Эссе: «Демократия идиотов, или Почему здравый смысл умер в четверг после обеда»

Общественное мнение — это когда сто обезьян, тыкающих лапами в пишущую машинку, внезапно решают, что написанное ими является не только «Войной и миром», но и инструкцией по управлению мирозданием. Большинство людей — не просто идиоты. Это идиоты, убеждённые в своём гении, вооружённые смартфонами и священной верой в то, что их клик по мемесу с котиком имеет ту же философскую весомость, что и размышления Сократа.
Рассмотрим, к примеру, дивный механизм демократии. Его гениальность в том, что голос профессора, десятилетиями изучавшего квантовую физику, уравнивается с голосом человека, который искренне считает, что Земля плоская, потому «видно же, горизонт ровный». И ведь последних — большинство. Они побеждают. Они всегда побеждают. Их правда — как цемент: примитивная, тяжеловесная и идеально подходит для того, чтобы замуровать в ней любой намёк на сложность.
История человечества — это хроника триумфов этого славного большинства. Кто сжёг библиотеку Александрии? Толпа, уверенная, что знает всё лучше этих заумных книжников. Кто кричал «Распни!»? Масса, чьё мнение о морали менялось быстрее, чем погода в пустыне. А кто сегодня определяет, что станет культурным явлением? Те, чье внимание не удерживает ролик длиннее 15 секунд. Шекспир, напиши он сейчас, был бы засмеян в комментариях: «Много буков, сюжет предсказуем — все равно все умрут в конце. 1/5».
Чёрный юмор ситуации в том, что мы создали цивилизацию невероятной сложности — от квантовых компьютеров до расшифровки генома — лишь для того, чтобы отдать её на растерзание существам, чья главная интеллектуальная победа — умение найти селфи-фильтр, скрывающий второй подбородок. Общественное мнение в соцсетях — это вечный спор питекантропов об эстетике наскальной живописи. Аргументы сводятся к выбору между криком «Уга-буга!» (лайк) и броском камня (дизлайк с угрозами).
И самое прекрасное — этот монолит глупости свято верит в свой прогрессивизм. Он сокрушает традиции, мораль и знания прошлого не ради чего-то, а ради права считать, что «мое невежество — это и есть новое знание». Он требует упрощения всего до уровня детской считалки, потому что любая сложная мысль вызывает у него зевоту и подозрение в «элитарности».
Таким образом, общественное мнение — это не просто ложь. Это торжествующая, самодовольная, громкоголосая посредственность, возведённая в абсолют. Это мир, в котором «правда» определяется не логикой или доказательствами, а громкостью хора и количеством слюны, вылетающей в процессе её провозглашения.
Заключение? Единственный способ сохранить рассудок — признать этот факт с горькой, чёрной усмешкой. Как сказал бы циник: «Если вы заметили, что идёте против толпы, — поздравляю. Вы, скорее всего, ещё не полностью потеряли разум. Но будьте осторожны: с такой позицией вас ждёт блестящая карьера пророка-изгоя или того , которого все дружно заблокируют в чате». И то, и другое — почётно. И то, и другое — одиноко. Но хотя бы не идиотично