бродили от безобидных, что рыбалка не удалась, а Вася постеснялся явиться без улова, до страшных, что для него рыбалка стала прикрытием для чего-то очень нехорошего. Как ни хотела Аня не вмешиваться в ситуацию, но выкинуть из головы имеющийся факт она не могла. Проблема «рыбаков» в интернете оказалась не нова, а отлавливали таких товарищей с помощью приложения геолокации. «… Девочки, - писали на форумах, - не терзайтесь муками совести! Лучше знать, где ваш муж и с кем, чем потом решать неподъемные проблемы с разводами и дележкой имущества!...» А Аню как раз и накрыла моральная сторона вопроса. - Следить за собственным мужем и при этом говорить о доверии? - Лицемерие чистой воды, - соглашалась Наташа, - но другого варианта все равно нет. - Не знаю, не знаю… - Дело твое, - Наташа ткнула в нее пальцем, - но не ты ли говорила, что главное спокойствие без нервов. Пусть поступок не совсем этичный, но лучше проверить и спать спокойно. Аня установила в телефон мужа нужное приложение, когда он был в бане, и даже проверила его на следующий день. - Работает! – обрадовалась, а потом поняла, что это не повод для радости. – Что ж, посмотрим. Только смотреть было не на что. Вася постоянно работал. А если брал выходной, то один день. И, естественно, ни о какой рыбалке и речи не шло. *** А через полтора месяца он засобирался на рыбалку. Но не так, как обычно, с шутками, песнями и прибаутками, а грустно, скомкано и обыденно. - Вася, все нормально? – спросила Аня. - Да на работе заколупали! Андреевич какие-то нормы новые придумал, требует, не пойми чего, - он отмахнулся. – Вот съезжу на рыбалку, развеюсь, отдохну… - Хорошо, Вася, - кивнула Аня. Про приложение даже не вспомнила. *** Вечером, по дороге с работы ее нагнал Васин приятель Костя: - Анька, хватит гайки закручивать! – накинулся он на нее. - Чего? - Говорю, хватит Ваське запрещать на рыбалку ездить! Что с тобой случилось? Раньше разговора поперек не было, а сейчас он у тебя на привязи, что щенок сидит! Душа рыбака, она свободу любит! Удавится он на привязи, как есть удавится! - Так я же… - начала говорить Аня, да вовремя сообразила. – А не твое дело! Ты своей жене будешь указывать, как себя вести, а со своим мужем я сама разберусь! - У, ты какая грозная, - проговорил Костя, - загнала Ваську под каблук! Вот так лучшие люди и кончаются для общества! А дома, первым делом, Аня влезла в телефон, посмотреть, где ее благоверный рыбу ловит. Точка на карте толком ничего не дала. Дикое место, правда, возле реки. Аня прыгнула в машину и полетела по координатам. *** - Васенька, а чего ты тут? – спросила она ошарашено. - А ты чего? - Я тут подумала, у вас тут рыбалка, - ответила она растерянно. - Ага, вон, одна за одной, только таскать успевай! – ответил он хмуро. Аня нашла его на берегу реки. Но он не ловил рыбу, а просто сидел на берегу и смотрел на воду. Ни палатку не поставил, ни снасти не достал, ни костер не распалил. Просто сидел на берегу в гордом одиночестве, отрешившись от мира. - Васенька, с тобой все нормально? – спросила Аня, все так же встревожено. - Анюта, проблемы заели, - он тяжело вздохнул, - съехать решил от людей, перезагрузиться. Достало все! Андреевич еще этот… - Мне остаться или домой вернуться? – спросила она. - Едь лучше домой, - сказал он сухо, - потом, если надо будет, поговорим. *** - Эх, Наташка-Наташка, накрутила ты меня, почем зря, а Васю проблемы заели. Съездила я к нему на рыбалку, а он в печали на берегу реки сидит. Совсем один! И не пьет даже, просто сидит! - Так это хорошо, меня ты в чем обвиняешь? - А в том, что с такими советами я могла сначала скандал устроить и жизнь семейную поломать! А потом уже винить некого было бы! - Так радуйся, что ты продуманная! Теперь знаешь, чего он рыбу покупает. Плохо ему. Вот и утешать будешь, как он тебе морского чего с рыбалки принесет! - Ну да… *** И полетели недели-месяцы. То Вася карасей ведро принесет, то щучку. А то и камбалу. Только внимание Аня не заостряла. Понимала, что Вася просто отдыхать ездил, без рыбных дел. Очередная рыбалка Васи совпала с Аниным выходным. От скуки залезла она в приложение, чтобы узнать, в каком пруду муж портки мочит, а оказалось, что не в водоеме, а посреди небольшого поселка. - Интересно, - проговорила Аня, - ожидая, когда точка двинется по карте. До самого вечера точка не сдвинулась, а вечером сделала круг к трассе и вернулась. - Надо ехать, - решила Аня. Съездила на свою голову. Увидела. Сфотографировала, да обратно вернулась. А когда через три дня вернулся Вася, она предъявила фото и спросила: - Сразу сказать не мог, что у тебя семья на стороне? - Ань, там вышла такая глупость, - говорил он, опустив голову, - мы с рыбалки под вечер заехали туда за добавкой. Костя все вылакал. Взяли два литра, да и остались переночевать. Там как-то непонятно все получилось, но было и забыли. А потом она меня ребенком к стене прижала и говорит, или так помогай, или в суд пойдем. - А ты решил, что будешь помогать? – спросила Аня. - Ну, как-то, да, - пробубнил он, - через суд, оно же вскроется. Алименты там, ну и так далее. - Я двоих детей видела, - сказала Аня, - Мальчик двухлетний и грудничок. Твой какой? - Мальчик сразу получился, - прошептал Вася, - а второй тоже мой. Ну, получилось так. - Ясно, ты ночуешь в сарае, завтра едем в загс и разводимся, - спокойно сказала Аня. - Ань, может, как-нибудь так жить будем? Она на него посмотрела холодно, как на постороннего: - Нет, Вася, как-нибудь так, ты с той женщиной живи и детей расти. А я пятой лишней быть не хочу. Автор: ГЛУБИНА ДУШИ. Хорошего дня читатели ❤ Поделитесь своими впечатлениями о рассказе в комментариях 👇
    1 комментарий
    14 классов
    Этот бобик оказался в кошачьем раю 🥰
    3 комментария
    27 классов
    Часто заговаривал о новой медсестре из их отделения. Виталий называл её "моя медсестричка". С чего бы? Все эти перемены в поведении родного мужа ничего хорошего не сулили. Кира предположила, что у Виталия появился "запасной аэродром". И она решила наведаться к мужу на работу. Прояснить ситуацию. Вообще, она редко посещала мужа на рабочем месте. Атмосфера роддома никак не радовала Киру. Там в любое время суток крошечная жизнь вступала в свои права. Умиротворенные мамочки, разрешившиеся от бремени; орущие новорожденные; очумевшие папы с цветами; шумные родичи... Все это наблюдать для Киры было мучительным испытанием. Она навсегда, как ей казалось, была лишена таких радостей. Кира тактично постучала в кабинет мужа. Мало ли? Зачем быть некстати? Услышала:"Войдите". Осторожно вошла. -Ты чего, Кира? - удивился Виталий. -Ничего. Соскучилась. - играла Кира. -Что-нибудь случилось у тебя? - недоумевал Виталий. -У меня? Ничего. А у тебя, мой муж? - продолжала Кира. Но вдруг в кабинет (без стука!) ворвалась девушка. Она была в белом халате и белом колпаке. Довольно красивая. Кабинет врача наполнился манящим ароматом духов. Не обращая никакого внимания на Киру, пахнущая девушка заговорщически произнесла:" Виталий Викторович, наш уговор в силе? Сегодня у меня?" Виталий не дал ей договорить:"Познакомься, Вика, это моя жена." -Ой, простите! Я подумала - это Ваша пациентка. Очень приятно. - ретировалась Вика. -Мне тоже. - процедила Кира. Вика пулей выскочила из кабинета, аромат остался благоухать. -Что скажешь, Виталий... Викторович? - обомлела Кира. -Давай дома поговорим. У меня уйма работы. - отрезал Виталий. -Я вижу. То есть, ты даже не попытаешься оправдаться? - ядовито-спокойно продолжала Кира. Сейчас она готова была обманываться сама. "Соври же, хоть чуть-чуть, и я поверю!" - мысленно просила Кира. В кабинете зазвонил телефон. Виталий на первом же звонке схватил трубку. -Алло! Да, бегу, бегу! - затараторил он. Кира поплелась домой. Нет, слезы не душили. Их не было. Пустота и все. "Ну вот, увидела соперницу - его "медсестричку". Такая ни перед чем не остановится. Красивая. У мужа моего отличный вкус. И духи у этой Вики со вкусным запахом. Наверное, Виталик подарил. Сама бы не купила. Дорого." С "опущенными крыльями" Кира доплелась до дома. Вечером предстоял нелегкий разговор с мужем. Однако, Виталий пришел только под утро. Кира не поинтересовалась, где был. И так яснее ясного... У Киры внутри все задрожало и оборвалось. "Это крах!" - подумалось. Виталий молча и виновато стал собирать и складывать в сумку свои вещи. Когда сумка была наполнена, Виталий подошел со спины к жене, чтоб не встретиться глазами, приобнял и заговорил:"Кирочка, прости! Жизнь у нас с тобой какая-то бесцветная. А годы идут. Я все же хочу детей!" -Да, ладно, хватит перепиливать опилки! Знаю, я - пустоцветик. Желаю вам любви и наследников. Прощай, Виталик!" Дверь захлопнулась. Кира подошла к окну. Сквозь занавеску увидела, как Виталик садился в такси. Рядом с ним сидела Она. Разлучница. Уехали. Кира сварила кофе, зажгла сигаретку. Она попыталась оправдать мужа в своих же глазах. "Он сделал для меня все, что было в его силах. Намучился, бедный. Хотел иметь полноценную семью. Просто наш брак был построен на песке. Я бы никогда не смогла подарить мужу ребенка. Черт возьми! И все же..." Казалось, счастье промелькнуло окончательно и бесповоротно. Любовь к мужу продолжала дышать, она была жива. Ничто и никто не мог заставить её умереть. Со временем, Кира от общих друзей узнала, что Виталий стал папой. Его медсестра родила девочку. "Представляю, как счастлив Виталий! Дождался ребеночка. Господи, мне 27 лет! Неужели, на мою долю ничего не посеяно в этом мире?" - сокрушалась Кира. Она уже было смирилась со своим бесплодием... Что делают женщины в таких случаях? Правильно, упорно занимаются карьерой. Кира была исключением. Она хотела взять ребенка из детдома. Не дали. У нее "неполноценная семья". Хотела уйти в монахини. Пожила в монастыре месяц. Однажды к ней подошла монашка "со стажем" и посоветовала:"Девонька моя! Рано тебе сюда. Живи пока в миру. Твое счастье близко- близко!" Кира почему-то поверила этой женщине. И сердце стало купаться в надежде. О, всеисцеляющее время! В личной жизни Киры стали происходить приятные перемены. Она в театре (подруга пригласила) познакомилась с мужчиной. Он как-то сразу расположил к себе. Хотелось всю свою жизнь ему рассказать. По капельке. До капельки. Ничего не утаив. Он, ведь, поймет. Такого не сразу сыщешь. Что касается мужчины-театрала, так он сразу влюбился в Киру. Долгих свиданий не было. Чего медлить? И Кира и театрал (Саша) были давно готовы к семейной жизни. Кира, имея плачевный опыт, перед свадьбой предупредила Сашу о своем ...