01.

04.26. Заметка от Олега Царёва.
«Уникальную систему, которой нет ни в одной армии мира, по заказу беспилотников ВСУ описывает ( www.nytimes.com/2026/03/23 ... ) статья New York Times.
Каждое подразделение ВСУ заказывает беспилотники на «Amazon для дронов», то есть маркетплейс БПЛА. Технологии БПЛА развиваются слишком быстро, закупки через МО — это долго, а значит неэффективно. Поэтому в ВСУ внедрена децентрализованная система закупок. Она работает на 130 бригад — почти на всю украинскую армию, для этого запущены специальные платформы Brave1 и DotChain — об их открытии и других новеллах снабжения украинской армии я писал почти год назад.
Решение о том, какой конкретно дрон нужен — тяжелый для доставки припасов, ударный маневренные FPV, разведчик и тд — принимают люди, которые их непосредственно используют, без каких-либо согласований с высоким начальством.
Заказ оформляет командир подразделения буквально из окопов: весь процесс — это несколько кликов, доставку осуществляют за 5-10 дней.
Система автоматически передаёт заказ производителю, оформляет все документы и организовывает доставку.
У каждого подразделения есть какая-то сумма, которую выделяют из бюджета Министерства обороны, также любой частный донор может напрямую пополнить счет конкретного подразделения. В систему внедрены и игровые механики: есть бюджет на закупки, который пополняется бонусными баллами за уничтожение техники и живой силы противника.
В российской армии картина обратная. Проблема нехватки тяжёлых БПЛА тянется уже три года — Путин признавал ( russian.rt.com/russia/new ... ) её на декабрьской прямой линии. Частные инициативы и волонтёрские КБ не могут пробиться сквозь бесконечные ведомственные согласования. Причем у нас же есть частные производители самых разных, в том числе тяжелых дронов. На Украине таких проблем нет: те кто создал конкурентную продукцию, получают и заказы.
О том, чтобы доверить бойцам на земле выбирать дроны, которые им нужны, у нас и речи быть не может, в итоге закупка растягивается на месяцы, и часто в подразделения приходят дроны, которые уже и не нужны из-за изменившейся обстановки на поле боя.
В мире, где поколение беспилотников сменяется каждые три месяца, российская бюрократия тратит столько же времени только на назначение ответственного за рассмотрение заявки. Цену этой неповоротливости платят жизнями бойцы на передовой».