Региональный СПГ‑терминал для стран Балтии должен был быть построен в Латвии, но Литва обманула соседей и построила свой СПГ‑терминал, чтобы получить больше европейского финансирования. Об этом рассказал бывший посол Литвы в Латвии Антанас Валенис. Хитрость литовского руководства обернулась тем, что Литва перехитрила саму себя: Латвия с Эстонией сжиженный газ с терминала Independence закупать отказались, проект клайпедского СПГ‑терминала не получил статус регионального, а европейских денег Литва не увидела вообще. Региональный СПГ‑терминал для стран Балтии должен был быть построен под Ригой. Об этом пишет бывший глава МИД Литвы, посол Литвы в Латвии в 2008–2011 годах Антанас Валенис в своей новой книге «Политические качели». Бывший дипломат утверждает, что в 2009 году во время визита в Литву премьер-министра Латвии Валдиса Домбровскиса «удалось договориться о том, что электроэнергетическая смычка в Швецию пойдет из Клайпеды», Литва в ответ «поможет латышам получить от Евросоюза примерно 45 миллионов евро на укрепление электросетей западной части их страны» и совместно на деньги Брюсселя обе страны будут строить региональный ТСПГ (терминал сжиженного природного газа — прим. RuBaltic.Ru) под Ригой.

Электросмычка из Литвы в Швецию вскоре была построена. А вот договоренности по СПГ‑терминалу литовские власти нарушили и вместо того, чтобы лоббировать в Брюсселе проект регионального ТСПГ, построили собственный терминал в Клайпеде и попытались выбить ему статус регионального. «У меня не было серьезных аргументов для отстаивания политики Литвы. Не знаю, почему было принято решение не выполнить обещание латышам», — удивляется Антанас Валенис. Бывший посол и министр, вероятно, лукавит. Ведь очевидно, зачем Вильнюсу был нужен этот обман. Если бы региональный СПГ-терминал был построен под Ригой, то и брюссельские деньги на его содержание пошли бы в Ригу, а Вильнюсу осталось бы просить обогреться у чужого огня. Поэтому президент Даля Грибаускайте и премьер-министр Андрюс Кубилюс, которых Валенис называет авторами «разводки», решили «объегорить» латвийских союзников и построить свой СПГ-терминал. Да такой мощный, чтобы во втором терминале под Ригой уже не было необходимости. Латвия, таким образом, будет поставлена перед фактом, что СПГ-терминал для стран Балтии уже есть, начнет покупать у Литвы сжиженный природный газ, Брюссель признает литовский терминал региональным, и европейские деньги потекут не в Ригу, а в Вильнюс.

Поэтому литовские власти арендовали норвежский плавучий терминал Independence с мощностью, намного превышающей энергопотребности республики, завезли его в Клайпеду и стали наполнять нерентабельным сжиженным природным газом. Вот тут и оказалось, что жадность литовских «фраеров» сгубила. Латвия, а за ней и Эстония продукцию Independence закупать отказались, Евросоюз не дал СПГ‑терминалу статус регионального, и Литва вместо того, чтобы заполучить себе европейские деньги, сама «попала на бабки». Теперь она вынуждена в одиночку тянуть громоздкий, неэффективный, загруженный на 20% мощности СПГ‑терминал, не зная, где достать денег на поддержание «супервыгодного» проекта, который сам премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис назвал «ношей для литовских налогоплательщиков». Сама себя перехитрила — к пущему злорадству обманутых соседей.

Дивная история из мемуаров бывшего министра и посла Литвы в Латвии позволяет сделать сразу несколько выводов. Вся эпопея с «энергетической независимостью» Прибалтики не более чем способ заполучить деньги в карманы местных политиков. Если бы литовское руководство в самом деле так боялось энергетической зависимости от «Газпрома», то какая ему разница, в какой из стран Балтии располагался бы региональный СПГ‑терминал. Главное, чтобы этот терминал был и своей работой создавал рыночную конкуренцию российскому газу в Прибалтике. Вместо того чтобы руководствоваться такой логикой, литовские правители пошли на «кидок» ближайших союзников и серьезно испортили отношения с Латвией. Которая, как оказалось, особого страха перед энергетической зависимостью от «Газпрома» не испытывала. Точнее, испытывала, когда была возможность построить СПГ‑терминал под Ригой и получить под это европейское финансирование. А когда литовцы объехали братьев-прибалтов на кривой козе, сразу испытывать перестала и теперь спокойно покупает газ у России, а у «союзничков» (чтоб им пусто было!) не покупает. История с СПГ-терминалом — очередное доказательство, что никакого «балтийского единства» не существует: Литва, Латвия и Эстония не союзники, а конкуренты в борьбе за европейские и другие деньги. Они разбирают железные дороги друг к другу, борются за транзит, перетягивают каждая на себя общие инфраструктурные проекты. Не могут договориться, в какой стране будет штаб-квартира Rail Baltica (где офис — туда и денежный поток), устраивают «разводки» с СПГ‑терминалами, спорят из-за морской границы, на которой вроде бы имеется месторождение нефти, отказываются строить Висагинскую АЭС, чтобы все деньги не шли в Литву. Никакого «сердечного согласия» между союзниками нет: недаром литовский военный эксперт Томас Ермалавичюс заявил недавно, что страны Балтии не придут на помощь друг другу в случае войны. И правда, зачем Латвии воевать за Литву, если та ей то железную дорогу в Вентспилсский порт разберет, то с СПГ‑терминалом «кинет»? Особой любви к соседке после такого ждать нечего. «Отношения с соседями мы испортили надолго», — констатирует в своих мемуарах Антанас Валенис. Для того, чтобы Латвия начала покупать литовский сжиженный газ и СПГ‑терминал в Клайпеде получил наконец статус регионального проекта и брюссельское финансирование, «нужно дождаться, чтобы латыши забыли, что мы им обещали и как мы их обманули», утверждает бывший глава МИД и посол Литвы в Риге. Вот только забудет ли Латвия эту историю и согласится ли вновь сотрудничать с Вильнюсом, если репутация у Литвы в регионе сложилась вполне однозначная? Литва ведь испортила отношения не с одной Латвией, а со всеми своими соседями. Волей-неволей окажешься в положении осажденной крепости, когда то одному соседу железную дорогу разберешь, то у второго надавишь на его соотечественников, то третьему возьмешься готовить «цветную революцию», то четвертого назовешь «террористическим государством». Нет ничего странного в том, что соседи отказываются иметь дело с такой «милейшей» страной и ее «очаровательным» политическим руководством.