изъяне. Жениха это признание не остановило. В день свадьбы он шепнул на ушко своей невесте:"У нас все получится. Вот увидишь. Я верю! В беде и в радости я с тобой, моя Кирюша!" Через семь лет у Киры и Саши было трое детей. Две дочки и сынок. Кира смеялась:"Саня, может, остановимся?" Саша влюбленно смотрел на жену:"Как Бог даст, милая!" В этой семье поселилось безбрежное счастье. Навсегда. Как-то Кира, гуляя с детьми по парку, заметила Виталия. Они не виделись десять лет. Позвала. Виталий не сразу узнал свою бывшую жену. Потом заулыбался, посветлел. -Ты ли, Кира? Как похорошела! Я так рад встрече! Наслышан о твоей семье... Молодцы вы с мужем! Вижу, сын твой очень похож на свою маму. А дочки, наверное, в папу? - как-то сконфуженно говорил Виталий. -Да, муж у меня чудесный! Меня любит. И я его боготворю. Всей душой! - с гордостью отвечала Кира. -А как ты, Виталик? Дочка, поди, уже выросла. - поинтересовалась бывшая жена. -Нет никакой дочки, Кирочка. - улыбка сошла с лица Виталия. -Может быть, объяснишь? - удивилась Кира. -Виноват я перед тобой, Кира! Как говорится, "в море туманы, в мире обманы". Обвела меня вокруг пальца моя вторая жена. Та же медсестра. Родила девочку, да не мою. Кареглазую. А мы с женой голубоглазые. Ежу понятно - ребенок не от меня. Здесь и гинекологом не надо быть. Сразу-то не определишь. Все дети рождаются голубоглазыми. Прошло полгода и все прояснилось. Дочка не моя. Жена покаялась. Мол, хотела своему будущему ребенку отца. Биологический-то отказался от него. А рядом кругами я ходил. Вот и попался в её сети. Короче, разбежались мы с медсестрой. На обмане жизнь не построишь. Вернулся в отчий дом. Мама допыталась у меня обо всем. Я выговорился. Мама "пожалела" меня и призналась. Оказывается, в раннем детстве, я переболел свинкой, и детей у меня не может быть. Последствие этой болезни - бесплодие. Полная стерильность. А я столько лет мучил тебя, дурак! Выходит, "пустоцветик"- это я! -Не переживай, Виталик! Ты ведь, как врач, помогаешь женщинам стать мамами, а малышам - прийти в этот мир! Разве мало? - попыталась успокоить бывшего мужа Кира. -Спасибо за теплые слова, Кира! Слава Богу, у меня, все же, появилась семья! В моем отделении молодая женщина родила мальчишку. Мужа у нее нет и не было. А мальчик славненький! Разговорились с роженицей. Поближе познакомились. Ее Олей зовут. Ты знаешь, Кира, я вначале её сынишку полюбил. Что на меня тогда снизошло? До сих пор не пойму. Родной комочек. Такой беззащитный... Мое и все тут! Словом, решили вместе с Оленькой воспитывать сынишку. О своих проблемах Ольге исповедался. Она приняла эту ситуацию, как судьбу. А недавно повенчались с Оленькой. Нас теперь трое! Понимаешь? - взахлеб рассказывал Виталий. -Понимаю. Как никто, понимаю... (Автор: Яла ПокаЯнная)
    2 комментария
    31 класс
    Оставалось всего несколько шагов до подъезда, а он смотрел на окна соседнего дома, пытаясь понять, у себя ли сейчас Вероника, и дома ли Эмма Эдуардовна. «Наверное, это неправильно, — подумал он, — но отец, Таня и мама Вера простят и поймут». Дорогие друзья, вы читаете историю, которая началась в конце 80-х. Иван сорвался с места и, перепрыгивая через ступеньку, оказался на пятом этаже соседнего дома. Так хотелось верить в чудо… и оно свершилось: дверь открыла Ника. В легком платье, с распущенными волосами, такая же стройная, но чуть повзрослевшая за два года. — Ника! – Иван схватил девушку за талию, закружил прямо на лестничной площадке. — Сумасшедший, отпусти, — тихо смеясь, просила она, — мама дома, — шепнула Ника. — Ну и что?! Ника, ну и что? Я же говорил: отслужу и поженимся?! Так и сделаем! Пошли завтра в ЗАГС! — Это кто там жениться собрался? – на пороге появилась Эмма Эдуардовна и разочарованно окинула Ивана взглядом. – Снова за старое? Два года от тебя отдыхали, так он снова ту же шарманку закрутил. Не видать тебе Ники, как собственных ушей. — Эмма Эдуардовна, здравствуйте! Раньше вы говорили, что молод еще. Так вот, двадцать лет мне уже, в институт поступлю, подрабатывать у отца в автоколонне буду, — не сомневайтесь, я смогу Нику обеспечить. — Сможет он! Вот когда сможешь, тогда и придешь свататься. А пока ты еще гол как сокол, нет у тебя ничего, и не позволю Нике мыкаться с тобой по съемным квартирам. — Мам, ну ладно, — Вероника смотрела то на Ивана, то на мать, — я же не выхожу замуж завтра… — Ни завтра, ни послезавтра, ни через год ты за него замуж не пойдешь, потому что это не твой вариант, и он всегда будет только обещать учиться, работать, но так и останется нищетой… — Ну почему? – Ника смотрела как-то жалостливо. — Да потому что семья у них такая! — Семью не трогайте! Вам никто плохого не сделал, — впервые за эту встречу вспылил Иван. — Ну, еще не хватало, я тогда вас в порошок сотру, — и она взяла Нику за руку: — Быстро домой! – Дверь захлопнулась перед Иваном, и он с испорченным настроением пошел домой. — Ванька! – Таня радостно заверещала на всю квартиру. – Маам, дядя Сеня, Ваня приехал! — Что?! Когда? А позвонить? Мы бы встретили! — Арсений Валентинович, еще моложавый, стройный с небольшими вкраплениями седины на висках, буквально сграбастал сына. Вера Сергеевна обняла, касаясь еще не отросшего ежика его светлых волос. – Ванечка, ну какое же счастье, а мы так переживали, так переживали… думали, ну когда же ты домой… — Все нормально, мама Вера, все нормально. Иван умывался в ванной, фыркая и разбрызгивая воду, ему казалось, что даже вода дома особенная. Он соскучился по дому, по отцу, по Тане, по Вере Сергеевне. А ведь еще восемь лет назад все было по-другому. Ваня в штыки принял новую жену отца с ее дочкой Таней. Память о матери еще была так свежа, и так не хватало ее ласковых рук, что присутствие чужой женщины словно подменило мальчишку: он стал неуправляемым, грубым, замкнутым. Уговоры не действовали, а намек отца на ремень еще больше вселял ненависти в него. Самые частые ссоры случались с Таней, которая была старше Ивана на два года, — никак не хотел делить письменный стол с дочкой новой жены отца. Отец нервничал, Вера терпеливо уговаривала подождать, когда мальчик привыкнет, и на все жалобы за несносное поведение Ваньки, она просила дочь уступать и потерпеть еще немного, сочувствуя, что родная мама Вани умерла в столь молодом возрасте. Наконец мир в новоиспеченной семье настал. Ваня с Таней неожиданно подружились. А произошло это во дворе, где Таню обидел верзила с соседней улицы, толкнув девушку так, что она упала. Ваня как раз возвращался из школы, и кинулся на защиту не раздумывая, забыв в этот момент, что терпеть не может Таню и ее мать Веру Сергеевну, поселившихся в их доме. Но Таня была тогда такой беззащитной, с грязными разбитыми коленками, что Ванька кинулся на верзилу с кулаками и даже успел первым нанести удар, а потом уж оказался на земле. В тот же вечер на семейном «допросе» они оба молчали как партизаны о своих синяках, пока Таня не сдалась. – Это Ванька за меня заступился. – призналась она. Родители не поверили, но отстали с вопросами. И вот сегодня он вернулся в семью, туда, где его ждали и любили. Вечером на кухне было шумно и душно. Арсений, смеясь над очередной шуткой Лёвы, пошел открывать форточку. Прохладный воздух с улицы сразу ворвался в небольшое помещение. — Давно бы так, — одобрительно кивнул Лев Эдуардович, вытирая испарину со лба, — а то мы тут надышали. — Ну, ты посмотри, какой у меня сын! – Арсений с гордостью кивнул в сторону Ивана, — каков молодец! — Хороший парень вырос, — поддакивал Лев Эдуардович. — Ешь, Лёва, — Арсений Валентинович пододвинул тарелку с котлетами, — дефицит замучил, кильки и той не всегда купишь, — вот времена настали. Но ради такого случая гуляем! Может, когда-то вспомним про эту треклятую перестройку… — Угу, — Лёва уплетал за обе щеки, соглашаясь с хозяином. — Сеня, директор у