О возвращении немецких военнопленных из СССР чаще всего говорят коротко и обобщённо. Либо это история о жестоком плене, либо сухая статистика освобождений и дат. Но когда читаешь воспоминания самих людей, картина начинает распадаться на неожиданные детали. Они ехали домой с готовыми словами в голове, а иногда — с молчанием. Кто-то вспоминал работу и голод, кто-то — книги и разговоры, кто-то — странное чувство, что враг оказался совсем не таким, каким его описывали на войне. Эти рассказы не складываются в единую версию, но именно в этом их ценность. Вопрос здесь не в том, были ли лагеря тяжёлыми — они были тяжёлыми по определению. Вопрос в другом: что именно немецкие солдаты увидели в СССР и почему после возвращения многие из них говорили не то, чего от них ждали. Что говорили немецкие военнопленные, когда вернулись из СССР, лучше всего видно не по официальным заявлениям, а по их личным воспоминаниям. Там постоянно всплывает одно и то же: ожидали одного, увидели другое, а потом уже не м