«Что такое полет? Кажется, что ты паришь, подобно птице. Испытываешь неповторимый восторг! Мне хотелось петь. И я пел, кричал в воздухе, хотя и сам себя не слышал за шумом мотора». Иван Леонов Иван Антонович Леонов — единственный в мире летчик (занесен в Книгу рекордов Гиннесса), в годы Великой Отечественной войны летавший на боевом самолете без одной руки. В 1943 году, при выполнении воздушной разведки и фотосъёмки расположения войск противника недалеко от города Орёл самолёт лейтенанта И.А.Леонова был сбит, а сам пилот получил тяжелейшее ранение: вражеский снаряд раздробил ему плечевой сустав. Леонову было 20 лет. Военные медики спасли отважному лётчику жизнь, но левую руку, плечевой сустав и лопатку пришлось ампутировать…

Родом он из деревни Моговка Орловской области. Рассказывал, что еще ребенком ездил верхом на лошади, помогал родителям и землю пахать, и серпом жать. Однажды мальчишкой увидел низко пролетавший над полем самолет. Ходил как зачарованный: «Буду летчиком!» Но до исполнения мечты были еще годы и годы. Иван, окончив семилетку, уехал в Брянск, поступил в ФЗУ, овладевал профессией помощника машиниста паровоза. Но мечта – стать летчиком не оставляла его. Он записался в аэроклуб. По воскресеньям втискивался в прокопченный вагончик пригородного поезда, по лесной дороге добирался к летному полю, где поблескивали на солнце учебные самолеты. Ивану Леонову дали путевку в Армавирскую школу пилотов истребительной авиации. Он окончил ее в 1941 году. Его направили на фронт весной 1942-го. Воевал на дальних подступах к Москве. Впервые он увидел небо в грохотах разрывов, в полосах слепящих прожекторов, трассах свинца. Воздушный бой: «Воздушный бой длится мгновения, – говорит Иван Антонович. – Но бывали у нас в полку случаи, когда всего за несколько минут у молодых летчиков появлялась седина… В бою приходится, как говорится, вертеть головой на все 360 градусов. Отовсюду может достать враг. Бросаешь самолет в такие фигуры, которые в иное время, может быть, и не сделал бы. А самое главное в бою – ты должен порой в доли секунды принять единственно верное решение, от которого зависит: выйдешь ли ты победителем или погибнешь. Боевой полет – тяжелое испытание даже для молодых, тренированных летчиков. Случалось, кто-нибудь из ребят приведет самолет на аэродром и вдруг ткнется головой в приборы. Что такое? Ранен? Убит? Нет, потерял сознание от переутомления… Но молодость выручала нас. Отдохнешь, сколько отпущено времени, и снова вылетаешь». С весны 1943-го он уже воевал на новеньких Ла-5 под Курском. «Почти каждый день вели воздушные бои, - вспоминает Леонов.- Но я хочу рассказать и о том, сколько у наших ребят было оптимизма, энергии! Обычно мы жили в стороне от аэродрома. Вечером, после полетов нам подавали грузовую машину, и мы, несмотря на усталость, стоя в кузове, часто пели свои любимые песни. В нелетную погоду устраивали концерты художественной самодеятельности. Почти каждый из нас показывал какой-нибудь свой номер. Кто плясал, кто стихи читал. Я играл на гармони, пел частушки, которые сам и сочинял». …Июль 1943 года. Сражение на Курской дуге. Иван Леонов сбил лично 5 самолетов противника и 2 в группе. 15-го июля он вместе с командиром эскадрильи Владиславом Шестаком вылетел в район Понырей на аэрофоторазведку, чтобы снять вражеские позиции, расположение техники, подход резервов противника. Они уже возвращались после съемки, как вдруг увидели внизу два фашистских самолета. И хотя разведчикам не положено было ввязываться в воздушные бои, командир эскадрильи Шестак принял решение: «Атакуем!» Решено — сделано. После первого залпа пушек Леонова один «Фоккер» загорелся. А дальше… Со стороны небольшого облачка неожиданно выскочила четверка «Фоккеров». Уходя от прицельного огня, он бросал самолет из стороны в сторону, как щепку. И вдруг почувствовал — левое плечо занемело, а рука безжизненно свалилась с сектора газа, плетью повиснув вдоль сиденья. Первая мысль, промелькнувшая в голове: «Все! Отлетался!»