меня сущий подлец оказался, уволил все же, говорит народа слишком много, нечем зарплату платить. — Лёва, не переживай, поговорю с начальником, возьмем тебя в нашу автоколонну, я все же заместитель. Хочешь — водителем, а хочешь — автослесарем. — Похлопочи, Сеня, век не забуду, ты же знаешь, я не подведу. А я, со своей стороны, как говорится, постараюсь повлиять на сестру Эмму, чтобы племянницу Нику замуж за твоего Ваньку отдала. Арсений нахмурился: — Невзлюбила она моего сына, нос воротит, — он стукнул кулаком по столу. Вера Сергеевна стала гладить его по плечу, будто успокаивая. — Ничего, Верочка, я в норме, не переживай, прелесть моя, — и он, повернувшись к ней, чмокнул в щечку. — Дядя Лёва, а может не взамен за добро, а так просто, от души, поможете… поговорите с Эммой Эдуардовной. Скажите ей, что я в институт поступаю и подрабатывать буду у отца. Правда, пап? Возьмешь на подработку? — Ну, а куда деваться, раз жениться надумал, надо же тебе семью кормить. А в институт поступай, с детства камни изучал, вон целая коллекция у тебя. Учись, раз уж бредишь геологией. — Ох, Ваня, тяжело это будет, но мы поможем тебе. — Это уж точно тяжело, угораздило же тебя влюбиться в Нику, — сказала с сожалением Таня, у которой уже был жених. Бегаешь за ней уже пять лет, а что из этого получится, неизвестно. — Тань, не начинай, ты же знаешь, для меня только Ника существует – она у меня единственная. Таня вздохнула, в кухне на несколько секунд повисла пауза. – Знаешь, меня как-то пугает это слово «единственная», особенно, когда ты так говоришь. — Ну, а что же в этом плохого? – спросила Вера. – Единственная – это же верность, любовь, это на всю жизнь. — Это у него, мама, на всю жизнь, а у нее – неизвестно. Да еще Эмма Эдуардовна категорически против. — Да бросьте вы, поговорю я с сестрой, согласится, куда она денется, — объявил громогласно Лев Эдуардович. *** Отец и Вера Сергеевна уговаривали Ивана отдохнуть хотя бы с месяц: — Имеешь законное право на гражданке пару месяцев «лодырничать». Разрешаю, сын! — Нет, папа, мне надо в институте восстановиться, все-таки геология — это мое. Мечта у меня такая геологом стать. Арсений Валентинович хмыкнул: — Одобряю! Образование надо получить, толковый ты, Ванька, так что учись! Для Ивана неизвестные камни были с детства интересны, в местном музее он выучил наизусть все названия. А впрочем, ему и учить не надо было, так запоминал. Он с азартом рассказывал о редких минералах Тане; а она терпеливо слушала, иногда пропуская мимо ушей сложные названия. Ванька обожал ее за это: никто из близких не подставлял свои уши под Ванькины рассказы о минералогии так, как Таня. В коридорах ВУЗа было пусто, шли занятия, а в некоторых аудиториях уже экзамены, — заканчивался учебный год. Ивану навстречу попался преподаватель геологии. — Здравствуйте, Ростислав Романович! Вы, наверное, не помните меня? — Хороших учеников я всегда помню, здравствуй, Иван! Дай угадаю, зачем пришел: восстановиться хочешь… — Точно! Хочу учиться! — Тогда давай с документами сначала ко мне на следующей неделе, посмотрим, что можно сделать. Иван, окрыленный встречей, возвращался домой, зная, что вечером встречается с Никой. ______________ — Никуся, ну что, так уж он тебе нравится? – Эмма, усевшись в свое любимое кресло, с теплотой смотрела на единственную дочь. – А как же Вадик? Мне кажется, достойный мальчик. И такой терпеливый, давно по тебе вздыхает. — Вадик непонятный какой-то, ничего конкретного не говорит; может подарить цветы, сказав «это тебе» и тут же удалиться, как будто боится, что я скажу что-нибудь в ответ. — Правильно, так он отказа твоего не хочет слышать. Имей ввиду, он уже работает, Нина говорила, что на хорошем счету, жилье ему родители помогут приобрести… — Мама, это потому что тетя Нина – твоя подруга, вот и хочешь ты меня за Вадика выдать. Эмма вздохнула. – У Ваньки твоего тоже семья неплохая, но не готов он сейчас к семейной жизни. Вот что он тебе может дать? На сегодняшний день ничего. – Эмму вдруг осенила догадка: — Слушай, Ника, поставь ему условие: пусть хотя бы денег на приличную свадьбу заработает. Это и будет ему проверкой. — Он и так на подработку к отцу устраивается… — То подработка, а я про работу настоящую. Пусть денег заработает! Ника медленно расчесывала свои длинные волосы, задумчиво глядя в окно. – Мне он и без денег нравится. — Дурочка моя, это сейчас, а потом быт, неустройство жизненное все соки из тебя вытянет. Если любит, пусть уже сейчас покажет, на что способен. Ну, а я уж закрою глаза на свои антипатии. — И ты не будешь против, чтобы мы поженились? — Женитесь! Лишь бы было на что жить. ________ Иван почти договорился о восстановлении в институте, когда Ника осторожно начала разговор о будущем. — Знаешь, Ваня, съемная квартира – это временный вариант. А потом что? где мы будем жить? Только не говори, что ты все придумаешь. Может сначала денег заработать? Иван, обхватив Нику за плечи, коснулся губами ее мягких, шелковистых волос. – Конечно, я же буду подрабатывать вечерами, если надо, грузчиком могу. — Нет, не подрабатывать, а работать весь день или посменно, ну, в общем, по-настоящему. Иван задумался, лицо стало серьезным: — Сейчас и зарплат хороших нет, к тому же я в институте восстанавливаюсь… — Ну, тогда это надолго, пока учеба — семейной жизни не видать. – На лице Ники появилось разочарование, она даже слегка отодвинулась от Ивана. — Ну почему, почему нельзя все совмещать? Я же люблю тебя! А ты? Ты ведь тоже писала мне, что любишь. — Ванечка, так и есть. Но ты пойми, что мама впервые, ты понимаешь, впервые сказала, что она не против нашей свадьбы. Надо просто показать, что мы самостоятельные, что ты не вчерашний мальчишка, карауливший меня у подъезда, а настоящий мужчина. — Чтобы быстро и много денег, надо на Север ехать, а это значит, накроется моя учеба медным тазом. — Ну не в этом году, так в следующем поступишь, никуда не убежит твой институт. Иван снова обнял девушку: — Что же ты со мной делаешь? Я же не хочу с тобой расставаться, ты же у меня единственная. Понимаешь, единственная навсегда. Поехали тогда со мной? — Куда? — На Север. — Ваня, я же учусь, на четвертый курс перешла. — Ладно, посмотрим, что можно сделать. ___________ — Ты вообще думаешь, что говоришь? – Таня выглядела разъяренной, услышав, что Иван едет на Север за длинным рублем. – Ты только что из армии пришел, документы в институт подал, учиться хотел. Что с тобой сейчас? Дядя Сеня, скажите вы ему, запретите ему! Арсений Валентинович был и удивлен, и растерян: — Ванька, не валяй дурака! Знаю, зачем тебе ехать, озолотиться хочешь. Так ведь я помогу тебе, и на свадьбу денег дадим, и квартиру помогу снять. — Ваня, прошу тебя, — Вера Сергеевна почти взмолилась, — не делай этого, не ломай свои планы, не соглашайся на надуманные условия. — С чего вы решили, что они надуманные, это нормальный жизненный подход. — Ты же геологом мечтал стать, – спросила Таня с дрожью в голосе, — или хочешь отказаться от своей мечты? — Пойми, что Ника – это тоже моя мечта, и я знаю, если она меня из армии дождалась, то и с заработков дождется. — Ты понимаешь, что там могут обмануть, не заплатить, посмотри, какой бардак в стране делается. Тогда уж вкалывай здесь, дома. – Сказал отец. — А куда я могу здесь устроиться? Нет у нас связей, сами пробиваемся. Ладно, хватит, раз решил, значит поеду. — Ваня, ты это серьезно? – Ростислав Романович с удивлением смотрел на Ивана. – Мы только что договорились, ты приступаешь к учебе. Что за столь крутой поворот в твоей жизни? — Ростислав Романович, поторопился я к учебе вернуться, надо встать на ноги, поработать немного. — Слушай, Иван, это тебе не в жмурки в детском саду играть, тут второго раза может и не быть. И я в следующий раз не пойду за тебя хлопотать, так что можешь и ни с чем остаться. — Простите меня, но мне надо это сделать. Ростислав Романович, махнув безнадежно рукой, пошел, не оглядываясь на бывшего студента. ___________ Норильск встретил Ивана неприветливой погодой, холодным хиусом. «Это все временно», — думал он, получив направление на комбинат и в общежитие. Комната досталась довольно просторная — три кровати умещались свободно. — Ренат, — представился молодой мужчина лет тридцати, — устраивайся, места всем хватит. — Серега, — невысокий парень, кровать которого стояла у окна, протянул руку. — Ну что, мужики, платят хоть здесь? – спросил Иван, разбирая сумку. — Через раз, — ответил Ренат, — а что делать, семья дома, кормить надо. — А мне ничего, нравится, думаю вот поджениться здесь. — Как это «поджениться»? – Иван с удивлением смотрел на Серегу. — Ну, вроде на время, есть тут у меня одна, — все же лучше, когда теплая постель и борщ на столе. — А дома жена что ли есть? – Иван до конца не мог понять, что имел в виду этот невысокий парень. — А что жена? Жене деньжата достаются – большая часть. Ты, я гляжу, пацан еще против таких дел. Но ничего, здесь обвыкнешься, тоже кого-нибудь найдешь. — Я? Нееет, у меня девушка есть, невеста. Серега расхохотался. — Слушай, перестань над парнем насмехаться, — лицо Рената стало суровом, — если у тебя ничего святого нет, то это не значит, что все остальные