Муж захотел подарить на свадьбу золовке мой дом.

Я предупредила, что буду подавать на развод.
Я накрывала на стол, когда они вошли.
Услышала голоса в прихожей — мужа, свекрови, золовки с её мужем. Громкие, уверенные. Такие голоса бывают у людей, которые пришли не в гости, а по делу. Я тогда ещё не знала этого, но что-то кольнуло внутри. Какое-то нехорошее предчувствие.
— Катя, мы голодные с дороги, — крикнула свекровь из коридора. — Давай быстрее.
Я поставила на стол салат, горячее, хлеб. Дочь, трехлетняя Алиса, сидела на высоком стуле и ковыряла пюре. Муж Алексей прошел на кухню, даже не посмотрев на меня. Сел во главе стола, как всегда. Свекровь — напротив него. Золовка Светлана с мужем Денисом пристроились с краю.
— Хорошо у вас тут, — сказала Светлана, оглядывая кухню. — Просторно. Уютно.
— Спасибо, — я улыбнулась. — Мы старались.
— Да уж, старались, — свекровь взяла салатницу и начала накладывать себе, даже не спросив, может, я хочу первой. — Только вот не все так живут. Светка с Денисом в съемной халупе ютятся. Две комнаты, соседи алкаши. Детям негде развернуться.
Я промолчала. Светлана с мужем жили плохо, это правда. Но они оба работали, просто копили на свое жилье не спеша. По крайней мере, мне так казалось.
— А у вас тут три спальни, — продолжала свекровь. — Гостиная, кухня большая. Участок. Детская вообще пустует, Алиска одна.
— Не пустует, там у нее игрушки, — ответила я спокойно. — Она маленькая, ей пока не нужна отдельная комната для сна. Мы планируем второго, тогда и переедет.
— Планируете, — хмыкнул Алексей. — Когда еще родишь.
Я посмотрела на мужа. Он обычно не позволял себе таких слов при матери. Но сегодня был какой-то другой. Напряженный. Как будто готовился к чему-то.
Обед прошел в обычных разговорах. Свекровь жаловалась на здоровье, золовка — на начальницу, Денис молчал и ел. Я кормила Алису, потом мыла посуду. Когда вернулась к столу, разговор вдруг стих.
Я села на свое место. Подняла глаза — все смотрели на меня.
— Катя, — сказал Алексей, отодвигая тарелку. — У нас к тебе разговор.
— Какой? — я взяла чашку с чаем, чтобы занять руки.
— Света с Денисом в сложной ситуации, — начал он. — Их хата съемная скоро кончится, хозяин продает. Новую найти не могут — дорого. А у нас дом большой. Мы же семья.
— Мы знаем, что у них проблемы, — кивнула я, чувствуя, как внутри начинает тянуть холодком. — Но какое это имеет отношение к нам?
Алексей помолчал, глядя на мать. Та кивнула ему, как будто давая разрешение.
— Хватит ей мыкаться, — сказал муж. — Отдадим Свете дом.
Я подумала, что ослышалась.
— Что?
— Дом отдадим, — повторил он громче. — Оформим дарственную на Светлану. У них детей двое, им нужно нормальное жилье. А мы с тобой что-нибудь решим.
Я поставила чашку на стол. Руки дрожали, и я не хотела, чтобы они это видели.
— Ты шутишь?
— Какая разница? — вмешалась свекровь. — Ты же у нас девочка умная, хозяйственная. Заработаешь себе на новую квартиру. А Светка слабенькая, ей одной не справиться.
— Я не слабенькая, мам, — обиделась золовка. — Просто обстоятельства так сложились.
— Молчи уже, — отмахнулась свекровь. — Не мешай.
Я перевела взгляд на Алексея. Он сидел с каменным лицом. Не смотрел на меня. Смотрел в тарелку.
— Леша, — сказала я тихо. — Это наш дом. Мы его купили два года назад. Вложили туда все.
— Я знаю, — ответил он. — Но у нас нет лишних денег помогать Свете. А дом есть. Пусть она в нем живет.
— Живет? Или ты сказал — подарить?
Алексей поднял глаза.
— Подарить.
В кухне повисла тишина. Дочь что-то лепетала на своем стуле. За окном кричали вороны. А я смотрела на этих людей и не узнавала их.
— Вы с ума сошли, — сказала я, поднимаясь. — Это мой дом.
— Наш, — поправил Алексей. — Мы в браке.
— Дом куплен на деньги от продажи моей квартиры, которую мне оставила бабушка. Твоих там было — мат капитал и немного от родителей. Я тебе не дам его никому дарить.
Свекровь отодвинулась на стуле.
— Ну вот, началось. Жадность бабская.
— Это не жадность, — я старалась говорить спокойно, но голос предательски дрожал. — Это моя собственность. И я не собираюсь отдавать ее кому-то.
— Свете не кому-то, — вскинулась золовка. — Она сестра Алексея!
— Мне это без разницы.
— Как ты можешь? — Светлана начала закипать. — Мы же семья! Я бы для тебя все сделала!
— Что ты для меня сделала? — я посмотрела на нее. — Ты даже на день рождения не пришла к Алисе, потому что у тебя были «дела». А теперь вдруг мы семья?
— Девочки, прекратите, — рявкнул Алексей. — Катя, ты себя ведешь некрасиво.
— Некрасиво? — я почувствовала, как в груди разгорается злость. — Ты хочешь подарить мой дом своей сестре и говоришь, что это я веду себя некрасиво?
