портрет Евдокии Петровны Ростопчиной кисти Г. Кордика, 1846 год.Роман Евдокии Петровны с Андреем Карамзиным продолжался довольно долго. От этой связи она родила двух дочерей, которые воспитывались в Женеве и носили фамилию Андреевы.

портрет Андрея Карамзина . художник Людвиг Вагнер. Литография. 1846 год. Охлаждение Карамзина, а вслед за тем известие о его предстоящей женитьбе на красавице Авроре Демидовой, Ростопчина восприняла с мужеством и великодушием искренне любящей женщины.

портрет Авроры Демидовой кисти Гау И. В. " Прости, прости !.. Одной мольбою. Одним желаньем о тебе Я буду докучать судьбе : Чтобы избранная тобою Любить умела бы, как я... " Трагическая гибель Карамзина в Крымской войне, потрясла Ростопчину. Словно бы звон колокольный, погребальный, услышала она над могилами несбывшихся надежд. .. " Он томно загудел, торжественный, нежданный В необычайный час ; Он мой покой прервал, и мигом сон желанный Прогнал от жарких глаз. Мне сладко грезилось, волшебные виденья Носились надо мной. Сменив дня знойного тревоги и волненья Отрадной тишиной. Мне сладко грезилось, и вдруг вот он раздался Неумолимый звон... Как жалобный набат, он в сердце отзывался, Как близкой смерти стон... Невольный, чудный страх мне душу обдал хладом, Мне мысли взволновал. Земные бедствия в картинах мрачных рядом Мне живо рисовал... Боязнью и тоской я долго трепетала, Мой дух был омрачен ; Больная голова болела и пылала... Не возвращался сон ! Луны волшебный свет над садом ароматным, Полуденная ночь. И вам не удалось влияньем благодатным Дум грустных превозмочь !.. Меня предчувствие зловещее томило, Как будто пред бедой... Как будто облако всю будущность затмило Пред гибельной грозой. Так странно сошлось, что и мужа, отца ее единственного сына, и любовника, отца двух ее дочерей , звали одинаково -- Андрей. Младший сын Карамзина -- Андрей дважды разбил ее сердце -- когда женился на богатейшей Авроре Демидовой и когда погиб на Крымской войне. Ростопчин же оставался рядом с нелюбимой женой до самой ее смерти.

портрет Михаила Лермонтова кисти художника Заболотского. 1837 год. В феврале 1841 года в Петербург прибыл в отпуск Михаил Лермонтов. Он и выросшая девочка с Чистых прудов никогда не теряли друг друга из виду. И Лермонтов снова у Додо. Для него она не столичная знаменитость в полном расцвете женской красоты и литературной славы, а та близкая душа, которую можно найти только в юности. Им было о чем поговорить, на что пожаловаться и утешить друг друга. Они -- свои .Мишель узнал, что этот год у Додо особенный : выходит первый том ее сочинений, подготовленный братом Сергеем Сушковым. Позже Михаил Юрьевич попросит свою бабушку прислать ему в Пятигорск этот томик с именем автора на обложке. Во время следующей встречи с Евдокией Петровной Мишель признался ей, что его мучают тяжелые предчувствия. У Ростопчиной сжалось сердце, но она не подала вида. Стараясь отвлечь друга, она протянула Мишелю альбом -- несколько строк на память. Потом под впечатлением этой встречи Евдокия написала стихотворение, где одна строчка звучит, как заклинание : " Он вернется невредим... " . Вспоминая покидающего ее дом Лермонтова, Ростопчина писала : " Я одна из последних пожала ему руку. Думала -- до встречи. Оказалось -- на вечную разлуку. "В 1847 году Ростопчины купили дом на Садовой, куда граф Андрей Федорович перевез богатейшую картинную галерею, собранную отцом. Было около трехсот картин : Рембрант, Рубенс, Тициан, Доу...Великолепная отделка, мраморные статуи, работы итальянских мастеров, громадная библиотека -- особняк на Садовой стал жемчужиной Москвы, а с 1850 года -- музеем. Супруги открыли двери для всех желающих. Евдокия Петровна старалась с головой окунуться в Московскую жизнь. Притягательность ее личности была огромна.