также легкомысленно относятся к семье. У тебя даже понятия нет «любимая женщина». Иван присел на кровать, где лежал комплект постельного белья, и с тоской подумал, что, не успев приехать, соскучился по Нике. Иван считал, что ему повезло с соседями по комнате: Серега хоть и был, на первый взгляд, насмешливый и бесшабашный, оказался вполне сносным парнем. А Ренат подкупил Ивана своей мудростью, что, казалось несвойственно его годам. Спокойный, рассудительный, он не обидел ни единым словом, всегда готов был протянуть руку помощи. В личную жизнь Сереги никто не лез, хотя его слабость к женскому полу невозможно было не заметить. – Тебе вообще нельзя уезжать из дома, — говорил Ренат, — как только за порог, сразу про семью забываешь. Серега только посмеивался, и настолько осмелел, что начал приводить девчонок в комнату, — конечно, когда Ваня и Ренат отсутствовали. Но однажды Иван услышал посторонний шум за дверью, там, в коридоре. А сама дверь в их комнату то приоткрывалась, то захлопывалась. Он рывком открыл ее, и увидел у самого порога девушку, испуганный взгляд которой невозможно было не заметить. — Да подожди ты, — Серега схватил ее за руку, — сейчас я тебя провожу, — сказал он ей и бросил недовольный взгляд на Ивана: — Не вовремя ты пришел, братан. — Вроде бы гостья не хочет, чтобы ты ее проводил, — с такими словами Иван обратился к Сереге, — отпусти девушку. Серега усмехнулся: — Подумаешь, недотрога, да у меня таких целый вагон и маленькая тележка. Девчонка, схватив пальто, выскочила из комнаты. Иван вышел за ней. – Подождите, темно на улице, давайте хоть до остановки провожу. Она повернулась к нему с полными слез глазами. – Стыдно, вот честное слово, стыдно! Поверила ему как маленькая девочка, ведь Сергей клялся, что он не женат. И он действительно предложил погреться, потому что сами понимаете, на улице жуткий холод. Иван смотрел, как она надевает шапку, и только сейчас заметил необычное сочетание темно-русых волос и голубых глаз девушки. Конечно, это не редкость, но ее внешность бросалась в глаза — неудивительно, что Серега запал на такую девушку. Даже волнуясь, она была обаятельной. Наверное, многие обращают на нее внимание, но только не Иван. Для него это просто девушка, которая чуть не попала в беду. — Я провожу! – Решительно сказал он, и они пошли по заснеженному городу. Из короткого разговора он узнал, что девушка работает лаборантом на том же комбинате, что и Ваня, заочно учится в институте. — Ну, тогда увидимся, значит, — по-дружески сказал Иван, когда она входила в автобус. — Как вас зовут? – крикнула девушка. — Иван! — А меня Люба. – Двери автобуса закрылись, и Иван не успел больше ничего сказать. «Люба» — повторил тихо Иван. Он даже улыбнулся, сам не понимая, от чего. И тут же вспомнил Нику и щемящая тоска, почти боль, появилась где-то в груди. Он звонил ей очень часто, правда не всегда мог застать дома, и с досадой клал трубку, когда слышал голос Эммы Эдуардовны. Ника – любимая и единственная — бередила душу. Мысли о свадьбе подстегивали брать как можно больше смен, и Иван огорчался, когда не удавалось получить подработку. — Танюша, привет! – Иван позвонил домой, и первой взяла трубку Таня. – Ну как вы там? — Ванечка, да все хорошо, есть очень приятная новость: я замуж выхожу. — Поздравляю, сестренка! Хотя это было ожидаемо, ты ведь давно с тем парнем дружишь. — Да! Но я хочу видеть тебя на своей свадьбе, познакомить с Андреем. Сможешь приехать? — Танюшка, елки-палки, хочется, ты не представляешь, как, всех вас увидеть. Но немного осталось, вряд ли меня отпустят, боюсь работу потерять. – Кстати, видишь ли ты Нику? Что-то последнее время, как не позвоню, все на Эмму Эдуардовну натыкаюсь. — Ваня, вот честно сказать, не вижу, хоть и живем в соседних домах. — Ладно, сестренка, и на том спасибо. Ну, а на свадьбу… Очень бы хотелось, но если не получится, потом вас поздравлю. ____________ После того, как Иван проводил Любу, Серега не разговаривал с ним. Но не прошло и пары недель, как неприятный казус почти забылся, Сергей был таким же насмешливым и хвастливым. – Зовет меня Наташка к себе, чего, говорит, тебе в общаге макароны жевать, переезжай ко мне. — А она знает, что ты женатый? – спросил Ренат. — Знает, — Серега откусил кусок пирога, купленного в столовой, и, жуя, продолжал: — так что никаких проблем, не то, что с некоторыми, — и он покосился на Ивана, безмолвно намекая на случай с Любой. Иван снова встретился с девушкой уже на комбинате, хотя раньше никогда ее не видел, — показалось, что она специально подошла к проходной, чтобы встретиться с ним. Иван поздоровался, как с хорошей знакомой, и они вышли вместе. — Ты надолго здесь? – спросила она. — Надеюсь, что нет, приехал денег заработать на свадьбу. – А ты? тоже временно? — Нет, я здесь с детства живу, как с родителями приехала. — Значит ты северянка. — Почти, — Люба улыбнулась, — все равно к холоду не могу привыкнуть. – Она замолчала на минуту, а потом остановилась и спросила: — А твоя невеста… наверное она хочет к тебе приехать. — Нет, она не приедет, она ждет меня дома. — А какая она? очень красивая? – Люба от волнения прикусила губу, понимая, что спросила лишнее. — Ника у меня самая лучшая, единственная девушка на свете, ради которой я готов на любые испытания. Прости, звучит как-то пафосно, просто не знаю, как выразиться лучше. – Иван остановился, казалось, даже лицо его стало светлее от сказанных им слов. – Конечно, она очень красивая. — Повезло твоей девушке, — Люба сказала эти слова с грустью. – Спасибо, что проводил. — Ничего, Люба, и у тебя будет твой единственный, встретишь еще такого человека. Девушка улыбнулась, казалось, через силу и вошла в автобус. «Уже встретила, — подумала она про себя. – И что мне теперь делать?» После встречи с Иваном она даже на Серегу не обижалась, с которым у нее абсолютно ничегошеньки не было, кроме его навязчивых ухаживаний и предложения зайти к нему погреться. Она даже была благодарна тому случаю, когда увидела Ивана. И вот сейчас, возвращаясь домой, готова была разрыдаться прямо в автобусе от навалившейся безысходности, от понимания того, что Иван давно любит другую — красивую Нику, которая там, далеко отсюда. _______________ — Эмма Эдуардовна, позовите, пожалуйста, Нику. — А-аа, это ты, — раздалось в трубке, — а я думаю, кто там все названивает. Так нет Ники дома. — А когда она будет? С ней все в порядке? — Все хорошо, учится Ника, сам понимаешь, учеба много времени отнимает. — Вы передайте ей привет от меня, скажите, что я в субботу вечером позвоню, пусть она трубку возьмет. — Хорошо, хорошо, передам. Можешь даже не сомневаться, обязательно передам, говорю тебе это вполне серьезно. Не думай, что я мегера какая-то, мое дело передать ей, что ты звонил, а там уж сами разбирайтесь. Лояльность со стороны Эммы Эдуардовны смутила Ивана. Лучше бы она по-прежнему возмущалась, чем проявляла неожиданную любезность. В субботу Иван снова не застал Нику, и тревожные мысли одолели им. Уже состоялась Танина свадьба, а он все работал, не посмев отпроситься. «Еще немного, — говорил он сам себе, — приеду, и все будет хорошо». На проходной его также встречала Люба. Он мог говорить о чем угодно, а она слушала. Она действительно умела слушать по-настоящему, искренне принимая болтовню Ивана. И только о том, что он уезжает, Люба не услышала накануне, — Иван не считал это важной новостью для девушки, которая ничего для него не значила. *** Родной город встретил оттепелью и ярким солнцем, как тогда, в день его возвращения из армии. И также как тогда, он первым делом пошел домой к Нике, поднимаясь с сумкой на пятый этаж. В этот раз чуда не произошло: дверь открыла не Вероника, а Эмма Эдуардовна. — Ну, чего уж скрывать, сразу скажу: — Ника с Вадиком вчера расписались. — Я вам не верю! Бред какой-то! — Я всегда была против тебя. Но, поверь, я дала вам обоим шанс, и если бы Ника все же выбрала тебя, то я бы смирилась. Но она сама решила выйти замуж за Вадима. Свадьбы не было, они решили ограничиться свадебным путешествием. Так что смысла теперь нет вмешиваться в ее жизнь. У Ивана было такое ощущение, что на него свалилась тяжелая плита, и он никак не может выбраться. Он забежал домой, бросил сумку, отказался от приготовленного Верой Сергеевной обеда и, сказав, «скоро буду», закрыл за собой дверь. — Бедный мальчик, — подумала с сожалением Вера, — даже не успели ничего ему сказать, сами только вчера узнали. И зачем было ей водить парня за нос, зачем ломать его планы. – Она вышла на балкон и успела крикнуть Ивану: — Отец вечером с работы пораньше обещал, и Таня с Андреем на ужин придут. — Ладно, я буду. Он выскочил на улицу, заполненную транспортом и, поймав такси, поехал в институт, где училась Ника. — Пусти, на нас люди смотрят! – Ника никак не могла вырваться из его объятий. — Давай уедем! Куда-нибудь! Только вместе! — Ваня, послушай и прости меня. Не могла я тебе никак сказать, поэтому и трубку не брала. Я вышла замуж буквально на днях. Мы с Вадимом завтра уезжаем на две недели. — Ника, любимая, я знаю, ты не виновата, это все твоя мама. Но ведь все можно исправить, я ведь знаю, ты меня любишь. Он стал целовать ее волосы, не