В полевом санбате ему ампутировали руку вместе с лопаткой, а затем вывезли в тыловой госпиталь. Состояние ухудшалось с каждым днем, и Ивана Леонова, находящегося между жизнью и смертью, друзья-летчики решили переправить в Центральный летный госпиталь. Приехали, начальника госпиталя не нашли, тогда самовольно погрузили Ивана на носилки и увезли. Целых полгода он лечился в госпиталях. У него было время обдумать свое решение. Он думал неотступно о том, как вернуться в авиацию. Иван Леонов убеждал себя, что его положение не безнадежное. Он сможет сделать какой-нибудь необычный протез, который поможет ему управлять самолетом. Недаром он учился слесарному делу в ФЗО. Шла война, и Иван Леонов не мог и представить, что будет в стороне от фронта. Когда Ивана выписывали из московского госпиталя, ему удалось убедить медицинскую комиссию, чтобы его отправили не в тыл, а в распоряжение штаба 1-й Воздушной армии. Он доказывал, что ему, опытному летчику, найдется дело на аэродроме. В феврале 1944-го Иван Леонов выехал на фронт. Командующий 1-й воздушной армией генерал-полковник Михаил Громов, совершивший в свое время перелет через Северный полюс в Америку, слыл рисковым человеком. К нему-то и решил обратиться Леонов после выписки из госпиталя за разрешением снова летать. Продумал все до мелочей. На самолетах тех времен левая рука выполняла только одну функцию: работала с рычагом газа. Рассказывает И. Леонов: «Сначала я решил перенести эту функцию на ногу, сделать педаль, как в машине. Не получилось. Расстроился страшно. И вдруг меня осенило: ведь можно плечом дергать! Отыскал кусок алюминия, сделал наплечник, чтоб доставал до рычага, с захватом на конце. Захват защелкивался на рычаге, и я плечом поддавал или сбрасывал газ». Наверное, потому, что сам был «до мозга костей» летчиком, Громов понял двадцатилетнего паренька, поверил в него и разрешил вернуться в строй. Леонова направили в 33-ю отдельную эскадрилью связи, которая обслуживала штаб 1-й Воздушной армии. Ему передали видавший виды самолет У-2. и он начал конструировать протез, который поможет ему управлять самолетом. Вместе с опытным механиком день за днем они придумывали разные приспособления. Ничего не получалось. И вот однажды, возвращаясь с аэродрома, Леонов вдруг «увидел», каким должен быть его протез. На другой день вместе с механиком они сделали металлический обруч, который жестко обвивал обрубок плеча. К обручу присоединили металлическую конструкцию с шарниром на конце, который крепился к ручке сектора газа. Двигая плечом, летчик мог выполнять одну из операций – давать газ. Сначала, сидя в кабине самолета, Иван Леонов проводил тренировки на земле.

Наступил день, когда на летном поле собрались военные специалисты. Они осмотрели изобретение Леонова, убедились, что летчик уверенно выполняет все операции в кабине. И вот дан приказ: «На взлет!» Самолет отрывается от аэродрома, набирает высоту. «Я лечу! Лечу!» – кричал он во всю глотку и помахал крыльями собравшимся на поле авиаторам. Он чувствовал себя победителем – он вернулся в небо! Больше всего Ивану не хотелось, чтобы к нему относились как к инвалиду и подвижнику. Пусть забудут о его физическом увечье. Никто и не догадывался, какую боль он испытывал в полете, как кровоточило его плечо. Он выполнял задания наравне с другими – доставлял пакеты в штаб, перевозил раненых… А война все испытывала отважного летчика. Однажды он доставлял груз в партизанскую бригаду. Когда возвращался обратно, услышал, как по корпусу цокнули пули. Сначала показалось, что судорогой свело ногу. Потом понял – ранен. Кровь сочилась в сапог. Вот когда он почувствовал себя беспомощным. Ни перевязать, ни затянуть жгутом раненую ногу он не мог. От потери крови темнело в глазах. Собрав последние силы, все же пересек линию фронта. Под крылом увидел большую поляну. Приземлился. Неподалеку стояли танкисты. Они бросились к самолету. С изумлением увидели в кабине летчика с протезом. Подхватили его на руки. И снова – госпиталь. Всего за войну Леонов совершил на фронте сто десять вылетов. Половину из них – без руки. Однорукий летчик участвовал в освобождении Орши, Минска, Бобруйска, Лиды. Войну закончил под Кенигсбергом. Много позже в своих мемуарах «На земле и в небе» Михаил Михайлович Громов напишет: «На Западном фронте я познакомился с удивительнейшим человеком, грезившим авиацией. Паренек из небольшой деревушки, затерявшейся в лесу, совершил во время войны подвиг, равного которому нет в мире. Если страсть и увлеченность присущи человеку с большим характером, он преодолевает все преграды, стоящие на его пути… Именно таков Иван Антонович Леонов». История летчика Леонова на этом не заканчивается!

