Эти слова она произнесла уже потом. Когда всё закончилось. Когда цветы на могиле давно увяли, когда имущественный спор уже решился сам собой, когда боль родных немного притупилась — хотя так и не прошла. Дарья Михайлова скажет журналистам, что любовь не должна быть жертвой. Что она жила для другого человека, растворяясь в нём без остатка. Близкие Владислава Галкина услышат эти слова как холодное оправдание. Не как признание — как точку в споре, который она решила в свою пользу. Но чтобы понять, почему эта фраза жжёт до сих пор, нужно вернуться назад. К самому началу. К тому мальчику из Жуковского, который всю жизнь искал один и тот же простой ответ — где его настоящий дом. Он родился двадцать пятого декабря 1971 года в Ленинграде — и уже с первых лет жизни в его мире не было полного ответа на самый простой вопрос: кто его отец? Биологический родитель так и не появился в его жизни. Маленький Владик рос в Подмосковье под крылом двух женщин: мамы, театральной художницы, которая пропадала