отпуская ни на миг. — Ты просто бредишь и не можешь принять реальность. Это мое решение, пойми ты… — Как твое? – Иван отрешенно отступил. – Два года ждала, а тут за каких-то полгода все поменялось… — Извини, но Вадим тоже давно за мной ухаживал. — Ника, меня не обманешь: я тебя обнимал сейчас и чувствовал, как ты мне отвечаешь, ты ведь тоже хочешь обнять меня. Ника, в светлом пальто, красивая, но с холодным взглядом, посмотрела на Ивана: — Мне очень жаль, что так получилось… мне надо идти, за мной муж приехал. Уже дома, под душем, хотелось смыть этот тяжелый осадок, прийти, наконец, в себя. Потом ему казалось, что все приснилось, и Ника по-прежнему ждет его. Сейчас он оденется и пойдет к ней домой, и она откроет ему дверь. С такими мыслями он вышел из ванной, но тут же ощутил реальность, увидев понимание в глазах отца и Веры Сергеевны. – Да плюнь ты, сынок! Вот же Эмка! Вроде нормальная баба была, и чего ей не понравилось в Ваньке? — Ладно, Ваня, не переживай, — Вера, поставив на стол огромное блюдо с мясом и тушеной картошкой, успокаивала, волнуясь за него. — Спасибо, прелесть моя, — Арсений ткнулся носом в плечо Вере. Пришедшие Таня с Андреем на время заглушили эти ноты грусти, витавшие в доме Арсения Валентиновича. — Ванька, непростительно, конечно, что ты не приехал на нашу свадьбу, — Таня обняла брата, — знакомься, это мой муж Андрей. Перед Иваном стоял высокий, плотного телосложения, молодой мужчина. Таня рядом с ним казалась подростком, — Андрей радушно улыбнулся и протянул большую ладонь: — Андрей! Иван пожал ему руку, всем видом показывая, что очень рад выбору сестры. — Вань, не узнаешь? – Таня кивнула в сторону Андрея. – Никого не напоминает? Иван еще раз окинул зятя взглядом, стал всматриваться в его лицо. – Нет, не припоминаю. А что, где-то встречались? — Помнишь, тот высокий мальчишка, который толкнул меня у нас во дворе, когда я в девятом классе училась, а ты кинулся меня защищать, вы еще подрались? — Ну?! Помню! — Так вот, этот тот самый Андрей! — Подожди, Танюша, — вмешался молодой муж, — а то твой брат подумает, что я отпетым хулиганом был и девочек обижал. Понимаешь, Иван, мне Таня еще тогда нравилась, я просто не знал, как подойти к ней, вообще не знал, как за девчонками ухаживать. Увидел ее тогда и решил догнать, поговорить… а она побежала. Хотел остановить, да не рассчитал, — споткнулась она, упала. Не успел даже руку протянуть, как ты налетел. Подрались мы тогда. И Таня от меня отворачивалась всегда. Уже когда из армии пришел, снова ее встретил, и уже по-другому стал клинья подбивать. Иван от удивления даже присел на стул: — Ну, вы даете, ребята! И Танюха молчала, даже не сказала мне. — Вааань, ну не обижайся, я сама не знала, серьезно ли у нас. — Серьезней некуда, — так что, можно сказать, породнились мы с тобой, Иван. За столом Ваня немного оттаял от свалившейся на него новости, и радовался счастью старшей сестры. На другой день он сообщил отцу и Вере Сергеевне, что возвращается на Север. – Я ведь еще не уволился, это просто короткий отпуск. С бригадой сработался, да и надо мне уехать хотя бы на время. — Цепями мне тебя к дому приковать что ли? – Арсений Валентинович облокотился, опустив голову. — Доработаю я этот год все же, а то бросаю все, не доведя до конца. Институт два раза бросал, теперь что ли работу бросать? Да и деньги лишними не будут. А там посмотрим. В день отъезда Иван, оставшись наедине с отцом, задал совершенно неожиданный для Арсения вопрос: — Пап, а почему ты на Вере Сергеевне не женился? — В каком смысле? Мы уж почти десять лет живем. — Я имею ввиду официально. Арсений задумался, пожав плечами: — Да как-то и разговора об этом не было, хотя Вера и намекала. Но это по первости было, а сейчас нас все устраивает. Да разве это главное? Живем ведь, а штамп в паспорте – это в любой момент можно поставить. Иван вспомнил Нику: «Может и в самом деле штамп в паспорте ничего не значит, живут же душа в душу отец и Вера. И то, что у Ники штамп в паспорте, может быть просто формальностью. Чувства, они ведь могут совершенно не соответствовать штампу в официальном документе». Провожая Ивана, Таня ворчала, что снова уезжает, отец хмурился, Андрей по-дружески пожал руку и звал в гости, как только Иван вернется. ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇 👇 👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇
    3 комментария
    7 классов
    Присмотрелся Егор – молодая совсем. А похоже и себя не помнит – до чего пьяна. Отметил Егор путевку, вышел опять на улицу. Снег валил, морозец под сорок, а народ не разбегается – на девку смотрят. – Откудова такая? – спросил у старого водителя Кузьмича, приятеля. – Да никто не знает. Димка привез, говорит подобрал под Магаданом, у разъезда. Шла по обочине, падала. А мороз же, замёрзнет девка, вот и взял. А мужики ей тут ещё для сугреву, вот и … Оксанка говорит – забирайте, нечего тут оставлять, а кто ее заберёт? Блаженная какая-то! Посмотрел Егор ещё. И до того ему жаль ее стало, вот, прям, как дочь родную! Его-то дочка не сильно и младше этой несчастной. А мужики гогочут, подначивают, в ладоши хлопают. А она ходит цыганочкой, а как упадет, так подымают, отряхнут, да и давай опять веселиться. Растолкал Егор мужиков, поймал плясунью под руку, повел в свою кабину. А она даже не сопротивляется – совсем не соображает. В кабину подсадил и дверцу – на ключ. Мало ли. Дороги у них опасные: грунты ненадёжные, перевалы крутые, обрывы отвесные. Да ещё и ночь уж, считай. – Михалыч, зачем она тебе? Молодая. Справишься? – смеялись мужики, кричали ему. – Не боись! Тебя в помощь звать не буду! В кабине у него тепло. Все утеплено заботливой его рукой – все щелочки позатыканы. Девушка чуть посмотрела по сторонам, глянула на него, пьяно улыбнулась. Они тронулись. И вскоре голова ее упала на грудь – укачало, уснула. Егор подоткнул ей под плечо подушку, накинул на ноги колючее шерстяное одеяло, ехал и разглядывал – шубка старая вытертая коричневая, шаль цветастая, валенки. Не особо хороша, курносая, усталая, губы покусаны, воспалены, подглазины. Но лицо молодое и совсем наивное – особенно сейчас, когда посапывает вот так с приоткрытым ртом. И Егор точно определил – не пьяница, нет. И не гулящая. Что-то случилось с девчонкой, беда какая-то. Ехал он домой, а что делать дальше с ней – совсем не решил. Ладно, вот проснется, скажет, куда ее отвезти, утром и определятся. Тем более, что в рейс ему только послезавтра. Егор жил один. Жена давно уж, не выдержав жизни здесь, уехала домой к матери, прихватив дочку. Он ее не винил. Не смогла она жить на Колыме, так и не привыкла. Они переписывались изредка. А недавно ездил он на свадьбу дочери, подарил очень хорошую сумму денег – зарабатывал он неплохо. Да и доказать жене хотелось, что не зря он тут вкалывает, свиней держит, в две смены работает. Вот все вроде делал правильно – дом большой построил, хозяйство завел, работал как вол, только б деньжат заработать, а жена все равно уехала. Не смогла с ним здесь жить. Звала в Киров, домой, но он упёрся – зарплаты там его совсем не устраивали. Чего там делать-то? Да и сросся он с этими краями. Уж и не представлял себя нигде больше. Он тогда не сразу понял, что уехала жена окончательно. Все ждал – одумается, вернётся. Но вот уж восемь лет, как жил один, и пять лет назад они официально разошлись. Приехали. Будить сразу не стал, сначала расчистил снег у двери, открыл дом. Небо уже мигало проколами звёзд, снег закончился – ясная ночь. Перевел девчонку сонную. Она ничего не соображала. В доме положил ее на свою кровать, стянул валенки и шубу, прикрыл одеялом – дома-то хоть волков морозь. А сам занялся хозяйством. Дом за время его отсутствия совсем выстудился. Всегда так– приезжал в холодный дом. Начал печь растапливать, пол мести. Самому -то без разницы этот пол, но в доме гостья. Он кое-что сварганил на скорую руку. Перекусил. И когда дом прогрелся окончательно, уснул и он на диване в проходной комнате – сутки не спал. А трудом проснулся оттого, что кто-то трясет его за плечо. Открыл глаза. Она уже в шубе и платке склонилась над ним. – А Вы сумочку мою не видели? Егор резко поднялся, она, видимо испугавшись такой его резкости, отскочила в сторону. – Проснулась? – Ага. А Вы сумочку мою не видели? – повторила. – Сумочку? Какую сумочку? – Черную такую, – она стояла перед ним, изображая руками квадрат. – А ты куда собралась -то? – он просыпался окончательно. – Да мне домой надо. – А домой, это куда? — прохрипел со сна, потянулся. – В Буй, – тихо ответила она. – В Буй? В какой Буй, че-то не помню такого тут. – Это не тут, это в Костромской области, – она смотрела на него с испугом. Он вздохнул, посмотрел за окно, потом на часы. Ого! Да они проспали до трёх дня. А зимой у них уж скоро и потемнеет. И печь совсем остыла. Девушка в валенках, одетая. Видать, собралась убежать, да не нашла сумочки. Егор молча поднялся, подошёл к печи, начал выгребать головешки. – А Вы не скажете – где мы? – прошептала. – Мы-то? Мы в Холодном. Слыхала о таком? – Не-ет, – грустно головой покачала, – Я тут мало что знаю. – Я тебя у Сусумана подобрал, у диспетчерской. Никакой сумочки не было у