После войны, вместе с женой - Ниной Васильевной обосновались в Брянске. Все имущество – в вещевом мешке. Своего угла у них не было. Инвалид переходил с одной работы на другую. «Знаешь, чего бы мне хотелось в жизни? Работать с детьми, – говорил Иван Антонович жене. – Неужели у меня не получится?» Он пришел на работу в детский дом. Здесь воспитывались сироты, чьи родители погибли на войне. Иван Леонов стал директором детского дома. Десятки сирот называли его теперь батей. Чтобы на примере показать детям, что значит упорство, мужество, Леонов брался за такие дела, которые, казалось бы, не под силу инвалиду. Так, он стал водить мотоцикл и даже принял участие в соревнованиях в День Победы. Ребята бурно радовались его стремительной победе – он сразу вырвался вперед и больше никому не уступил первенства. Потом Иван Антонович затеял строительство своего дома. Одной рукой выкладывал кирпичную стену, пилил, строгал. На помощь, видя его рвение, пришли друзья. Отстроив дом, Иван Антонович и Нина Васильевна взяли на воспитание пятерых сирот. Случилось это как-то само собой. Один за другим дети сначала ходили в гости, а потом привыкли к этой гостеприимной семье и остались жить. У Леоновых родились двое своих детей. «Мой отец Иван Леонов всегда отличался неутомимостью и внутренней энергией, присущей одаренным людям, - пишет одна из дочерей.- Он трудолюбив и добр безмерно. Пишет стихи и рассказы, посвящая их своим друзьям. Но главный его талант – любовь к детям. Если отец видит детское горе – готов отдать последнее. Вместе с названными братьями и сестрами, которые пришли к нам из детского дома, мы жили как одна дружная семья». А в 1995 году в его судьбе произошел важный поворот. Из газетной публикации в Армавирском военном авиационном институте летчиков узнали о необычной судьбе своего скромного выпускника. Руководители училища разыскали И.А. Леонова, подняли архивы и добились, чтобы подвиг отважного летчика был оценен по достоинству. В 1995 году И.А. Леонову было присвоено звание Героя России. Прошло совсем немного времени, и на праздновании 50-летия Победы в Центральном доме Советской армии к новоиспеченному Герою подошел бывший однополчанин, командир дивизии: «Леонов, ты чего звезду России приколол? Я ж сам подписывал ходатайство о присвоении тебе звания Героя Советского Союза». В архиве документы нашлись моментально. А в них черным по белому: «Награда не вручена в связи со смертью Леонова Ивана Антоновича в госпитале 2683». А получилось вот что: никто из персонала полевого госпиталя не знал, что друзья самовольно переправили Леонова в летный госпиталь. И когда медсестра зашла в палату и увидела пустую койку, то решила, что молодого летчика увезли в морг… Теперь на одном кителе Ивана Антоновича красуется звезда Героя Советского Союза, а на другом — звезда Героя России. В 1999 г. на авиационном параде в Туле он снова поднялся в небо в качестве второго пилота на спортивном самолете Як-52. Как автолюбитель со стажем, переехав в Тулу, стал работать преподавателем Тульского автотранспортного техникума. Написал книгу «Назван человеком из Легенды» и выпустил сборник «Стихи и рассказы». Его приняли в члены Союза писателей России. Он удостоен звания «Почетный гражданин города-героя Тулы». Однажды у генерал-полковника авиации М.М.Громова спросили, почему он не пишет книгу о своей героической жизни. На это Михаил Михайлович ответил так: «А что в ней героического? Я прожил ее вполсилы. Героизм для меня - в преодолении невозможного. Я знаю такого человека, который жил и живет по сей день по закону невозможного - это Иван Антонович Леонов…»