— Во-первых, не твой, а наш, — он встал. — Во-вторых, ты можешь говорить спокойно? Люди приехали, а ты истерику закатываешь.
Я посмотрела на его мать. Она сидела с поджатыми губами, одобрительно глядя на сына. На золовку, которая вытирала слезы, хотя еще минуту назад орала. На Дениса, который молча смотрел в пол и жевал хлеб.
— Истерику? — переспросила я. — Леша, ты сейчас серьезно?
— Абсолютно, — он скрестил руки на груди. — Мы уже все обсудили. Света с семьей переезжают к нам через две недели. А ты пока подумай над своим поведением.
Я рассмеялась. Не потому что было смешно. Потому что абсурд происходящего ударил в голову.
— Переезжают? — я посмотрела на Светлану. — Ты уже вещи собрала?
— Не твое дело, — буркнула та. — Алексей обещал. Мы рассчитываем.
— А меня вы рассчитывали спросить?
— Катя, — свекровь поднялась, одергивая кофту. — Мы тебя уважаем. Но семья есть семья. Света — родная кровь. А ты — пришлая. Пришлая и есть.
Эти слова ударили больнее всего.
— Пришлая? — я перевела взгляд на мужа. — Леша, ты слышишь?
— Мама не то имела в виду, — он поморщился. — Но в чем-то она права. Мы должны помогать своим.
— Я тебе не своя?
— Ты жена. Это другое.
— Другое? — голос сорвался. Я не могла больше сдерживаться. — Я родила тебе ребенка. Я вложила в этот дом все, что у меня было. Я мыла, стирала, готовила, пока вы тут все сидели. А теперь я — пришлая?
— Хватит! — Алексей стукнул ладонью по столу. Алиса вздрогнула и заплакала.
Я подошла к дочери, взяла на руки. Она обхватила меня за шею, уткнулась в плечо. Я чувствовала, как бьется ее маленькое сердечко.
— Успокой ребенка, — бросил муж. — И сама успокойся. Мы еще поговорим.
— Нам не о чем разговаривать, — сказала я, прижимая к себе дочь. — Этот дом не продается и не дарится. Никому.
— Это мы еще посмотрим, — усмехнулась свекровь. — Леша, ты с ней по-хорошему попробуй. А не получится — по-другому решим.
Она поднялась из-за стола. За ней поднялись остальные.
Я стояла посреди кухни с ребенком на руках и смотрела, как они уходят в коридор, надевают обувь, переговариваются. Слышала обрывки фраз: «вообще оборзела», «пришлая и есть», «переезжаем через две недели».
Дверь хлопнула.
Я осталась одна. Точнее — мы с Алисой. Дочь уже перестала плакать, только шмыгала носом и сжимала мое плечо маленькими пальцами.
— Мама, бабушка злая? — спросила она шепотом.
— Нет, милая, — я поцеловала ее в макушку. — Бабушка просто устала.
Я не знала, почему сказала ей эту ложь. Может, потому что правда была слишком страшной. Бабушка не злая. Бабушка — враг. И муж — враг. И сестра его — враг. И все они пришли в мой дом, чтобы забрать его.
Я посадила Алису на диван, включила мультики. Сама прошла на кухню, села за стол. Неубранная посуда, недопитый чай. На месте Алексея лежала салфетка, которую он скомкал и бросил.
Я взяла телефон. Набрала номер подруги Лены.
— Алло? — ответила она весело. — Как дела?
— Лен, — сказала я, чувствуя, что сейчас заплачу. — У нас проблема. Большая.
— Что случилось?
— Они хотят забрать дом. Алексей, его мать, сестра. Они приехали и сказали, что я должна подарить дом золовке.
В трубке повисла тишина. Потом Лена спросила, медленно и очень серьезно:
— Ты шутишь?
— Нет.
— Катя, а документы? Документы на дом где?
— В сейфе. В спальне.
— Проверь.
Я встала. Прошла в спальню. Открыла сейф ключом, который всегда носила с собой.
Документы были на месте. Договор купли-продажи, выписка из ЕГРН, мое свидетельство о праве на наследство от бабушки.
— На месте, — сказала я в трубку.
— Слава богу, — выдохнула Лена. — Слушай меня внимательно. Завтра же езжай к нотариусу и к юристу. Не жди. Эти люди, если они такое заявили, могут попробовать оформить все без тебя.
— Как без меня? Это же невозможно.
— Возможно, если они найдут способ подделать твою подпись. Или если Алексей скажет, что согласие есть. Сейчас с недвижимостью строго, но если они пойдут через знакомых или обманом... Ты не рискуй.
Я села на кровать. Сердце колотилось где-то в горле.
— Лен, я боюсь.
— Знаю. Но сейчас не время бояться. Сейчас время действовать. Завтра с утра — к юристу. Поняла?
— Поняла.
— И Катя... — Лена помолчала. — Не поддавайся. Это твой дом. Твой. Ты его строила, ты в него душу вложила. Никому не отдавай.
— Не отдам, — сказала я.
Мы попрощались. Я положила телефон на тумбочку и посмотрела на сейф.
Вечером, когда Алиса уснула, я достала все документы, сложила в сумку. Паспорт свой, свидетельство о рождении дочери, выписки из банка. Все, что могло пригодиться.
Алексей вернулся поздно. Я слышала, как он вошел в прихожую, как прошел на кухню. Слышала звон посуды — открывал холодильник. Потом шаги к спальне.
Дверь открылась. Он вошел, включил свет.... читать полностью