тебя. – Как это – подобрал…? Егор посмотрел на нее с жалостью. Видать, вообще девка ничего не помнит. – Ну, вот что. Скоро у нас ночь. Я тебя не съем и никуда не повезу. Выходной у меня. Раздевайся и давай поедим. Сейчас вот только печь налажу. Но девчонка шубу не снимала, так и сидела одетая. – Мне домой надо …, – насупилась, на лбу испарина, видок так себе. Егор молча накрывал на стол. – Будешь? – достал бутылку водки. Ее аж передёрнуло. – Ну, нет так нет, – он убрал бутылку, – Тогда чаек. Да раздевайся ты, вон как от печи жарит. И она все же сняла шубу, платок, все аккуратно повесила, прошла к столу. А потом вцепилась в кружку с горячим чаем двумя руками. – Бери вон малиновое… , – показывал он на варенье, – Тебе надо сейчас. Поела бы. Она мотала головой – понятно, с бодуна пить охота. – Как ты в Сусумане-то оказалась? Помнишь? Она держала большую железную кружку двумя маленькими ладошками, склонилась над ней, смотрела вниз и мотала головой – не помнит. – А откуда ты? – С Буя. – Да понятно уж, что с Буя. Здесь-то, с Колымы, откуда? – Я в Магадан ехала, а потом в Стекольный. – Что? В Стекольный? Так это ж совсем в другой стороне. Туда по такой погоде сутки пилить…. – Я не знаю, – пожала плечами и опять загрустила. Егор так ничего и не понял. – Так ты наниматься что ли ехала? – Нет. Я к Жене, к жениху, – она немного оживилась, даже улыбнулась краешком губ, – Сюрприз хотела сделать. В Магадане поселилась в гостинице, стала ему звонить. Он раньше так говорил – приедешь, в Магадане поселишься, отзвонишься, а уж я тебя заберу… Долго не могла дозвониться. Думаю, поеду сама. И поехала на автобусе. – Доехала? – Да… Долго, правда. Замёрзла там. А потом по адресу пришла, а мне сказали, что уехал он в Палатку какую-то. Предложили переночевать, а сами… В общем, убежала я… Пошла искать гостиницу, но не нашла. Меня старушка какая-то приютила. Я заболела там у нее, лечила она меня, уговаривала домой в Буй ехать. А мне ж в Палатку надо, к Жене. Она мне бутылку настойки с собой дала, чтоб я не замёрзла. Сказала, что морозы под пятьдесят. И правда холодно было, а глотнёшь, как тепло разливается по ногам. Я попутку поймала до Палатки этой, а там мужик мне ещё в эту бутылку налил… кажется … Она помолчала, нахмурила лоб. Потом добавила. – Но это точно не Вы были. Другой мужик… В общем, помнила она дальше плохо. – Ясно. Остальное не помнишь? – Помню…, – глаза ее стекленели. – Чего помнишь? – Помню, что в Палатку мы приехали. Но там мне сказали, что Женя …, – она замолчала и вдруг грохнула кружкой и уткнулась в длинные рукава свитера, заревела жалобно, с подвыванием. И тут у Егора вообще растаяло сердце. До того ему жаль стало девчонку. Совсем запуталась и потерялась дурочка. Это ж надо! Но она довольно быстро утерла нос. – Женился Женя и уехал в Сочи. А он ведь и мне Сочи обещал, – она глотнула чай, глубоко вздохнула, и сказала четко, как будто подвела итог, – Вы знаете, а я не из самого Буя. Из села. И у нас в селе уж все знают, что я к мужу поехала. А я вернусь … Вот так! Где потеряла большую сумку с вещами и маленькую – с документами и деньгами она не помнила совсем. Все остальное помнила какими-то урывками. Все было ясно. Чего греха таить – в такие морозы здесь многие спасались спиртным. Вот и ее спасали. А девчонка к таким дозам оказалась непривычная. За окном густела липкая синева уходящего дня. Поднялся ветер. Двойные стекла окон гудели. – Ну вот что. Завтра я в рейс, спрошу в диспетчерской про сумку. Но ты тут останешься, похозяйничаешь. Фамилию-то свою напиши. И данные. Хоть бы паспорт найти. Вот ведь… горе луковое. Он ворчал, но на душе отчего-то разливалось тепло. Он не один хотя б на пару вечеров. После отъезда жены сердце ещё не притерпелось, не привыкло и не успокоилось. Надо было дальше жить, только дом пустой всё больше и больше угнетал. Он приезжал с рейса, топил печь, стоял в тишине возле неё, прислонясь руками к её живому жаркому боку, набирался тепла, слушал, как печь ровно гудит и дышит своим добрым нутром. Стоял и думал о своей судьбе. Неужели так и доживать бобылём, возвращаться в ледяную избу? И для кого он ее строил? Дочке дом не нужен. А ему жаль оставлять такие хоромы. За дорого не продашь, надо ещё подкопить деньжат, а уж потом… Потом можно и в Сочи. Только не тянуло никуда. Он успокаивался, готовил ужин, занимался хозяйством, а наутро – опять в рейс. Крутить баранку по заснеженным холодным дорогам, видно, его судьба. *** «Зоя Ивановна Балашова …» – прочёл Егор записку, написанную милым детским почерком. Но ни в диспетчерской, ни в городском отделе милиции паспорта девушки не оказалось. Конечно, если в сумке были деньги, кто ж вернёт? И Зоя задержалась в доме Егора. Они написали заявление о пропаже сумки, паспорта в ближайшем отделении милиции, теперь нужно было ждать. Зоя, кусая ручку, написала письмо домой матери. – А можно я напишу, что с Женей встретилась? – опустила глаза, спросила у него разрешения. – Да как хочешь. Чего ты спрашиваешь -то? – Не знаю. Вдруг Вы отругаете. – Да пиши, – усмехался Егор, вот блаженная, – Ты всегда что ли разрешения спрашиваешь? – Стараюсь. А как же иначе? Я ведь ошибиться могу. – Ну, уж не ребенок ведь. Учись принимать решения и сама, – Егор пожимал плечами. Он уж всё про нее знал. Долгими вечерами друг другу рассказали свои нехитрые истории. И он рассказал о себе. Как жил, про жену, про дочку. Допоздна сидели – беседовали. И она открылась. – Мать на все село расхвастала перед отъездом моим, что уезжаю я к мужу. Но ее понять можно – устала от сплетен. Сама я виновата. Бабы спрашивали, уточняли – с ребенком ли. Но мать отвечала, что Сонечка останется пока дома. Потом приеду за ней. Спрашивали, далеко ли? В общем, все знали, что на Колыму. Стыдно так! Они не верили, наверное. А кто б поверил? А ведь так по-ихнему и вышло – обманул Женечка. Правы они – непутёвая я. Я ведь славу заимела плохую в селе. Да. Уж больно легкомысленную. Поехала в город учиться, мне тогда восемнадцать было, и привезла парня. Отговаривали родители, все село отговаривало. Мать говорила – из тюрьмы Коля вышел, наплачешься. А я упрямая – чего решила, то и сделала. А через пять лет к родителям домой вернулась. Ох и наплакалась я с ним, вытягивала из криминала, да так и не вытянула. Сел муженёк мой Коленька опять. Хорошо хоть сама не села, да дитя не родилось. Особенно злорадствовала тогда тетка Ира – Мишка ее по мне сох, бегал на танцах, и даже делал предложение, а я… Так и говорила мне в лицо: – Отвело Мишку! А то б с такой дурой, как ты, связался! В общем, осталась я с родителями. Работала и никакой работы не чуралась. Грибы, ягоды на рынок носила, черемшу в лесу собирала. Устроилась на автобазу учетчицей. Приревновала к мужу меня одна из баб там – была история с мордобитием и волосодранием. Село меня судило – хорошо ли в чужую семью-то лезть? А ведь он говорил, что расстался с ней. А я и поверила. Дурочка! В общем, повисло клеймо на мне – несчастной и не очень путевой. Егор слушал ее и понимал – доверчивая очень да влюбчивая, оттого и неприятности себе на голову находит. А она рассказывала, как появился потом на ее горизонте Женя – залётный хлыст. За которым и сюда ее занесло. Мужик родом из Перми, но жил и работал на севере. Обещал жениться, наговорил с три короба. Но отпуск его кончился, он уехал, а Зоя осталась беременной. Родила дочку. «Муж» ей писал. И правда писал. Почтальонша Катерина на все село рассказывала – пишет. Клялся в письмах, что приедет вот-вот, дела задерживают, к себе звал. Видать уверен был – не поедет. А если и поедет – не найдет. Да разве на такую даль ехать решилась бы хоть одна деревенская «запечная» бабенка? Никто б не решился. Тяжелы и страшливы на подъем сельские женщины средней полосы. А Зоя собралась. На все село раззвонили – к мужу на Колыму едет. И как теперь возвращаться? *** Поселил ее Егор в одной комнате, а сам жил в другой. Дома уют она навела женский – половички, скатерти, цветы где-то нашла. А он летел с рейсов домой, сломя голову. Все уж кругом заметили, что расцвел он, помолодел. И серые щеки покрылись румянцем, и брился тщательно, движения вдруг стали резки и молоды, и за спину больше не держится, не жалуется. Он подарками Зою заваливал, шубу новую купил, платьев. А она смущалась, от подарков отказывалась. Шубу еле уговорил надеть, когда приболела. Мол, в своей-то куцей шубейке искусственной так и будешь болеть. А она смотрела на него, глазками моргала – понимала всё: что ухаживает он, что нравится она ему. Понимала, а что делать с этим – не знала. Видно, не родилось ещё у нее никакое к нему чувство. За чувствами своими она всегда голубкой летела. А теперь вот застыла. Старше ее Егор был на тринадцать лет. Хороший человек, а вот сомневалась. Или надумала себе чего. А однажды пришлось взять ее с собой в рейс. В район нужно было заехать в паспортный стол для выправления нового паспорта. А на обратном пути подхватили попутчика – опоздал на автобус парень. Он возвращался домой из Магадана, где работал уже второй год после политеха. Колымские шоферы с отметкой в путевке «Провоз пассажиров запрещен» останавливались неохотно. Места тут опасные, дороги