Россия осуществляет разворот на Ближний Восток

2015 год обещает стать одним из наиболее плодотворных во взаимоотношениях России и стран Ближнего Востока за последние годы. Уже достигнуты или планируются к обсуждению многочисленные договоренности и коммерческие соглашения, гарантирующие усиление позиции нашей страны в регионе и ослабление её западных оппонентов. Наибольший прорыв в экономической плоскости был совершен во взаимоотношениях с Турцией. Проект нефте- и газопровода «Турецкий поток» практически сразу после официального закрытия «Южного потока», продолжение разработки проекта АЭС «Аккую», совместное решение лидеров государств Владимира Путина и Реджепа Эрдогана увеличить товарооборот втрое до 100 млрд. долларов в будущем свидетельствуют о явной смене внешнеэкономического вектора с европейского направления на евразийское. От взаимопонимания в экономике быстро удалось выстроить мост к многостороннему улучшению сотрудничества. Турция сегодня составляет активную оппозицию союзникам по блоку НАТО, в частности, не поддерживая их жесткую риторику в отношении России по украинскому кризису. «Наши страны придерживаются близких подходов по многим глобальным и региональным проблемам, расширяются контакты в образовании и науке, культуре, искусстве и туризме», — полагает председатель Госдумы Сергей Нарышкин. По-прежнему динамично развиваются отношения России с одним из ключевых партнеров в регионе Ираном. Несмотря на давление Запада, продолжаются поставки систем ПВО С-300. Также Россия доказала свою незаменимость в процессе переговоров по иранской ядерной программе в формате «шестерки». По окончанию очередного раунда, идущего в данный момент в Вене, Россия рассчитывает на дополнительные импульсы к сотрудничеству после снятия западной экономической блокады Ирана. Ключевой геополитический противник России США потенциально ослабит свои позиции. «Во-первых, Россия начинает играть более значимую стратегическую роль на Ближнем Востоке, тогда как США постепенно выходят из игры. Во-вторых, Кремль теперь может выступать в роли помехи для реализации американской стратегии, несмотря на то что Россия оказалась под экономическим давлением со стороны Запада из-за своей политики на Украине. Кроме того, Россия, вероятнее всего, рассчитывает получить свою долю экономического вознаграждения в Иране, как только будут сняты санкции», — пишет английский журнал The Economist. При этом мало вероятен сценарий некоторых аналитиков, согласно которому после снятия санкций Тегеран будет активно дрейфовать в сторону развития плотного сотрудничества с Вашингтоном и Брюсселью. Напротив, на данный момент готовится визит президента Хасана Роухани на саммит Шанхайской организации сотрудничества, который сосоится 8-10 июля в Уфе. В случае реализации оптимистического сценария и снятия с Ирана санкций в максимальном объеме вполне может быть обсужден давно назревший вопрос – вступление Ирана в эту организацию. С тематикой Ирана напрямую связаны изменения во взаимоотношениях России и основных антагонистов Исламской Республики в регионе – Израиля и Саудовской Аравии. Во-первых, в Тель-Авиве стали более спокойно реагировать на военное сотрудничество России и Ирана. «Что касается Ирана, то Израилю это (поставки С-300) абсолютно не угрожает, это исключительно оборонительное оружие. Более того, мы считаем, что в условиях, которые складываются в регионе, особенно в связи с событиями в Йемене, поставки оружия подобного рода являются сдерживающим фактором», — подчеркивал президент Путин на «прямой линии» в этом году и, по-видимому, был услышан. Во-вторых, когда Украина пожелала закупить у Израиля партию беспилотников, буквально сразу же после телефонного разговора между Владимиром Путиным и Биньямином Нетаньяху, СМИ сообщили об отказе израильской стороны от этого контракта. В последние годы консервативные политики Израиля озабочены изменением позиции Соединенных Штатов в отношении арабо-израильского конфликта, в связи с чем Израиль вынужденно ищет новых экономический и военно-политических союзников в лице Китая и России, а потому в перспективе могут больше считаться с их интересами в регионе, нежели раньше. Абсолютной неожиданностью стал визит на Петербургский международный экономический форум наследного принца Саудовской Аравии Мухаммада бен Салмана. Наблюдатели отметили возможность заключения негласных договоренностей по ценам на нефть, создание нового нефтяного альянса, куда боле значительного, нежели ОПЕК. «Заключение подобного «сердечного союза» неизбежно приведет к росту нефтяных цен, а Путин одержит большую внешнеполитическую победу над теми, кто стоит на пути движения России к многополярности. Более того, Москва теперь способна добавить Саудовскую Аравию в список ключевых покупателей собственного вооружения», — полагает бразильский колумнист Пепе Эскобар. Цены на « черное золото» действительно демонстрируют рост в последние дни. Но даже если Эр-Рияд и его сателлиты обратились к Москве лишь для шантажа Вашингтона, чьей политикой в регионе они также не довольны в последнее время, Россия может извлечь из этого свои выгоды, грамотно играя на региональных противоречиях саудитов и Ирана. Например, страны Аравиского полуострова давно декларируют интерес к развитию собственной атомной энергетики в ответ на угрозу иранской ядерной программы, и только Россия может быть в этом вопросе подходящим партнером. В продолжение ядерной тематики, 24 марта текущего года «Росатом» и Иордания подписали соглашение о намерениях развивать атомную энергетику в этой стране. «Успешная реализация проекта АЭС в Бушере (Иран) и заключение соглашения о сотрудничестве в строительстве первой атомной станции в Иордании позволяют утверждать, что Росатом закрепился на Ближнем Востоке» — уверен ведущий эксперт УК „Финам Менеджмент“ Дмитрий Баранов. В статье «Прагматизм российской политики на Ближнем Востоке» британского аналитического центра Chatham House подчеркивается стратегическая направленность текущего курса Москвы. «Главная цель России в ее контактах на Ближнем Востоке заключается в том, чтобы оказывать давление на Запад, поскольку содействие Москвы способно сыграть ключевую роль в решении важных вопросов, таких, как иранская ядерная проблема, сирийский конфликт, стабилизация в Афганистане и действия боевых джихадистских группировок. Ее ближневосточная активность также является элементом стратегии, нацеленной на избежание международной изоляции из-за санкций, введенных по причине украинского кризиса.» — резюмирует автор статьи Николай Кожанов.