Дом Ростопчиных на Садовой улице. Начинающие таланты всегда находили поддержку у поэтессы. Все, что идет на пользу русскому искусству, литературе, встречается ею с горячим энтузиазмом. " Терпимость во всем, особенно в области искусства, -- вот для меня главное и необходимое условие сближения, приязни, дружбы... " ,-- писала поэтесса. Ростопчиной претили крайности и словесный экстремизм. Последний Московский период ее жизни был заполнен интенсивной работой. Ее произведения : роман в стихах, пьесы, проза, стихи печатались практически в каждом журнале. Критика писала : " Имя графини Ростопчиной перейдет к потомству, как одно из светлых явлений нашего времени... В настоящую минуту она принадлежит к даровитейшим поэтам "Но наступали иные времена. Ростопчина не могла не чувствовать сначала снижения интереса к своему творчеству, а потом неприкрытой враждебности. В том самом " Современнике ", где поэтесса знала лучшие времена, теперь Добролюбов зло издевался над ее новым романом. А она была плоть от плоти того века, в котором барышни из чистопрудненских усадеб говорили на пяти языках, а поэты женились на первых красавицах империи. От Ростопчиной напрасно было ждать обличений " мерзостей российской жизни ", так быстро входивших в моду. Природа ее таланта была совершенно иной. И конец Ростопчиной, как поэтессы и писательницы был предрешен. Летом 1857 года она, отдыхая в своей подмосковной усадьбе Вороново, навестила соседей. За ужином домашний врач хозяев, сидевший напротив Евдокии Петровны, обратил на нее особое внимание. А по окончании вечера сказал Ростопчину, что жена опасно больна. У нее все признаки рака. Сама Ростопчина предчувствовала приближение конца.Пережив славу, хлебнув насмешек, Ростопчина стояла на пороге последнего акта своей житейской драмы.

последний прижизненный портрет поэтессы . Тропинин. Тютчев, навестивший больную, пришел в ужас от того, что осталось от совсем недавно сиявшей здоровьем женщины.Она выглядела угасающей. Напоследок судьба улыбнулась Евдокии Петровне, подарив ей встречу с Александром Дюма, который заехал к ней по ее просьбе, путешествуя по России. Встреча пошла так, что Дюма был покорен " очаровательною больною "Два часа прошло в увлекательном разговоре, обмене мнениями, мыслями. Много позже , в " Русской старине " за 1882 год были опубликованы строки Дюма о Ростопчиной. Об " уме этого милого, остроумного и поэтического друга одного дня, воспоминания о котором я сохраню на всю оставшуюся жизнь ." Евдокия Петровна Ростопчина скончалась 3 декабря 1858 года и похоронена на Пятницком кладбище рядом со своим знаменитым свекром. Отпевали умершую в церкви Петра и Павла. Нарисованный рукой Петра1 храм и сегодня располагается невдалеке от площади Красных ворот. На этом Московском пятачке родился Лермонтов и ушла в вечность Ростопчина -- два прекрасных поэта, ценивших друг друга с самого детства.

Церковь Петра и Павла. " Я не для радости беспечной, Я не для счастья рождена. Тоска во мне затаена Болезнью сердца вековечной !.. Хоть солнце светит надо мной, Хоть жизнь отрадно улыбнется, -- В душе вопль страха раздается, Как эхо горести былой. И в час надежд, восторга полный И в сладостный блаженства час, Я мыслю : "Дни текут, как волны, Утраты день придет для нас !.. И жизнь моя судьбы рукою Из черных нитей соткана ; С моей тревожною душою Я не для счастья рождена "