ненадёжные – поэтому и запрещен провод пассажиров. Машины пылили мимо, обдавая его выхлопными газами, шоферы не реагировали на его взмахи, просящую физиономию и несчастный вид. А Егор встал – пожалел паренька субтильного. А тот юмористом оказался, анекдоты начал рассказывать. Зоя расцвела, разулыбалась, смеялась закатисто. А хорошенькая стала – шуба на ней лисья, щеки румяные. Егор косился на них и хмурился все больше и больше. Убеждался, что не пара он ей. Вот – с молодым -то сразу ожила, с ним – интересно ей. А он старый шофер уж слишком многого хочет. Ушло его время… А через пару недель вдруг нашелся ее старый паспорт. Всплыл на вокзале у какого-то карманника. Егор, скрепя сердце, велел ей собираться, сам взял билеты на самолёт, снабдил деньгами, не жалел, купил новый дерматиновый чемодан и повез в Магадан. Она сидела в кабине чуть отвернувшись, смотрела на холмы. Уже пришла весна, дорога размыта грязью, а холмы – снежные. – Егор Михайлыч. А я все равно уеду из села своего. Заберу Сонечку и уеду. – Куда? – удивился он. – Не знаю пока. Но мать позорить не хочу: опять вернулась ни с чем. Стыдно. – Не вздумай! С ума сошла! Опять в какую-нибудь историю попадешь. – Не попаду. На ошибках учатся. Но там не останусь. Устроюсь где-нибудь. Егор молчал. Обдумывал. Теперь он очень переживал за нее. Очень. – Ты ехать должна. Мы ведь не можем… – Нет, не можем. У Вас все будет хорошо, может и жена вернётся. – Что? – он даже забыл, что за рулём, обернулся к ней и потом ругнулся и вырулил, – Она не вернётся. Это уж точно. Зоя посмотрела на него, заморгала. – Вы, прям, уверены? Просто у меня тоже так один говорил, а оказывается они просто поссорились. Такая история… – Не-ет, – Егор аж рассмеялся, – Это не про нас. У нее уже другой давно. – А у Вас? Какие-то странные задаёт она вопросы, подумал он. – А у меня – никого. Вот ты была, но… Ты ж молодая совсем. Где уж… Она молчала, рисовала пальчиком на стекле, и думала о чем-то своем, ему неведомом. – Ты пиши мне, Зой, ладно? Я ждать буду. – Напишу. В аэропорту он опять наказывал из дома никуда не уезжать, а она поцеловала его в щетинистую щеку, тихо произнесла «Спасибо» и исчезла за дверями, как и не бывала. А Егору хоть в петлю лезь. Все есть: дом, деньги, надо, так и женщины. Но никому он не нужен. Такая тоска по Зое навалилась – по глупенькой молодой девчонке, пьяной подобранной у диспетчерской. Он грыз подушку и утирал слезы. Не плакал он даже когда жена уехала, а тут … И цветы ее замёрзли … *** «Уходить от любимых людей — это самоубийство». Антон Чехов ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇 👇 👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇
    1 комментарий
    12 классов
    А что тут сложного? Столько лет любили любили, а теперь стало сложно. Просто правильно надо любить, чтоб навсегда. Тем более есть сын. Серёжка одинаково любил обоих. К отцу был очень привязан. Они вместе строили планы на будущее, ездили на рыбалку. У них были свои тайны. Пару раз отец дал Серёжке поводить машину, это было на грунтовой полевой дороге. Маме не говорили. А мама … Мама есть мама. Просто самый любимый человек. Хотелось есть. Наверное, опять ругаются или дуются. Серёжка побрел домой. Открыла мама, лицо заплакано. – Я уже искать тебя собиралась идти. Что так долго? – Да так … ,– Серёжка неопределенно махнул рукой, плакала мама точно не из-за него. – А папа где? – Он к дяде Сене ушёл … Там дела какие-то у них, там и заночует, – мама прятала глаза, – Мой руки, накормлю. Ага. Дела. Опять поссорились, вот и ушёл. И все скрывают что-то. Серёжка доедал макароны. Мама молча, глядя в одну точку пила чай. – Мам, так вы всё-таки разведётесь? – Конечно, мы уже всё решили. Говорили же тебе. Но тебя это вообще не касается. Ты по-прежнему будешь общаться с папой, когда пожелаешь. Папа же говорил с тобой об этом. – Ага, – сквозь зубы ответил Серёжка, отец просто поставил перед фактом, ничего не объяснив, – Так почему, мам? – Это трудно очень объяснить. Вырастешь – поймёшь. Что тут можно понять, если ничего не объясняют? Хоть вырасти, хоть не вырасти. Да и не маленький он, уже подросток. – А папа где жить будет? – Думаем ещё. Всего скорей и нам с тобой придётся переехать. – Куда? – Пока не знаю, но придётся. Сережа выдержал паузу, а потом решил предпринять последнюю попытку и как-то совсем по-девчачьи потянул: – Мам, ну не разводитесь, пожалуйста! – Иди спать, Сергей, поздно уже. Сергей полночи возился, не спал. Под утро уснул и проснулся к полудню. Дома никого. Есть не хотелось, вообще ничего не хотелось. Жизнь, казалось, остановилась и будет всё хуже и хуже. Ничего не понятно. Жили себе жили. Квартира, школа, двор, друзья … И вдруг, из-за какой-то сущей ерунды всё менять! О ерунде этой Серёжка смутно догадывался. Слышал как-то разговор отца с мамой о том, что та слишком уж много говорит о Серёжкином молодом тренере по футболу, о Максиме Леонидыче. И взгляды их замечал — мамы и тренера. В этом-то всё и дело. Сегодня надо было идти на секцию, но идти не хотелось. Позвонил Тёмка: – Ну чё, ты выходишь? – Неее, я не пойду сегодня. Голова болит, скажешь там. – Ну вот! Сегодня ж последняя тренировка перед встречей с клубом. Жаль, – Тёмка помолчал, видимо, сомневаясь, но всё же спросил, – Слушай, Серёг, а правда, что у тебя родители разводятся, вчера мои говорили… – Ничего они не разводятся! Выдумки это, – крикнул Сергей и отключился. Он взял рюкзак, резко, беспорядочно и нервно собрал какие-то свои вещи, небольшие свои накопления и вышел из дома. Пусть живут без него, пусть сами разбираются со своей любовью, а он сюда не вернётся! Как-нибудь проживёт один. Телефон оставил на тумбочке. По инерции он сел в тот же автобус, на котором ездил всегда. Там, уткнувшись носом в окно, он просидел часа два, ездил по круговому маршруту. Потом вышел и отправился на набережную. Спустился почти к самой воде и улёгся на камни. Было жарко. Надо было подумать о ночлеге. Он знал, что недалеко, под мостом, есть очень хорошее место, почти дом. Между дорожным полотном моста, его опорами и берегом была большая зацементированная площадка. Её с пацанами они обнаружили давно, когда приходили в те места купаться. Серёга купил на набережной шаурму и направился туда. Идти было далековато и он пару раз останавливался и усаживался на скамейки или просто ложился на набережную, отдыхал. В одном подходящем для купания месте залез в воду и поплыл. Сначала он поплыл хорошим резвым кролем, а потом лег на воду и стал думать. Почему те, кто любят, обязательно должны потом мучиться? Как надо любить, чтобы навсегда, кто знает? » Не женюсь я никогда вообще, чтоб никого не обманывать. Самому честнее.» Мелкие речные волны равнодушно слушали его отчаяние, и обмывали выкатившиеся слезы. А Серёжка вспоминал счастливые моменты: как они втроём ездили на море, как родители привели его, растерянного, в первый класс, как однажды у них заглохла машина по дороге к бабушке, но было совсем не страшно, как отец учил его рулить… Потом Сергей вернулся на берег, от безделья разобрал рюкзак. Впопыхах он набрал кучу лишнего, зачем-то взял две олимпийки, телефонную подзарядку и ещё кучу ненужных вещей. Их он безжалостно выкинул. А вот спичек не взял, а надо было, развёл бы ночью костёр… Под мостом на площадке, куда шёл, он обнаружил оборудованное лежбище. Она была устелена картонными коробками, грязными листами пенопласта, старыми матрацами, везде валялись какие-то пакеты, стояли старые сумки и мешки. В общем, бомжи оборудовали себе здесь лежбище. Но больше Серёжке идти было некуда и он остался рядом, понаблюдать. В компании бомжей ночевать было страшновато. Хотелось пить. Рядом не было никаких продаж воды и Серёга напился прямо из реки. Уже совсем стемнело, когда он, так и не дождавшись живущих под мостом людей, забрался туда. Подложил рюкзак под голову, немного послушал плеск речных волн и очень быстро уснул. *** Ольга с Алексеем, отец и мать Серёжи, уже обзвонили всех друзей сына, больницы, морги, уже написали заявление в полицейский участок. Сына нигде не было. Его телефон сиротливо лежал на прикроватной тумбочке. Раньше, он никогда его не оставлял. Это даже немного всё проясняло, объясняло, что ушёл он сам – обдуманно ушел из-за родительских дрязг. Объясняло, но не успокаивало. Ольга находилась в очень странном состоянии нервной собранности, она действовала, но Алексей понимал, что это состояние шоковое и вот-вот оно выльется во что-то очень страшное. К утру она уже заговаривалась. Ближе к одиннадцати полицейские нашли на берегу реки одежду и вещи Сергея. Так вышло, что сообщили Оле. Она позвонила, бегающему по городу в поисках сына, Алексею. Тот примчался домой, как мог успокаивал, но к обеду всё равно пришлось вызывать скорую. *** Серёжа проснулся, когда солнце уже стояло высоко. С удивлением обнаружил, что закутан он добротным ватным одеялом. А ближе к реке, тут же под мостом, сидит на пеньке бомж — старик и перемешивает что-то в дымящейся кастрюле. ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ👇 👇 👇ПОЖАЛУЙСТА , НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)⬇
    1 комментарий
    12 классов
Фильтр
ВсёУвлечения
bydetitsvet

