Пришлось поставить свекровь на место уже на 2-й день после свадьбы

Лена проснулась из-за звука закрывающегося холодильника.
Не от будильника, не из-за Сергея — из-за холодильника. Дверцу хлопнули так, как хлопает только тот, кто не старается быть тихим. Потом послышалось бряцанье кастрюли, шум воды и чей-то голос — негромкий, но отчётливый, как будто человек разговаривал сам с собой.
Лена открыла глаза. Часы показывали 10:07. За окном было серое ноябрьское утро. Рядом спал Сергей — на спине, с лёгкой улыбкой.
Они поженились вчера.
Лена натянула халат и вышла в коридор.
В прихожей стояли чужие сапоги — бордовые, на низком каблуке, аккуратно поставленные носами к стене. На крючке висела чужая куртка. На кухне была Галина Николаевна, её новоиспечённая свекровь, и выкладывала из большой сумки продукты: упаковку гречки, пакет молока, банку домашнего варенья, завёрнутую в фольгу запечённую курицу, пучок укропа.
Она обернулась на звук шагов совершенно спокойно — как человек, которого застать врасплох невозможно в принципе.
— О, проснулась, Лена! Доброе утро. Я тихонько, вы спите, я не мешаю. У вас же в холодильнике шаром покати, дай, думаю, привезу чего нормального. Серёжа гречку любит с молоком, я сварю.
Лена стояла в дверях кухни и смотрела на эту картину.
— Галина Николаевна, — сказала она наконец. — Вы как вошли?
— Ключом открыла, — просто ответила свекровь. — Серёжа дал, ещё когда вы квартиру снимали. На всякий случай.
— Он мне не сказал.
— Ну, наверное, забыл. — Галина Николаевна уже ставила кастрюлю на огонь. — Ты садись, я сейчас всё сделаю. Пойду ещё посмотрю, нет ли в вашей спальне грязной посуды.
Лена молча дошла до стола и села.
За завтраком было трое: Лена, Сергей и его мать. Сергей ел гречку и выглядел совершенно счастливым человеком — как будто так и должно быть, как будто это самое естественное утро первого дня семейной жизни.
ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