Сделка по "Северному потоку – 2" перевернула сознание европейских политиков. Умнейшие из них уже пришли к выводу, что "самая большая страна в мире" теперь главная, и без неё нельзя решить ни один вопрос. Рейнхардт Крумм из Вены подвёл итог: уважать русских – это вопрос безопасности. Вот это новость так новость. "Россия разрушила европейскую мечту". Не больше и не меньше. Глава венского представительства Фонда Фридриха Эберта (организации более чем авторитетной) Рейнхардт Крумм опубликовал в газете "Франкфуртер Альгемайне" (публиковаться там для немца очень престижно, сразу видно, что серьёзный человек пишет серьёзную статью) статью про Россию. Точнее, о том, как Европе следует к России относиться. Он написал, что "европейская мечта" почила, прежние политические представления не соответствуют действительности и Москву больше нельзя игнорировать. Для сохранения безопасности, написал Крумм, Евросоюзу придётся вести переговоры с Москвой. Мы ошибались, написал Крумм, в отношении России. Мы напрасно думали, что она в состоянии упадка, что риски для безопасности низки, а отношения с Россией стабильны. Всё, оказывается, совсем наоборот. По всем пунктам. Россия, написал Крумм, готова бросить вызов Западу и идти на риск из чувства справедливости. А Европе надо с ней договариваться. Из чувства самосохранения. Самое интересное в этой новости, что она воспринимается как новость. Крумм написал, как нам с вами кажется, совершенные банальности. Но эти банальности, трудно поверить, игнорировались в Европе даже серьёзными политиками. До самого последнего времени.

Принято было считать, что экономика России, как заявил один американский президент, "разорвана в клочья" и по большинству вопросов с ней можно не считаться. Долго было принято так считать. А тут вдруг саммит Путин – Байден, новая "большая сделка", "Северный поток – 2", который сломал всю европейскую политику… И выходит так, что вся эта политика зависит от России и происходит по поводу России. И это нужно как-то осознать, к этому нужно как-то приспосабливаться.

Кто-то из историков сказал, что был лишь один период, когда "русские определяли имена вещей", иначе говоря, все остальные страны Европы и мира в своём развитии, своих решениях, даже в моде следовали за русскими: это время "Священного союза" – после победы над Наполеоном, примерно с 1815 по 1848 год. Тогда (сейчас в это трудно поверить), даже прусскую военную форму шили в подражание русской. Разумеется, это не значит, что Россия была окружена друзьями. Напротив, Франция бредила реваншем, Англия стремилась стать первой в европейском концерте и так далее и тому подобное – и дело кончилось войной, которую мы теперь называем Крымской, войной объединенной тогдашней Европы против России. Глядя на мировую политику сегодня, трудно отделаться от мысли, что она – вся – снова происходит постольку, поскольку существует Россия. Вот, например, мысль из интервью главного редактора Московского центра Карнеги Александра Баунова: Страны должны определиться, живут они вопреки Путину или для чего-то ещё... Вот Германия закрывает после Фукусимы атомные станции. Она чем будет восполнять эту электроэнергию? Она же ещё на ветряки не перешла с солнечными батареями, промышленность должна работать, граждане должны ходить на работу, получать зарплату. И даже если Путин по этому поводу будет радоваться, радость собственных граждан для них является приоритетом. Даже те соседи, которые строят свою идентичность, противопоставляя себя Москве, и то понимают, что есть интересы собственных граждан и что нельзя жить назло Путину. Нельзя, это бессмысленно. Баунов, естественно, комментирует последние новости – "сделку" США и Германии по поводу "Северного потока". И констатирует, что эта сделка, как и вообще политика двух западных стран, как и вся европейская, – это политика, содержание которой зависит от Путина, то есть от России. Совершенно так же, как в первой половине XIX века вся политика строилась в зависимости (в том числе и вопреки, конечно) от Александра I, а затем от Николая I. Баунов, разумеется, не первый и не последний, кто это констатирует. Он просто поражается: каким образом энергоснабжение крупнейшей европейской экономики оказалось в зависимости не от объективных факторов, а от отношения к России и её политике.

Нам же следует констатировать нечто иное: весь мир понимает роль Путина как правителя России. Весь мир полагает, что Россия определяет своей позицией позиции всех остальных держав. В том числе и США. Разумеется, речь идёт об определении реактивно-враждебных позиций, о том, что смысл и назначение политики Запада – сдерживание России. Но не будь России, им тогда нечего было бы друг другу сказать, а в самом их существовании не имелось бы никакого смысла. Весь мир, повторю, это понимает. И сравнивает ситуацию, конечно, не со временами до первой обороны Севастополя, а со временами первой холодной войны – после 1948 года, когда планета представляла собой поле противостояния России с союзниками и США с их союзниками. Весь мир считает это очевидным – и только в самой России почему-то до сих пор сохраняется традиция самоуничижения, представления о том, что мы сиволапые, неразвитые, отсталые и находимся где-то на периферии цивилизации. Это почтенная традиция. В те же времена "Священного союза" проповедь о том, что Россия может подать миру лишь отрицательный пример, что мы ничего не создали, написал великий Пётр Чаадаев. И тогда, и сейчас эта традиция находилась в разительном противоречии с наблюдаемой реальностью. Но – тем хуже для реальности! Большинство российских либералов во все времена желали не только поражения своей Родины (измена Родине – вообще главный квалифицирующий признак русского либерального интеллигента) но и (ещё до поражения) признания её ничтожества. Доходит до отрицания общепризнанных фактов – например, что Россия располагает шестой экономикой мира (в пересчёте ВВП по ППС) или что с Россией считаются как с крупнейшей державой большинство стран в обоих полушариях, или что Россия остаётся одной из трёх космических держав… Господин из Вены сообщает своим читателям, что Германии (и все остальным) приходится иметь дело с "самой большой страной на Земле" – как с партнёром, конкурентом или противником. И это данность – хочешь не хочешь. А наши "патриоты заграницы" всё причитают: мы маленькие, слабые, никакие, почему это они к нам относятся с уважением? Вот потому и относятся. Считать умеют, глядеть умеют, и этому не худо бы у них поучиться. АНДРЕЙ ПЕРЛА Геополитика