Душевные истории

CHEF.VIBE
CHEF.VIBE

Проверь внимательность! Попробуй найти 10 отличий между этими картинками!

Сколько получилось найти?🐦 Пиши в комментариях👇
Проверь внимательность! - 5361339930526
Проверь внимательность! - 5361339930526
Показать еще
1.9K комментариев
121 раз поделились
703 класса
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Потому что в двух метрах от меня, за своим столом, похожим на баррикаду из банок с соленьями, восседала Тётя Валя — бессменная королева нашего коридора и хранительница «Книги жалоб», которая существовала только у неё в голове. - 5392297496750
Потому что в двух метрах от меня, за своим столом, похожим на баррикаду из банок с соленьями, восседала Тётя Валя — бессменная королева нашего коридора и хранительница «Книги жалоб», которая существовала только у неё в голове. - 5392297496750

Потому что в двух метрах от меня, за своим столом, похожим на баррикаду из банок с соленьями, восседала Тётя Валя — бессменная королева нашего коридора и хранительница «Книги жалоб», которая существовала только у неё в голове.

...
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Это ж надо – Клавка приехала ещё утром, а она ей сказала об этом только сейчас, уж к ночи. - 5392297472942
Это ж надо – Клавка приехала ещё утром, а она ей сказала об этом только сейчас, уж к ночи. - 5392297472942

Это ж надо – Клавка приехала ещё утром, а она ей сказала об этом только сейчас, уж к ночи.

...
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

— Глухие все стали. - 5392296285102
— Глухие все стали. - 5392296285102

— Глухие все стали.

...
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Два близких человека, которые за десять совместных лет прошли через переезд, безденежье, вынужденную разлуку, сидели за кухонным столом и напряженно молчали. - 5392296213422
Два близких человека, которые за десять совместных лет прошли через переезд, безденежье, вынужденную разлуку, сидели за кухонным столом и напряженно молчали. - 5392296213422

Два близких человека, которые за десять совместных лет прошли через переезд, безденежье, вынужденную разлуку, сидели за кухонным столом и напряженно молчали.

...
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Невероятно красивый мир
Невероятно красивый мир

Дай мне рыбу!!!

Дай мне рыбу!!! - 5355960905471
Дай мне рыбу!!! - 5355960905471
0 комментариев
50 раз поделились
20 классов
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Интересная планета - путешествия, туризм
Интересная планета - путешествия, туризм

Если вам надоели обычные снеговики⁠⁠ ⛄

Если вам надоели обычные снеговики⁠⁠ ⛄ - 5376592830477
Если вам надоели обычные снеговики⁠⁠ ⛄ - 5376592830477
0 комментариев
52 раза поделились
27 классов
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Невероятно красивый мир
Невероятно красивый мир

Ну, ведь стоит же!

Ну, ведь стоит же! - 5355964406783
Ну, ведь стоит же! - 5355964406783
7 комментариев
50 раз поделились
16 классов
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Невероятно красивый мир
Невероятно красивый мир

Каждый торт – произведение искусства с индивидуальным дизайном

Каждый торт – произведение искусства с индивидуальным дизайном - 5355956763903
Каждый торт – произведение искусства с индивидуальным дизайном - 5355956763903
3 комментария
51 раз поделились
11 классов
  • Класс
bydetitsvet

Душевные истории

Сначала они ехали поездом, потом дождались автобус, который довёз их до районного центра. - 5392295201710
Сначала они ехали поездом, потом дождались автобус, который довёз их до районного центра. - 5392295201710

Сначала они ехали поездом, потом дождались автобус, который довёз их до районного центра.

...
  • Класс
загрузка
Показать ещё